Пустота Евы
Я достала красную сумочку; она была из дорогой кожи. Сумочка блестела, когда появлялся свет. Не могла оторвать от нее взгляд. «Она была моя, моя, и ничья больше». Высыпала все содержимое на столик, перед этим задернув оконную штору. Дождь все так же шел, его потоки воды били в окно. Колеса начали стучать в такт моему сердцу. Чем дольше я смотрела на содержимое сумки, тем быстрее оно стучало. Волнение овладело мной, я улыбалась; на какой-то момент я ощутила чувство счастье.
На столе передо мной лежало много ненужного барахла: какая-то фотография мужчины в форме, пожелтевшая от времени; расческа; небольшая фигурка, вырезанная из дерева, которая была старой и не очень понятно, что изображала; носовой платок; нитки с иголками; пуговицы; какое-то старое, пожелтевшее от времени письмо с корявым почерком. Был еще паспорт, я его открыла и прочитала: «Свинская Раиса Васильевна, 21 апреля 1917 года рождения». На фотографии была женщина, которая похожа на бабушку с вокзала, только гораздо моложе. Я открыла форточку и выбросила его в окно. Все это меня не интересовало, следом за паспортом все это барахло так же улетело в форточку. Было то, что меня действительно интересовало, то, от чего я теперь улыбалась сама себе: красивая, яркая, толстая золотая цепочка, на которой было выгравировано «583». Надпись означала, что проба достаточно высокого качества. Еще был конверт, на котором написано: «Для внучков, от бабушки с дедушкой». Я его открыла, там была большая пачка денег, пересчитала – было девятьсот восемьдесят девять рублей, это как зарплата учителя за год. Переложила все деньги к себе в кошелек, кошелек положила в потайной карман юбки, которая сохла на верхней полке. Цепочку надела себе на шею, отодвинула штору на окне и стала любоваться своим отражением. «Какая же я красивая! Теперь я чувствую себя намного счастливее». Свет в очередной раз погас, и все поглотила темнота.
«Что такое счастье? Что значит быть счастливой? Металл на шее, деньги?», – мои чувства перемешались. Обрывки воспоминаний о семье, о родителях, о братьях, о сестрах, о коте. Воспоминания о мальчике по имени Адам – это все, что было у меня в жизни. Не было больше ни одного светлого пятнышка за все годы. Всегда был только страх, ужас, невыносимое одиночество и невыносимая боль. Я верила в свое будущее, верила, что познаю счастье, верила в настоящую, бессмертную любовь. В столице можно много добиться: поступить в институт, продолжать изучать различные науки, пойти далеко по карьерной лестнице, заработать много денег, встретить настоящую любовь и потом много путешествовать, купить большой дом и завести много детей. Я достойна быть счастливой, слишком много страданий выпало на меня. Я достойна, я хочу познать и понять, что такое счастье. Теперь у меня есть деньги, это достаточно приличная сумма. С помощью их и Артема я была уверена, что много добьюсь. С этими мыслями я провалилась в сон.
Железнодорожный вокзал в Казани был погружен в полумрак, дождь закончился. Поездов и электричек сегодня уже с него не отправлялись. Ближайшая электричка была только утром. Кассы пригородные и дальнего следования были давно закрыты. Работники разошлись по домам, только сторож дремал, сидя на стуле у входной двери.
У входа в здание вокзала стояла карета скорой помощи. Рядом с ней стояли милиционер, который, не торопясь, курил папиросу, иногда забывая стряхивать пепел, и фельдшер в белом халате.
– Что с бабкой? – спросил милиционер, не ради интереса, а чтобы поддержать разговор.
– Умерла старая.
– Да, это понятно, что умерла. Я спрашиваю из-за чего?
– Инфаркт, сердечко не выдержало. А ты чего здесь? Не криминал ведь вроде, – поинтересовался мужчина в белом халате, тоже закуривая сигарету.
– Инфаркт? Бывает. Сейчас не только у старых, но и у молодых бывает: курят, пьют, спортом не занимаются, наркотики всякие употребляют, – проявил милиционер свои знания в медицине.
– А тебя-то чего вызвали? – не успокаивался фельдшер.
– Да кричала, что ограбили. Сумку, говорила, украли. Вот меня и вызвали. Пока я бежал, потеряла сознание, и, как ты говоришь, инфаркт стукнул. Теперь уже не узнаем, правда, украли или просто спятила старая, – милиционер опять забыл стряхнуть пепел и он упал прямо на сапог.
– Ясно, ну померла так померла. Чего слышно? Зарплату вам повышать не планируют? – поинтересовался фельдшер, докуривая сигарету, – у меня жена в милиции работает.
– Не, не слышал, как бы эту не урезали. Работы все больше становится с каждым годом, а ничего не повышают. Посмотрю, недалеко до пенсии осталось. Если не повысят, то буду на пенсии сидеть. Ходить на охоту, на рыбалку.
– Ладно, пора бабку везти в морг! Пока! – попрощался фельдшер и сел в машину.
– Счастливо, – сказал милиционер, откозырял и медленно побрел на свой участок.
В лесу лежала одинокая фотография мужчины в форме, вся промокшая от дождя. Рядом с ней лежала фигурка, вырезанная из дерева, еще во время Великой Отечественной войны. Это была трудноразличимая фигурка ребенка, укутанного в платок. Рядом лежало письмо, но уже было не разобрать, что в нем написано: вода сделала свое дело и смыла чернила. Муж, любимый муж, отправил эту фигурку с письмом своей жене, которая успела сообщить, что у них будет сынок, перед тем как его убили немцы. Он хотел отправить фигурку любимой, которая в каждом письме писала, что она его ждет, любит и всегда рядом.
Жизнь этой женщины перевернулась, когда она узнала о гибели мужа. Самое светлое, доброе, любящее, ценное исчезло из ее жизни. Она ощутила невосполнимую пустоту в душе. И только эта одинокая фигурка и единственная фотография любимого спасали ее все эти долгие годы. Благодаря маленькому, вырезанному человечку, она преодолела все трудности, которые встречались ей на жизненном пути. Благодаря фигурке она вырастила прекрасного сына, который стал известным ученым, у которого была прекрасная семья. Благодаря фигурке она стала заслуженным учителем, прекрасным педагогом, которая воспитала не одно поколение прекрасных детей. Дети, которые много добились своим трудом и посвятили свою жизнь тому, чтобы сделать мир лучше. Дети, которые были всегда благодарны своему педагогу, всегда поздравляли ее с праздниками, дарили подарки. Женщина хотела съездить к сыну и подарить ему деньги, которые она копила для него всю жизнь, не покупала для себя ничего лишнего и годами ходила в одних и тех же платьях. Сын, который мечтал о машине, чтобы вывести свою семью и маму на море.
Женщина, благодаря этой фигурке, прожила долгую и праведную жизнь. Жизнь человека с большой буквы.
Фигурки у женщины больше не было. Пустота проникла в ее сердце и остановила его.
«От морей и от гор так и веет веками,
Как посмотришь – почувствуешь: вечно живём.
Не облатками белыми путь мой усеян, а облаками.
Не больничным от вас ухожу коридором, а Млечным Путём» (Я. Смеляков 1940 г.)
4. Солнце взойдет после заката
Солнце появилось из-за горизонта. Его лучи осветили могучий лес, отразившись разными оттенками зеленых и желтых цветов. Стоял зной, который поднимал дымку над кронами деревьев. Крик кукушки: «Ку-ку, ку-ку…» – эхом предлагал слушателям узнать, сколько еще ходить по этой бренной земле.
Василий облокотился на ствол старой ели и прислушался. «…33, 34, 35», – считал он. Кукушка замолчала, в лесу настала полнейшая тишина, только изредка из разных концов доносились голоса людей, которые кричали: «Даша! Таня! Ау!».
Прошли уже почти сутки, как девочки ушли из дома. Поиски не останавливались. Все взрослые мужчины из деревни прочесывали лес. Ночью зажгли факелы и, организовав большую цепь, в расстоянии около пятидесяти метров человек от человека, шли вдоль просеки. Наступил рассвет, но следов девочек не было. Мужчины из соседних деревень, откликнувшись на призыв о помощи, искали в других частях леса. Больше ста человек занимались поисками, но результатов не было.