(не)помощница для орка (СИ)

– Он, кстати, неплохо образован, – вставила я, точно шпильку. – Читает книги. И, представьте себе, не чавкает за едой. Прямо-таки джентльмен по сравнению с некоторыми.
Капитан Гаррет покраснел.
– Леди Алиана, я не понимаю, что вы хотите сказать. Этот человек обманул вас, выдавая себя за орка. Это недостойное поведение.
  
– А по-вашему, достойнее было бы, если бы он был настоящим орком? – я не могла остановиться. – Тогда его грубость и неотесанность были бы простительны? А поскольку он человек, то обязан соответствовать моим представлениям о приличиях, даже спасая меня от разбойников в глухой степи?
– Он воспользовался вашим доверием! – капитан повысил голос. – Он позволил вам думать…
– ОН НИЧЕГО МНЕ НЕ ПОЗВОЛЯЛ! – я вдруг взорвалась, повернувшись к нему в седле. Лошадь испуганно шарахнулась в сторону.
Я САМА ВСЕ ПРИДУМАЛА! Я сама решила, что он варвар! Я сама насочиняла себе романтических сказок про дикаря с золотым сердцем! А он…
Вслух же я произнесла очевидное:
– Он просто делал свою работу! И сделал ее блестяще! Я жива и невредима, черт возьми!
А то, что у меня по дороге вскружилась голова – так это мои личные проблемы!
Я тяжело дышала, а капитан смотрел на меня с таким изумлением, будто я начала лаять по-орочьи.
– Леди Алиана… Вы, кажется, не в себе, – произнес он наконец. – Усталость. Нервное потрясение. Мы скоро будем в городе. Лекарь мэра выдаст вам успокоительное.
Лучше настойку, стирающую все воспоминания.
Я отвернулась, снова надевая маску ледяного спокойствия. Он был прав. Я не в себе. Потому что мой мир перевернулся с ног на голову. Потому что тот, кого я считала простым и понятным варваром, оказался сложнее, глубже и… человечнее, чем я могла предположить. Лучше бы я этого не знала. Орк и орк, так было бы проще… Хотя… Кого я обманываю?
А я, со всей своей образованностью и светскими манерами, повелась на самую примитивную уловку – на внешность. Вернее, на грим.
Ненавижу!
Только не знала, кого больше? Себя или Соргана?
Мы ехали дальше в гробовом молчании. А в голове у меня проносились обрывки воспоминаний. Его слова у водопада: «Ты должна сама решить, чего ты хочешь». Его рассказ про орка, который поменял шкуры вместо войны. Его насмешка: «Ты предпочитала видеть во мне дикаря, потому что это было безопаснее».
Черт возьми, он читал меня, как раскрытую книгу. Видел все мои страхи и комплексы. И, наверное, презирал меня за них. За мою трусость. За мое нежелание видеть правду. За выбор. За это знание – что я выберу.
Несколько дней изнурительного путешествия, показались вечностью.
Городские стены замаячили на горизонте. Знакомые очертания, обещающие безопасность, комфорт и… скуку. Вечную, утомительную скуку.
Наверное, я больше никогда никого не полюблю. Что-то во мне сломалось.
Капитан Гаррет, видимо, решил нарушить молчание.
– Не волнуйтесь, леди Алиана, – сказал он с плохо скрываемым отвращением. – В городе вам помогут отмыть эту… грязь. И придать вам приличный вид.
Я посмотрела на свои руки. Зеленоватый оттенок от мази все еще проступал сквозь загар. Следопыт. Его след остался на мне. И не только на коже.
– Знаете, капитан, – сказала я задумчиво. – А может, и не стоит ее смывать. Как напоминание.
– Напоминание о чем? – он нахмурился.
– О том, что не все, что кажется уродливым и грубым, таковым является. И наоборот.
Он ничего не ответил, лишь покачал головой, явно решив, что я окончательно повредилась в рассудке.
А я смотрела на приближающиеся ворота и понимала: я возвращаюсь домой не той Алианой, что уезжала. Та девушка умерла где-то в степи, уступив место той, что сидела сейчас в седле – бледной, грубой и до смерти запутавшейся. Познавшей горечь неразделенной любви.
И самое ужасное было в том, что эта новая Алиана нравилась мне куда больше.
Я повзрослела.
ГЛАВА 22
Особняк отца встретил меня гробовой тишиной и запахом воска для паркета. Казалось, даже портреты предков на стенах смотрели на меня с укоризной.
«Опозорила род, – шептали их накрахмаленные воротнички. – Таскалась по степям с оборванцами и… и позеленела.
Если бы еще они узнали, что я рассталась с дев… Лучше и не думать об этом!
Папочка, бледный и осунувшийся, встретил меня в большом кабинете. Он не бросился обниматься, а стоял у камина, сжимая в руке бокал с чем-то пряным и терпким.
– Алиана, – произнес он, и в его голосе прозвучала такая гамма чувств – облегчение, гнев, растерянность. – Ты… жива.
– Как видишь, папа, – я устало опустилась в кресло, не в силах больше держать спину прямо. – Не съели.
– Этот… человек, – он с трудом выговорил слово. – Сорг. Он… не причинил тебе вреда?
Я фыркнула. Прямо как Сорг.
– Если бы не он, твои люди везли бы сейчас домой, в лучшем случае, мои изодранные в клочья кружева. Так что, нет. Не причинил.
Отец вздохнул и отхлебнул из бокала. Поморщился.
– Капитан Гаррет доложил, что ты… не в себе. Говоришь странные вещи. Защищаешь этого Следопыта.
– Я в себе как никогда, папа, – я посмотрела на него прямо. – Просто я повзрослела. Немного. Слегка позеленев в процессе. Ну, это для маскировки. Чтобы никто не догадался. Вот.
Он поморщился.
– Мы найдем лучших лекарей. Косметологов . Они снимут этот… налет.
– Не надо, – я резко встала. – Я сама справлюсь. Если захочу. Эта краска легко смывается… просто мне так… комфортнее.
Не слушая его возражений, я вышла из кабинета и поднялась в свои покои. Моя комната. Розовый шелк, фарфоровые куклы, зеркало в позолоченной раме. Все было так, как я оставила. И все было чужим.
Я подошла к зеркалу и посмотрела на свое отражение. Измученное лицо, всклокоченные волосы, кожа с зеленоватым оттенком. И глаза. В глазах сидела чужая женщина. Та, что могла ругаться с орками, есть жареного зайца без вилки и ножа и спать в обнимку с человеком, который пах дымом и опасностью.
– Кто ты?
Я дотронулась до своего отражения.
  
– Дура, – прошептала я. – Глупая, слепая дурочка. К тому же еще и влюбленная.
И тут меня накрыло. Волна горя, обиды, злости на себя и на него. Я рухнула на ковер перед зеркалом и зарыдала. Не сдержанно, не тихо, как подобает благородной девице, а громко, надрывно, с всхлипами и криками.