Чужой для своих (СИ)

Опустим на некоторое время описание структуры указанных организаций и рассмотрим какое участие в них принимают крупнейшие космические державы.
Объединенный концерн по эксплуатации ресурсов Космоса — гигантская по финансовым и техническим возможностям организация с капитализацией более чем в10 трилиардов евро (называя сумму в долларах, профессор Старшафт ориентируется, прежде всего, на свою аудиторию). В высшем управленческом органе концерна — Совете директоров присутствуют пять постоянных членов, обладающих правом вето на любые решения и представляющих Китай, США, Россию, Южно-Американскую конфедерацию и Европейский Союз, и более сотни сменяемых…
Концерн в соответствие с решением Совета директоров выделяет государствам квоты на добычу тех или иных ресурсов, разрешение на строительство производственных комплексов…, регулирует возникающие между государствами споры, санкционирует использование объединенного космического флота для силового разрешения конфликтов.
… Международное агентство по исследованию космического пространства возглавляет директор, избираемый раз в 4 года на Генеральной ассамблее ООН».
_____________________________________________________________
Планета Марс. 241 км. к северо-западу долины Мак-Маккафена. Административный центр Фергюссон. Место расположения директората Объединенного концерна по эксплуатации ресурсов Космоса.
Город представлял собой довольно жалкое зрелище. Даже по прошествии 20 лет после переноса добычи гелия-3 на север планеты, он все еще хранил в себе черты гигантского города-завода эпохи безудержной погони за все новыми и новыми тоннами ценного ресурса. На сотни квадратных километров раскинулись огромные матово черные коробки бывших обогатительных терминалов, ставшие жильем для растущей армии чиновников либо перепрофилирование в универсальные био-фабрики. Красноватое небо над городом по-прежнему ежеминутно пронзали массивные туши межпланетных транспортников, сверкавшие яркими огнями включенных на полный режим посадочных движков.
Редкими, как и 20 лет назад, оставались кремниевые купола с искусственно поддерживаемой атмосферой, где создавались кусочки земной поверхностью с настоящими деревьями, небольшими озерами и живыми животными. В городе с населением более 30 млн человек был всего лишь 4 таких купола, из которых 2 являлись закрытой для основной массы населения зоной.
Вся основная инфраструктура города, включая многоцелевую сеть общественного транспорта, была уже давно перенесена под землю. На глубине 30–40 метров марсианский грунт пронзали многочисленные транспортные магистрали города. Через огромные металлопластовые цилиндры, накаченные инертным газом, ежеминутно проносились сотни капсул с людьми и грузом…
— Еще 7 минут, господин директор, — почтительно произнес молодой человек, аккуратно кладя рядом с велотренажером махровое белое полотенце. — Вам осталось заниматься ровно 7 минут, — относиться к своему хозяину по-другому, Алекс Вернер, личный секретарь директора концерна от США Айрона Биррета, просто физически не мог; он глубоко уважал этого немногословного человека, который благодаря своей железной воле и потрясающей работоспособности сделал головокружительную карьеру.
Директор Биррет, высокий, подтянутый мужчина, усиленно давил на педали тренажера. Его спортивный костюм был совершенно мокрым от пота. Чувствовалось, что каждое усилие ему уже давалось с трудом. Наконец, раздался негромкий звук таймера и директор Биррет остановился.
— Я сегодня просто в ударе, Алекс! — он мягко спрыгнул на настоящий изумрудно зеленый газон, покрывавший несколько десятков квадратных метров поверхности его кабинета. — Отличная тренировка! Думал, Богу душу отдам. Ха-ха, — жизнерадостно улыбаясь он сделал несколько шагов к бассейну и с уханьем рухнул в прохладную воду. — А-а-а-а! — с чувством заорал Биррет, через несколько секунд выскакивая назад и беря полотенце в руки. — Хорошо… Что там у нас на сегодня? — пушистый халат приятно закутал его покрывшееся пупырышками тело. — Письма? Так… Это и это! Стоп! Что у нас тут?
 
Он буквально вырвал из рук секретаря большой конверт из дорогого коричневого пергамента. Директор предпочитал, чтобы именно в такой упаковке ему приносили наиболее важные известия.
— Вот этот новость! — пораженно проговорил он, сминая в руках шуршащую обертку. — Алекс, живо ко мне главу службы безопасности! Быстро-быстро!
Тот буквально испарился, чем вызвал довольный смешок своего шефа. Незаметно испариться, четко и без помарок выполнив порученное ему дело — именно за это его и ценил Биррет.
Шеф службы безопасности — Шон Доусон — бывший полковник разведки, в свое время всеми правдами и неправдами переманенный им из министерства обороны — не заставил себя долго ждать. Высокий, сухопарый с неприятным прищуром водянистых глаз, Доусон появился ровно тогда, когда директор заканчивал застегивать последнюю пуговицы своей сорочки.
— Сэр, — привычно оглядевшись по сторонам, он статуей застыл у входа. — Что-то случилось?
— Да, Шон, еще как случилось, — директор махнул ему рукой, призывая садиться за стол. — На прочти. Только что пришло от нашей службы перехвата. Читай-читай. Времени совсем не осталось.
Тот взял лист и стал читать его вслух, комментируя при этом важные моменты. Эта была его давно въевшаяся привычка — читать вслух любые документы, требующие максимального сосредоточения.
— Служба перехвата сообщает… С 32-ого лунного производственного комплекса поступил сигнал… Преднамеренный технический сбой, повлек за собой уничтожение практически всей первоначальной информации. Предварительный виновник установлен — старший координатор Виктор Амбро, интуит-ученик… Согласно, восстановленным данным во время прохождения Теста старшим координатором был зафиксирован факт сензитивной активности превышающей 300 единиц по шкале Китано… Установить идентификационные данные испытуемого не представляется возможным… С помощью камер наружного наблюдения были идентифицированы все лица в возрасте от 6 лет, вошедшие в здание ЦЭПа в период прохождения Теста…
Еще несколько минут после того, как шеф закончил чтение документа, в кабинет царило молчание. Эта информация, так неожиданно попавшая им в руки, могла оказаться гораздо более ценной, чем годовой доход всего концерта.
Доусон молча теребил в руках свой коммуникатор. Об охватившем его волнении говорила лишь дергающаяся жилка на виске.
— 300 единиц — это же уму непостижимо, — наконец заговорил Шон, оставляя в покое коммуникатор. — До сих порог в 230 единиц никому не удалось перешагнуть. Насколько я знаю на настоящий момент зафиксированы только 3 эксперт-интуита с уровнем сензитивности, превышающим 210 единиц. Кунг Лоу из Северного Вьетнама, 214 единиц по шкале Китано. Сейчас является старшим советником и доверенным лицом директора Лю Цианя от Китайской Республики. Второй это Поль Бренсон из Франции, 216 единиц. Задействован в нашем директорате в отделе «С» «Перспективные наступательные вооружения». Третьим остается Игорь Фролов из Центральной России. У него максимальный бал … был 219 единиц. Давно о нем уже ничего не слышал, — Доусон вновь замолчал, давая возможность высказаться шефу.
— Шон, koe riro hia reo i teie nei? (Шон, сколькими языками ты сейчас владеешь? — пер. с маори) — неожиданно на маори спросил Биррет, словно начиная их старую игру в давно забытые, редкие земные языки. — Е rima tekau pea ranei rau, pea kua oho koe i runga i rau e rua? A tino e rite ahau ki te mohio atu? (Пятьюдесятью, или может быть сотней, а может ты уже перешел за две сотни? И наверняка хотел бы знать еще больше? — пер. с маори)
 
— Е whitu tekau ma wha reo, сэр (Семьдесят четыре, сэр- пер. с маори), — подхватил брошенный мяч Доусон. — E mohio ana koe e reo tawhito ko toku weriweri. Noatia, e hiahia ana ahau ki te mohio atu me te ake (Вы же знаете, что старые языки моя страсть. Естественно, мне хочется знать все больше и больше- пер. с маори)