Чужой для своих (СИ)

— Мне… мне обещали эвакуацию заключенных, — растерялся Верден. — На Церере у меня почти 40 тысяч заключенных с разными сроками и примерно 2 тысячи персонала…
Полковник, слушая все это, впервые улыбнулся и эта улыбка была совсем не радостной.
— Знаете, что господин Верден…, - тот чуть приблизился к экрану, словно боясь что не услышит что-то важное. — У вас есть свой транспорт? Что-то личное? — Верден автоматически кивнул головой. — Яхта, например? Хорошо. Мой вам совет. Бросайте все и быстро убирайтесь с Цереры к чертовой матери!
Директор Гуил, непонимающе смотрел на военного. В этот момент перед его глазами пролетали его апартаменты, забитые ценным антиквариатом, собранным буквально по крупицам.
— Вижу, господин Верден, вы меня совсем не понимаете…, - военный тоже наклонился, отчего его круглое лицо почти полностью заполнило экран. — Слушайте внимательно. Наш флот разбит. Да, да! — в глазах директора начал разгораться огонек паники. — Наш мощный и непобедимый флот полностью уничтожен. 90 % кораблей первого и второго оперативного флота, сконцентрированного в секторе Z, либо испарилось либо взято на абордаж. Мы потеряли все авиаматки со штурмовиками, — за спиной военного начиналось какое-то шевеление: мелькали фигуры в форме, звучали отрывистые приказы. — Два новейших линкора Концерна с современными тоннельными орудиями, о которых так много говорили в последние дни, не успели сделать ни одного выстрела.
Чувствуя, что сейчас упадет, директор ГУИЛ сделал шаг назад и почти сел на чайный столик.
— У нас не было ни шанса, господин Верден, — полковник все рассказывал и рассказывал, словно не мог выговориться. — Наше оружие не причиняло их кораблям никакого вреда… Ни какого, господин Верден! — наконец, он как-то подобрался и твердо произнес. — Садитесь на яхту и убирайтесь оттуда, пока не стало поздно! Убирайтесь оттуда! Согласно последним разведданным, корабли чужих будут в секторе Цереры уже через сутки, а еще через сутки возле Марса… Все, господин Верден, прощайте! — экран погас.
— Боже мой, боже мой…, - потрясенно шептал директор, нащупывая горлышка графина. — Как же так могло произойти? — его бегающий взгляд остановился на черном диване из настоящей кожи какого-то там жутко редкого земного животного, потом на секретере из красного дерева, преподнесенного в дар родственниками одного из заключенных. — Это же не может быть…, - наконец, ему на глаза попался массивный шкаф его сейфа, где он хранил коллекцию своих драгоценных камней. — Что же это я?
При этих словах он чуть не подпрыгнул на месте. От толчка графин упал со столика и янтарные брызги элитного алкоголя ароматным дождем упали на ковер. Верден резко подскочил к сейфу и, открыв дверцу, начал быстро набивать карманы своего пиджака небольшими контейнерами с драгоценностями. Вскоре он стал похож на бугристый шар, набитый чем-то жестким и выпирающим.
— Еще почти сутки, целые сутки…, - бормотал директор шаря уже по своему громадному столу, в поисках того, что можно было прихватить с собой. — Нет… Это дешевка! — мраморная статуэтка греческой богини, когда-то красовавшаяся в одном из музеев Европы, отлетела куда-то в угол. — А вот это, пожалуй, возьму, — пепельница, сделанная из ограненного изумруда гигантских размеров, исчезла в приготовленной им сумке. — Остальное все к черту!
Повесив сумку на плечо, Верден уже быстро вышагивал в сторону ангара.
— Босс?! Босс?! — знакомый голос нагнал его, когда он уже был возле автоматических ворот в ангар. — Эвакуацию уже объявили? — его «правая рука», горилоподобный Флетчер непонимающе смотрел на Вердена. — А я не знал…
— А, мистер Флетчер, я ведь только к вам собирался зайти, — ему вдруг пришло в голову, что преданный как собака подручный может оказаться для него крайне полезным. — Мы срочно улетаем! Моя личная яхта готова. Вы летите со мной, мистер Флетчер, — тот внимательно слушал директора. — Позаботься об оружии. Оно нам может пригодиться… Понял? — не увидев в его глазах понимания, Верден продолжил. — Никакой эвакуации не будет, мистер Флетчер. От флота Концерна почти ни чего не осталось и через сутки корабля чужаков уже могут быть над Церерой…
 
Наконец, Флетчер кивнул головой, вызывая у своего босса вздох облегчения.
— Я мигом, босс, — Верден ценил его именно за исполнительность, то есть быстро, не задавая никаких лишних вопросов, выполнить любой полученный приказ. — …
На яхте он был уже через десять — пятнадцать минут, нагруженный двумя большими черными баулами. Из обеих торчали стволы и рукоятки самого разнообразного оружия. Вердену на какое-то мгновение даже показалось, что его подручный прихватил с собой почти всё, что было в оружейной комнате.
— Отлично, мистер Флетчер, — тот уже пристраивал оружие в один из встроенных контейнеров рубки. — Устраивайтесь поудобнее, мы скоро покинем этот кусок камня.
Ионные двигатели небольшого каплевидного корабля начали со свистом разогреваться. Горячий воздух словно беловатая пелена побежал в стороны от шумевших корабельных движков. Вспыхнули красные световые сигналы по сторонам ангара — начиналась процедура откачки кислорода и последующего открытия шлюзовых ворот.
Пронзительно загудела сирена, сигнализирующая о падении уровня кислорода в ангаре. В унисон ей ревели выходящие на пиковую мощность движки яхты.
— Взлетаем…, - Верден очень любил момент, когда многотонный корабль начинал медленно будто нехотя отрываться от поверхности. — Давай, малышка, давай! — ему даже иногда казалось, что корабль был настоящим живым существом, который в эти секунды просыпался от своего сна и осторожно расправлял свои крылья, чтобы подняться в воздух. — Пошла, пошла!
Дрожание корпуса становилось все сильнее и сильнее. Раскаленные до космических температур частицы вырывались из сопел двигателей и непрерывной стеной ударялись о пол.
На высоте нескольких сотен метров над поверхностью Цецеры яхта перешла в горизонтальный полет, оставляя за кормой мелькавшие внизу серебристо-голубые купола стационарных поселков.
До выхода в открытый космос оставалось несколько секунд полета, когда в рубке взвыли дикие звуки сирены автоматического предупреждения о столкновении. Панель управления резко замигала красными индикаторами, запрашивая разрешения на начало маневра уклонения.
— Чт…? — Верден только успел поднять руки, закрывая лицо, как сильный удар потряс яхту. — А-а-а-а-а! — заорал он от ужаса, когда корабль стал беспорядочно вертеться. — А-а-а-а-а-а! Это они! Это они!
Красавица яхта, несколько месяцев назад сошедшая со стапелей завода, на глазах превращалась в кусок металлического хлама. От серебристой капли корпуса со свистом отрывались панели обшивки, которые с дикой скоростью отлетали в стороны. Одновременно падали оплавленные куски механизмов, деталей, которые словно рой диких пчел окутали раненный корабль.
— Боже мой, боже мой, — шептал он про себе быстро — быстро, словно это могло хоть как-то помочь стабилизировать полет. — Это они, это они… Они пришли за нами.
… Автопилот сработал только тогда, когда до поверхности оставались считанные сотни метров. В доли секунды был заглушен реактор и отключены все корабельные механизмы, кроме системы жизнеобеспечения. После этого с характерным шипением пилотские кресла были отрезаны от остальной рубки толстой стеной и в глубине электронного мозга автопилота начался обратный отсчет.
5… 4… 3… 2… 1… 0… Пуск! Верхняя часть кабины, в которой скрывались оба пассажира яхты, с сильным ускорением отстрелило от безжизненного корабля, падающего вниз. Сразу же после этого сработали малые ускорители, выравнивавшие полет — падение спасательной капсулы и позволившие ей безопасно опуститься на поверхность.
 
Им повезло… Капсула приземлилась почти на ровную поверхность, что для Цецеры было скорее исключением, чем обычной картиной.
— Босс! Босс, очнитесь! — охранник пришел в себя практически сразу же, после того, как капсула оказалась на земле. — Босс, вы целы?! — он быстро отстегнул ремни и сразу же подскочил к Вердену. — Жив, вроде… Босс?! Мистер Верден?! Босс, это я Флетчер, — обрадовано проговорил он, когда директор открыл глаза и застонал. — Мы живы, босс!