Сигиец (СИ)
— Нужно говорить со Штерком.
Вортрайх удивленно поднял брови, в голубых глазах промелькнула злость, которую он быстро подавил.
— Хэрр Штерк — очень занятой человек, — мягко произнес хозяин кабинета, любезно улыбнувшись. — У него точно не найдется времени, чтобы выслушать такого, как вы. У меня тоже не нашлось бы, если честно, однако я слышал, у вас якобы есть интересующая нас информация. Поэтому вы здесь, но тратите мое и ваше время впустую. Я даю вам последний шанс заговорить. После — могу пожалеть… о потраченном на вас времени.
Сигиец взглянул на охранника справа от Вортрайха. Охранник проявлял нетерпение.
— На одном условии, — сказал он.
— Вы не в том положении, чтобы диктовать условия, хэрр?.. — Вортрайх не договорил, вопросительно уставившись на сигийца.
— Дитер Ашграу.
— Хэрр Ашграу, — любезно улыбнулся Вортрайх, обнажив ровные зубы. — Но если допустить, что ваши сведения действительно ценны… — он задумался, наморщив лоб. — Хорошо, каково же ваше условие? Хотите получить вознаграждение вперед?
— Нет, — сказал сигиец. — Хочу видеть Штерка.
— Ваша настойчивость вызывает подозрение, должен отметить. Позволите узнать, зачем вы так настойчиво хотите видеть хэрра Штерка?
— К нему есть вопрос.
— Хм, — усмехнулся Вортрайх. — Какой же?
— Вопрос Штерку, а не тебе, — сказал сигиец.
— Дерзко. Очень дерзко, — отметил Вортрайх. — Вы, видимо, не знаете, по каким законам работает этот мир. Позвольте, напомню: дерзость никогда не доводит до добра, особенно если дерзить людям, которые гораздо могущественнее вас. Мне достаточно махнуть, — он поднял руку, — и вас быстро научат манерам.
— Ты этого еще не сделал.
— Только потому, что ваша дерзость и самоуверенность меня забавляет, — улыбнулся Вортрайх. — Однако уже приедается, если честно.
Он еще раз смерил сигийца взглядом, подперев голову ладонью. Тот непоколебимо смотрел в ответ.
Вортрайх повернул голову на своего охранника, поманил пальцем. Охранник приблизился, склонился, выслушал, что босс шепнул ему на ухо, послушно кивнул и отошел на свое место.
— Ну хорошо, — поерзав на кресле, сказал Вортрайх. — Я заплачу вам тысячу крон, если ваши сведения окажутся ценны, и даже позволю вам спокойно уйти, если обещается больше не попадаться мне на глаза.
— Нет, — возразил сигиец. — Деньги без надобности.
— А это не торг, хэрр Ашграу. Это мое окончательное решение. Или так, или…
— Значит, Штерку не нужна эта информация.
— Это уже не дерзость, — нахмурился Вортрайх. Охранник ощутимо напрягся. — Это откровенная наглость и безрассудство, граничащее с безумием. Что же вы думаете, хэрр Ашграу, развернетесь и уйдете, не принеся извинений… за потраченное на вас время?
— Да, — спокойно сказал сигиец.
— Ошибаетесь, — любезно улыбнулся Вортрайх и лениво махнул рукой.
Сигийцу сразу же заломили руки, словно охрана только этого и ждала. Его лицо на мгновение напряглось, щека со шрамом дернулась, но сопротивляться он не стал. Охранник, стоявший у стола, неторопливо подошел, нехорошо ухмыляясь и разминая кулаки. Привратник вышел из-за спины, встал слева от сигийца, сложив руки на животе.
— Если я махну еще раз, — предупредил Вортрайх, — вас начнут бить, хэрр Ашграу. Сперва в воспитательных целях, чтобы отучить вас от хамства. Затем — от упрямства, если не соизволите рассказать, зачем пришли ко мне. Ну а затем — чтобы впредь запомнили и не вели себя столь вызывающим образом. Итак. Вы знаете, кто ограбил Швенкена и убил ван дер Вриза?
— Да, — сказал сигиец.
— И кто же? — Вортрайх сложил ладони домиком. — Говорите, только прошу, без ваших раздражающих ужимок — у меня кончилось терпение.
— Я, — сказал сигиец.
Вортрайх на миг опешил и даже приподнялся на кресле.
— Это какая-то шутка? — недоверчиво хмыкнул он.
— Нет.
— И зачем же вы пришли ко мне? Чистосердечно во всем сознаться?
— Чтобы увидеться со Штерком.
— Вы серьезно рассчитываете на встречу с хэрром Штерком после такого признания?
— Да.
Вортрайх громко расхохотался, запрокинув голову. Охранник несмело усмехнулся. Привратник улыбаться явно не привык, поэтому выражение его лица осталось прежним — отсутствующий вид механизма, привыкшего выполнять чужие приказы.
— Вы — очень интересный человек, хэрр Ашграу, — утер проступившую слезу Вортрайх. — Даже в отчаянном положении изволите шутить.
— Не шучу, — сказал сигиец. — Нужно к Штерку. Если для этого придется убить тебя — убью.
— Что ж, попробуйте, — широко улыбнулся Вортрайх. — Только сперва позвольте полюбопытствовать, как вы собираетесь это сделать?
— Ты не закрыл мне глаза.
Вортрайх задумчиво потер подбородок и вдруг поморщился, сухо кашлянул. Глаза расширились от страха. Он схватился за горло, из перекошенного рта вырвался сдавленный хрип. Охранник растерянно оглянулся на босса и вздрогнул от неожиданности, когда Вортрайх с размаху приложился холеным лицом о стол.
Сигиец перевел серебряный взгляд на привратника, и того отшвырнуло на горшок с экзотической карликовой пальмой, стоявшей в углу у окна. Затем резко обернулся на жилистого, сощурился, напрягая лицо, и того притянуло, сшибло с охранником, завернувшим левую руку. Сигиец отдавил охраннику ногу, боднул лбом в лицо громилу справа, высвободил из ослабшей хватки левую руку и добавил основанием ладони в нос. Высвободил и правую, толкнул ей ошеломленного охранника в живот, вкладывая в толчок силу — и бандит с криком вылетел в окно, выбив спиной стекло и раму.
Сигиец повернулся на носках сапог. Увидев пистолет в руке жилистого, вырвал его силой и отшвырнул в угол. Уклонился от летящего в голову кулака второго охранника, присел, двумя короткими, жесткими ударами по почкам выбил из него дух и апперкотом опрокинул на стену. А затем без разворота ударил жилистого ногой в живот, вынудив того отшатнуться, потерять равновесие, протянул руку к дрогнувшему на полу пистолету. Жилистый успел даже ответить, заехав сигийцу кулаком в челюсть, но и только. Удар левой тот парировал, выкрутил ему руку до хруста, приставил пистолет к животу, щелкнул взведенным курком и без раздумий нажал на спусковой крючок. Выстрел прогремел глухо. Жилистый сдавленно хрипнул сквозь сжатые зубы, глядя на сигийца с ненавистью, схватил за ворот плаща и потянул за собой на пол. Тот скинул с себя руку, оттолкнул еще живого жилистого, и полупируэтом ушел от бросившегося на него второго охранника, подсек ему ногу, отчего бандит всей массой рухнул на пол.
Но едва не рухнул сам — охранник, смявший пальму, навалился на сигийца плечом, обхватывая поперек туловища, и придавил к стене. От удара на мгновение перехватило дыхание и помутнело в глазах. Охранник прижал сигийца, разбил ему лбом нос, двинул по уху и принялся лягать коленом, целясь в промежность. Сигиец поджал губы, терпя удары и сосредотачивая взгляд на пресс-бюваре, лежавшем справа от согнувшегося на стуле, схватившегося за разбитое в кровь лицо Вортрайха. Канцелярский предмет поднялся в воздух, качаясь из стороны в сторону и вздрагивая. Сигиец стиснул зубы, когда колено все же нашло цель, едва не выронил пресс-бювар, но все-таки удержал.
Канцелярская принадлежность с размаху саданула охранника по затылку. От боли у того полезли глаза из орбит. Сигиец воспользовался моментом, отмстил за разбитый нос, ударив его лбом между глаз, оттолкнулся от стены и высвободил руку с зажатым пистолетом. Коротко ударил рукоятью в висок. Второй. В третий вложил всю свою силу. Кость черепа охранника треснула, глаза закатились, он обмяк. Сигиец скинул с себя труп и перешагнул через него, молча подбегая к последнему охраннику. Тот успел встать на колено, но подняться на ноги ему не дали, с разбега ударив носком сапога в лицо, отчего охранника опрокинуло на спину. Сигиец посмотрел на разряженный пистолет, отшвырнул в сторону, склонился над бандитом, придавливая коленом, взялся за голову обеими руками и с хрустом свернул шею.