Чемпион 2 (СИ)

Троица будто бы не обращала на него внимания — Ромка, Лиза и Светка были заняты разглядыванием фотографии, которая постепенно проявлялась.
В висках же у Пельменя пульсировала злость.
Сука.
Повелся.
Малолетки обвели его вокруг пальца играючи. И Светка зараза, ей с такой проникновенной актерской игрой в пору американского Оскара давать за лучшую женскую роль. Переоделась даже специально по такому случаю. Причём повелся Пельмень на такой галимый разводняк, что перед самим собой как-то неудобно стало. Насколько примитивно было все сделано. Даже интересно — практиковали ли подобное эти ребята с другими парнями из школы? И как «жертвы» реагировали на такой расклад? Или Пельмень первым попал впросак?
Понятно, что ответа у Сани не имелось. Хрен его знает, как на самом деле. Только теперь следовало понять что делать с таким раскладом и как в принципе на кипишь реагировать.
Рома отвлёкся от разглядывания проявляющейся фотографии, поднял глаза, покосился на Саню, теперь приметив, что тот поднялся.
— Здоров, Пельмень! — сказал он.
— И тебе не болеть, — сухо ответил Саня.
Кстати Глиста, нет-нет, а бросал взгляд на стручок Сашки. Туда же начали украдкой пялиться девки, стоило Пельменю подняться с кровати. Он то особо не прикрывался от народа. Че фоткать — пусть смотрят на оригинал, сами же хотят. Причём и Светка и Лизка, одноклассницы похоже оказались восхищены увиденным, судя по их горящим глазам и живому интересу.
— Харе на него пялиться, слышь девки, — зло буркнул Глиста, заметив их любопытство. И вдогонку раздраженно прокомментировал стояк одноклассника. — Этот придурок похоже нажрался химозы. У нормальных пацанов такого… э-э… нет такого.
— Может просто у тебя нет, а Ром? — спросила Лиза.
Девки дружно захихикали. Наверняка знали о возможностях своего дружка в обозначенном аспекте. Глиста аж покраснел густо. То ли от смущения, то ли от злости, пожиравшей его изнутри. А может от того и другого одновременно…
— Прикройся, слышь придурок! Не хрен своим причиндалом светить.
— Одежда моя где? — строго спросил Пельмень, стараясь сохранять максимальное спокойствие и держать себя в руках. — Тогда и прикроюсь.
— Покрывало вон с софы возьми, да?! — буркнул Ромка.
— Одежду отдай! — продолжал настаивать на своём Пельмень.
— Чего ты там невпопад пищишь, а жирный? — Глисту так и хотелось уколоть Пельменя, чтобы побольнее. — Бабки давай гони, если обратно свою одежду хочешь получить, — заявил Глиста. — Понял меня?
— Чего?! — Саня шагнул вперёд. — Какие на хрен бабки?
— Того! Верну тебе твои тряпки, если отвалишь нам пятьдесят рублей прямо сейчас.
— Ты рамсы не попутал со своими запросами? — нахмурился пуще прежнего Пельмень. — Одежду обратно отдал, кому говорю, по хорошему.
Ладно, допустим зачтено — Саня действительно повелся на дешёвую разводку одноклассников. Так с этим фактом никто не спорил как бы, сам виноват, честно говоря. Не той головой думал в моменте. Но стричь бабки таким вот наглым путём — это уже увольте, борзота. Подобное Саня терпеть не собирался.
Ромка со своей стороны также продолжал распыляться и напирать.
— Кто попутал, слышь жирный, это ты за базаром своим следи и не путай! Какой на хрен по хорошему? А как по плохому? Бабки говорю на базу гони, карманы давай живо выворачивай, пока по башке не получил!
Саня медленно покачал головой, продолжая стоять на своём.
— Никаких денег я тебе не дам. С хера ли баня завалилась?
— Хочешь сказать у тебя бабла нет? — хищно оскалился Глиста. — У тебя полные карманы, мудила! Не заставляй меня их у тебя вытрясать!
— Я не сказал, что денег у меня нет, — Саня снова покачал головой. — Я сказал, что тебе ничего не дам, если хочешь по хорошему замять.
— Короче, толстый, гони полтинник за одежду и ещё полтинник за фотку, если не хочешь чтобы она по рукам пошла. И вообще, если бы не девочки, я бы тебя уже урыл! Им спасибо скажи, что тебя жалеют.
Понятно.
Саня стянул с софы покрывало и прикрылся, напоминая собой римского сенатора с Римского Форума лет так две тысячи назад. Честно говоря этот Рома Глиста его порядком достал своими выкидонами и попытками поярчить перед одноклассницами. Пора бы поставить его на место и приучить отвечать за гнилой базар.
 
— Давай решай скорее, — поторопил Глиста, злясь от того, что Саня молчит. — А то ещё за одну фотку платить придётся!
Глиста тут же поднял фотоаппарат, навёл объектив Полароида на Саню и снова попытался его сфоткать, для чего подошёл поближе.
Зря.
Теперь уже ошибся Глиста, поведя себя как излишне самоуверенный тип. Пельмень церемониться не стал. И открытой пятерней со всей дури врезал по фотоаппарату Глисты. Мыльница отлетела, стремительно спикировала в стену, а ударившись о бетон — Полароид треснул и упал на пол, теперь уже окончательно разлетевшись на несколько частей. Вряд ли фотоаппарат теперь был годен к использованию. А Полароид в нынешнее время — дефицитная штука (интересно в принципе, где Глисьа его взял).
Ну извините — думать надо, а потом уже делать. Может после этого мозги у этой гоп-компании встанут на место. Саня нисколечко не жалел, что разбил дорогой фотоаппарат.
— Не понял? — изумленно выпучил глаза Глиста, разводя руками. — Ты вообще в курсах сколько стоит Полароид, мудила?!
Парень выглядел явно обескураженным и такого шага не ожидал. Пельмень, этот вялый лошок и вдруг сопротивляется — да ещё как! И как теперь быть с фотиком— тоже совершенно непонятно.
— Не понятливый что ли? — просипел Саня в ответ, делая шаг навстречу Роме и сжимая кулаки. — Пояснить, козел? Предупреждал же по хорошему отвалить!
По идее следовало сразу Глисту вдарить по щам, вот прям чтобы сходу, но че то Пельмень слегка моросил и чувствовал как поигрывает очко — видать отголоски сознания старого хозяина давали о себе знать в этот момент. А прежний Саня Рому очень даже побаивался и бабки отстегивал охотно.
Впрочем, стало очевидно, что обострения конфликта теперь не избежать. Никак.
— Борзый значит, козел, косяка за собой не признаешь, — едко прокомментировал Глиста слова Пельменя. — Ладно-ладно… Угомоним тебя, значит.
Он покивал, отвернулся, делая вид, что собирается будто бы двигаться к стене — типа поднять поломанный фотик. Но на деле отвернулся пацан только лишь для того, чтобы нанести стремительный удар нежданчиком. Вот такими популярными «невидимками» и отправляли людей баиньки. Нежданчики Саня видел на конференциях в популярных лигах интернета и не раз видел.
Поп мма такое поп мма.
Удар не видно от слова «совсем», а значит тело толком не успевает на него среагировать, не успевают сработать нужные рефлексы, у обученного спортсмена в том числе. И ты даже не успеваешь ничего понять, как оказываешься на полу — в глубочайшем нокауте и совершенно беспомощным.
И Саня наверняка бы в нем оказался через мгновение, будь в этом теле прежний Пельмень. Однако Зверь из преисподней просчитал Глисту сразу и верно выкупил его гадкие намерения. Поэтому Саня оказался хорошо готов к этому удару. Отчётливо понимая, что бить Рома будет с правой, Пельмень своевременно опустил чуточку подбородок к груди, а плечо наоборот приподнял.
Этого едва заметного движения с головой хватило, чтобы разработанная калатушка Ромы врезалась вместо подбородка (куда тот собственно изначально целился) в плечо. Однако бил Глиста как конь копытом и это несмотря на свою скромную комплекцию легковеса. Кулак скользнул по плечу Пельменя и следом въехал в голову, чуть выше виска.
Бум!
Пельменя даже покачнуло чутка от подобной прыти оппонента. Он попятился на несколько шагов, ловя равновесие, но прежде, считай одновременно выбросил свой удар в ответ.
Удар на удар — два встречных. Крюк Пельменя тоже смазался и по итогу попал в предплечье, но из за общего тоннажа Глиста тоже покачнулся и также отступил — прямо в руки Светке и Лизе, которые его поймали.
Встали в боевые стойки. Глиста пучил глаза и зашипел.