Непрощенные (СИ)

— Трансгрессируем прям к дому, ну же, идем! — он взял ее под локоть и вывел на улицу.
— Трансгрессируем? — с сомнением пробормотала Гермиона. Из-за нетрезвого состояния их же может расщепить с такой же вероятностью, как и то, что можно попасть в автомобильную аварию. Но затуманенный мозг не дал чувству самосохранения взять вверх и, секунду помедлив, Гермиона аппарировала, когда Блейз схватил ее за руку.
Оказавшись в магловском районе Лондона, Блейз огляделся. Район был чистым и тихим, густо озеленен, уютно горели теплым светом фонарные столбы, подсвечивая золотые одеяния деревьев. Гермиона поднялась по ступенькам крыльца, подошла к двери и как бы нехотя повернулась. Со стороны наверняка было похоже, что Блейз провожает ее со свидания.
— Ну… Спокойной ночи? — вопросительным тоном произнесла девушка и опешила, когда парень в два шага преодолел расстояние между ними и легко, но настойчиво поцеловал ее в губы, притянув ее к себе за талию. К слову, он не позволял себе ничего лишнего, не лапал ее и держал при себе свой язык.
Гермиона от шока открыла глаза, постояла так несколько секунд, а уже через долю секунду захлопнула их и стала ждать, когда парень остановится. Его губы оказались мягкими и имели привкус огневиски. Немного отстранившись, он улыбнулся и посмотрел на девушку, взгляд которой невозможно было расшифровать.
— Прости, не сдержался, — он убрал руку с ее талии.
Гермиона, делай что-нибудь, говори! — орало ее сознание.
Хлопок.
Она аппарировала и оказалась в своей квартире.
Вот же ж дура! А он тоже хорош…
Голова кипела от мыслей и странных ощущений. Ей не было противно, но и не было приятно настолько, чтобы забыться, довериться и наплевать на редких прохожих, соседей, которые могли что-то увидеть. Она не ханжа и не безудержный романтик, но ничего ведь не разгорелось внутри. Поцелуй был… Пустым? Блейз был просто знакомым парнем, симпатичным и до чертиков аристократичным. И все.
— Гребаный Салазар, с факультета которого выпускаются такие засранцы, — прошипела девушка и прошла в спальню, не включая свет и падая на кровать, к собственному удивлению быстро заснув.
Днем ее разбудил телефонный звонок. Часы на тумбочке показывали два часа дня. Скинув с головы одеяло, она прищурилась от яркого света и взяла в руки телефон. Звонил психотерапевт. Гермиона скривилась.
— Алло, — голос был еще хриплым от пробуждения, она прокашлялась.
— Мисс Грейнджер, добрый день! Я вас не отвлекаю? — спросил доктор и не дожидаясь ответа, продолжил: — Собственно, я хотел сегодня немного передвинуть время вашего сеанса, скажем, на пять часов вечера, вам удобно будет?
 — Да мне без разницы, если честно, — холодно ответила Гермиона и упала головой на мягкую подушку.
— Тогда жду вас в пять, до встречи! — послышались короткие гудки.
Чуть позже в ванной, умываясь, она вспомнила, что произошло вчера вечером. Мерлин, с Забини надо было срочно переговорить, не хотелось давать ему ложных надежд даже для короткой интрижки. Вряд ли ему нужна ненормальная подружка, а ей точно не нужны какие-либо отношения, к тому же без чувств. Блин, да ей вообще никакие не нужны были!
Пройдя босыми ногами по гладкому ламинату цвета ореха, она села на диван и взяла в руки гитару с подставки. Пальцы немного зажили, поэтому можно было продолжить оттачивать навыки…
Ровно в пятьдесят пять минут пятого она подошла к бизнес-центру и увидела Гарри.
— Меня ждешь? — спросила девушка у друга и обняла его. Можно подумать, он по своим проблемам ходит к Адамсу…
Обняв подругу в ответ, он кинул на нее оценивающий взгляд. На ней была свободная черная кожанка и аналогичная по цвету футболка, один край ее подола был заправлен в черные джинсы; шею украшали длинные серебряные цепочки. Парад черного настроения завершали массивные ботинки, тоже давно видавшие виды. Волнистые волосы крупной волной ниспадали до лопаток и блестели на солнце, а взгляд и сдвинутые к переносице брови, выглядывающие из-под солнцезащитных очков, говорили о насущных проблемах, плотно засевших в голове.
 
— Хорошо выглядишь, — явно слукавил Поттер, ведь вид подруги мало чем отличался от ей привычного и повседневного. Она слабо улыбнулась, и они пошли внутрь. Зайдя в офис доктора, Гермиона быстро поздоровалась с секретаршей и поймала ее немного удивленный взгляд. Часы показывали без одной минуты пять. Вроде не опоздала даже.
Гарри коротко постучал, открыл дверь и прошел первым, девушка зашла следом, кивнула доктору и по привычке пошла к софе. Но по пути встретилась с серыми глазами, хозяин которых уже занял ее место, вальяжно устроившись на софе. Гермиона встала, как вкопанная, и обернулась на друга, но тот лишь пожал плечами и схватил свой мобильный, делая вид, что ему срочно надо выйти переговорить. Был ли он в курсе накладки?
— Дэвид, я, кажется, рано пришла, — предположила девушка и повернулась в сторону Адамса, задрав повыше подбородок. Нельзя опозориться перед этим кретином. Дрожь пробежала волной по ее телу. Она стала сжимать и разжимать пальцы, кольца на которых стали казаться удавками. Малфой, увидев этот жест, ухмыльнулся. Он делал также…
— Мисс Грейнджер, я прошу вас присесть, — указал на вторую софу доктор. Она развернулась и на ватных ногах прошла к появившемуся второму дивану, игнорируя школьного недруга. Однако глаза непроизвольно посмотрели туда, где раньше сидела она сама: парень, казалось, выглядел вполне спокойно, лишь сложил руки в замок на груди, широко расставив колени и откинувшись спиной на спинку софы.
— Мистер Малфой, мисс Грейнджер, — начал Адамс, — понимаю, ситуация более чем неприятная для вас обоих, но не из ряда вон выходящая. Поэтому попрошу вас держать себя в руках.
Что? Не из ряда вон? Может, мне послышалось? — подумала Гермиона и незаметно посмотрела на Малфоя. Тот, не отводя глаз, смотрел на психотерапевта. По его лицу невозможно было прочитать эмоции.
— Ваша терапия длится уже более пяти месяцев. Министерство жестко контролирует ваши ситуации и читает мои отчеты. Обычно терапия приводит к полному выздоровлению через три месяца, далее требуются только редкие сеансы. Я понимаю всю ответственность за принятые мною решения и хочу вам помочь дополнительно.
Атмосфера накалилась до предела. Адамс был прекрасным эмпатом, поэтому почувствовав это, он силой мысли успокоил своих пациентов. Спокойствие и тепло разлилось по телу двух школьных врагов, они оба немного расслабили напряженные спины.
— Я буду говорить с вами прямо. Вы являетесь причиной проблем друг друга. И пока вы не отпустите свое прошлое, вы никогда не вернетесь к нормальной жизни без рефлексии.
Гермиона округлила большие карие глаза.
— Мистер Адамс, вы что о себе возомнили?! — вслух высказал подскочивший с места Малфой то, что крутилось у нее на языке.
— Мистер Малфой, успокойтесь, — ласково, будто певуче, произнес врач. Его голос был словно гипнозом: раздражение и злость затерялись где-то в дальнем ящике сознания. Блондин сел на софу. — Я не стану проводить объединенные терапии для вас обоих, это неверное решение. Дело все в том, что на ближайший месяц у меня запланирована командировка. Отдавать вести ваши сеансы другому специалисту я не хочу. Я буду всегда на связи. У вас есть рецепты на зелья, и вы знаете упражнения на успокоение. Но!
Он поднял палец вверх и пошел к другой двери. Видимо, там была еще одна комната. Мужчина открыл дверь в смежный кабинет, зашел и через несколько секунд вышел, ведя на поводке собаку.
— Я хочу, чтобы вы были его няньками на этот месяц, — произнес Адамс.
Гермиона не удержалась, посмотрела на Малфоя и, не успев подумать, что делает, заговорила, только что ядом не захлебнулась:
— Какая ирония, Малфой, псу Темного лорда поручают следить за собакой, — как только слова вылетели, она захлопнула рот и встала с места, делая пару шагов назад к двери. Малфой вскочил следом, но с диким усердием, сжав кулаки, повернулся к мужчине и прошипел: