Развод. Я тебе (не) принадлежу (СИ)
— Курс проложен, — доложил штурман. — Прибудем через три часа.
— Приготовьте спасательные шлюпки и медикаменты, — распорядился Давид. — И держите ухо востро. Если это ловушка, мы должны быть готовы.
Аврора положила руку на живот, чувствуя, как сын снова толкнулся. Жизнь внутри нее давала ей силы смотреть в будущее без страха. Что бы ни ждало их впереди, они встретят это вместе. Потому что они — Громовы. А Громовы не сдаются никогда.
Глава 35. Огненный горизонт: Спасательная операция
Горизонт на юго-востоке полыхал багровым заревом, словно само море загорелось, смешиваясь с предзакатным небом. Но это было не северное сияние и не игра света — это был пожар. Столб черного, жирного дыма поднимался вертикально вверх, разрываемый ветром на причудливые клубящиеся фигуры, напоминающие гигантских скорпионов. «Снежный буревестник» шел на полной скорости, его ядерное сердце билось на пределе допустимых мощностей, чтобы успеть к тонущему лайнеру до того, как море сомкнется над ним навсегда.
Аврора стояла на мостике, вцепившись руками в поручень перед картой. Ее лицо, еще бледное после недавнего истощения, было сосредоточенным и собранным. Восьмой месяц беременности давал о себе знать тяжестью, но она запретила себе думать об усталости. Там, в двух часах хода от них, гибли люди. И если они могли помочь — они должны были это сделать.
— Есть детальная информация? — спросила она у Макса, который, не отрываясь, пялился в монитор спутниковой связи.
— Лайнер «Астрея», — начал тот, подсвечивая данные на экране. — Флаг Панамы, порт приписки — Колон. Шел из Гамбурга в Сингапур. На борту — тысяча двести пассажиров и четыреста членов экипажа. По предварительным данным, взрыв в машинном отделении, пожар охватил нижние палубы, судно потеряло ход и дрейфует. Сигнал бедствия подали четыре часа назад.
— Почему так долго никто не подошел? — нахмурился Давид. — Это оживленный маршрут.
— Ближайшие суда изменили курс, — мрачно ответил Макс. — Получили приказы от своих компаний держаться подальше. Боятся, что судно заминировано. Последние несколько месяцев в этом районе было несколько атак пиратов.
— Пираты атакуют лайнер с тысячью пассажирами? — усомнилась Аврора.
— Не пираты, — вмешался Марк, который только что вошел на мостик с докладом от команды. — Террористы. Или те, кто хочет, чтобы это выглядело как теракт. Есть неподтвержденные данные, что на борту находится группа влиятельных бизнесменов из Азии. Возможно, это точечный удар.
Давид и Аврора переглянулись. В их мире, полном заговоров и теней, случайностей почти не существовало. Если на борту «Астреи» были люди, за которыми охотились те же силы, что стояли за Балабановым и Клубом, то их приближение могло быть именно тем, чего ждали враги.
— Это может быть ловушка, — тихо сказал Давид, озвучивая мысли Авроры. — Они знают, что мы в этом районе. Они могли подстроить все это, чтобы выманить нас.
— Могли, — согласилась Аврора. — Но если это не ловушка, мы обречем на смерть больше тысячи человек. Давид, я не могу с этим жить. Мы не можем.
Он посмотрел на нее долгим взглядом. В ее глазах горел тот самый огонь, который он так любил и которого так боялся. Огонь, толкавший ее на безрассудства во имя спасения других. Это был не расчет, не стратегия — это была человечность. Та самая, которой не хватало Орион, которой никогда не будет у Балабанова.
— Марк, — скомандовал он. — Готовь спасательные команды. Макс, поднимай дроны — нам нужна полная картина того, что там происходит. Аврора, — он повернулся к ней, — ты остаешься на корабле. Это не обсуждается.
— Давид...
— Аврора, — его голос стал жестким. — Ты нужна нашему сыну. Если там ловушка и мы попадем в нее, ты должна будешь выжить. Ты должна будешь продолжить наше дело. Без тебя у нас нет будущего. Согласись.
Она хотела возразить, но поняла, что он прав. Ребенок внутри нее был важнее любых геройств. Она медленно кивнула.
— Хорошо. Я останусь. Но если вы не вернетесь через шесть часов, я пойду за вами.
Давид улыбнулся, подошел к ней и поцеловал — крепко, властно, с той страстью, которая всегда заставляла ее сердце биться чаще.
— Договорились. Но я вернусь. Обещаю.
* * *«Астрея» предстала перед ними через полтора часа. Зрелище было апокалиптическим. Огромный лайнер, длиной более трехсот метров, лежал в дрейфе, накренившись на правый борт. Из его кормовой части, где находилось машинное отделение, вырывались языки пламени, окрашивая небо и море в зловещие оранжево-красные тона. Черный дым поднимался так высоко, что, казалось, касался облаков. Вокруг судна на воде виднелись десятки спасательных плотов, усеянных точками людей. Крики, усиленные ветром, доносились до «Буревестника», смешиваясь с воем сирен и треском огня.
— Боже мой, — прошептал Макс, глядя на мониторы. — Они не успели эвакуировать всех. На нижних палубах еще сотни людей.
— Марк, спускай шлюпки! — скомандовал Давид. — Вертолет готов?
— Готов, — отозвался пилот из рубки управления. — Могу поднять двоих за раз, плюс спасательная лебедка.
— Работаем. Макс, координируй с воздуха. Мы должны вытащить максимум.
Аврора смотрела с мостика, как спасательные шлюпки «Буревестника» одна за другой спускаются на воду и устремляются к тонущему лайнеру. Вертолет взлетел, направляясь к верхним палубам, где уже собрались сотни людей, размахивающих руками и молящих о помощи.
Первые полчаса спасательной операции прошли в бешеном ритме. Шлюпки подходили к плотам, забирали людей и возвращались к «Буревестнику», где медики тут же оказывали помощь пострадавшим от ожогов и переохлаждения. Вертолет курсировал между судами, снимая людей с верхних палуб «Астреи», до которых огонь еще не добрался.
Аврора не могла оставаться в стороне. Она спустилась в лазарет, где развернулся полевой госпиталь, и начала помогать медикам. Она перевязывала раненых, успокаивала плачущих детей, раздавала воду и одеяла. Ребенок внутри нее, словно чувствуя важность момента, вел себя тихо, лишь изредка напоминая о себе легкими толчками.
— Спасибо вам, — прошептала молодая женщина с младенцем на руках, которую только что подняли с плота. Ее губы посинели от холода, но глаза светились благодарностью. — Мы думали, что умрем.
— Все будет хорошо, — Аврора укутала ее в теплое одеяло. — Вы в безопасности.
В этот момент в лазарет вбежал запыхавшийся матрос.
— Аврора Александровна! С мостика сообщение! На «Астрее» взорвались топливные цистерны! Судно начинает тонуть быстрее! На нижней палубе осталось около двухсот человек, они заблокированы огнем!
У Авроры перехватило дыхание. Двести человек. Среди них — Давид, Марк и их люди. Они пошли на лайнер, чтобы помочь эвакуировать тех, кто не мог выбраться самостоятельно.
— Передайте на шлюпки! — крикнула она. — Пусть забирают всех, кого могут, и уходят! И вызовите Давида! Срочно!
Рация в руках матроса захрипела голосом Марка:
— Мы на нижней палубе, путь к отступлению отрезан огнем! Ищем другой выход! У нас есть раненые!
Аврора выхватила рацию из рук матроса.
— Марк, назови координаты! Я вышлю вертолет!
— Бесполезно, — голос Марка был спокойным, но в нем чувствовалась обреченность. — Палуба завалена, пробраться можно только пешком. Мы попробуем пройти через трюм. Если не получится... Аврора Александровна, позаботьтесь о Давиде Игоревиче.
Связь оборвалась.
* * *Аврора замерла, чувствуя, как мир вокруг начинает рушиться. Давид был там, в огненном аду, и у нее не было способа ему помочь. Она выбежала на палубу и уставилась на горящий лайнер. Пламя теперь охватило почти всю корму, языки огня лизали небо, а крен судна увеличивался с каждой минутой. «Астрея» умирала, и вместе с ней мог умереть единственный мужчина, которого она любила.
— Нет, — прошептала она. — Нет, только не сейчас. Только не после всего.