Стальной Рубеж (СИ)

Взгляд такой, будто готов убить собственную семью, если это понадобится. Настоящий вояка, капитан Старк, как подсказала мне память. Строгий, но справедливый мужик, бог и дьявол в одном лице.
Глеб его откровенно боялся, считая озлобленным солдафоном. Но мне такие скорее нравятся. Тем более если речь идет о защите людей от чудовищ.
Старк осмотрел меня таким взглядом, будто сам был монстром и готовился сожрать. Только не знал, с какой части тела начать свою трапезу?
  
— А, Гончаров, — как-то странно промычал он. — Получается, все-таки выжил.
— Да, господин, — ответил по форме, глядя прямо в глаза.
— Такие выродки не дохнут хе-хе, — усмехнулся солдат, проходящий мимо.
— Слоу, сволочь такая! Тебя целиком со стены сбросить или по частям, мать твою! — заорал на шутника капитан так, что стена чуть не рухнула. — Гончаров, мать его, завалил пять сраных кроков с одной масленкой и монтировкой! Ты бы на его месте у них отсосал и стал бы звать мамочку, чтоб тебя!
— Да, господин. Виноват, господин, — тут же замямлил детина, опустив взгляд.
— Так что бы ты сделал на месте Гончарова, твою мать? — не унимался Старк.
— Я бы… Я бы отсосал, господин, — краснея, сказал боец, и чуть не сгорел от стыда.
— Так точно, рядовой Слоу! Ты все правильно понял. А теперь вали нахрен, «господин» солдат, пока твой набор конечностей не убавился вдвое!!!
Того и след простыл, а Старк вновь уставился на меня. Казалось, он даже хотел улыбнуться. Хотел, но не мог. Его лицо будто бы заржавело, забыв, что такое улыбка.
— Гончаров, помнишь, я называл тебя никчемным куском дерьма? — тихо спросил он, подходя ко мне ближе.
— Не очень. Головой сильно стукнулся, — сказал я грубым, но не оскорбительным, тоном, сохраняя тонкую грань.
— Хм, стукнулся? Я думал, тебя там поломает как сраную тростинку в стиральной машине. Ладно, ты теперь не никчемный. Просто кусок дерьма. Как и все здесь. Иди покажись лекарю да поваляйся у себя до вечера. Пусть твои, мать их, мозги встанут на место, — заявил капитан Старк.
Он резко развернулся и направился прочь, делая широкие шаги длинными ходулями ног. Его темно-синий плащ развевался на ветру, словно знамя атакующей армии.
— Мировой дядька, мне нравится! — констатировал я, и направился к лестнице.
Спустившись вниз, оказался в странном мирке: что-то среднее между современностью и средневековьем.
Тыловая сторона башни, если можно так выразиться, была большим замком, где располагались дозорные. Во дворе огромного каменного сооружения с остроконечными башнями кипела жизнь.
Тут осуществлялись все виды деятельности. Пахло машинным маслом, навозом, едой, дымом и вообще чем придется. Все было грязным, растительности почти что не наблюдалось.
Кто-то куда-то бежал, кто-то чинил механизмы. Бойцы обслуживали местный (достаточно примитивный) колесный транспорт, что-то строили, матерились, курили и шатались без дела.
В глаза бросились гаджеты и технические приспособления, которых было в избытке. Даже у простых бойцов имелись специальные коробочки под названием смартфоны. У нас подобные уже давно не использовались.
Кто-то носил на шее специальную колонку с ИИ, кто-то умные часы или браслет с кучей функций. На машинах стояли антенны для усиления сигнала или его подавления. А дрова кололи с помощью робота с синей подсветкой и рукой, преобразованной в острый тяжелый топор.
Дрова!!! В мире, где есть скорострельное оружие, быстрый транспорт и информационная сеть Интернет. Дрова, которые в моем мире поджигали лишь для декора, когда хотелось украсить праздник живым огнем.
Еще тут бегали куры. Живые птицы, которых разводили явно не для красоты. Плюс обмундирование военных, плюс средневековая архитектура.
Кажется, местные светлые головы увлеклись разработкой гаджетов, забыв о такой мелочи, как комфортная повседневная жизнь.
Я нарезал пару кругов по двору, разбираясь, что где находится, и, по возможности, пробуждая память парня. Будет глупо, если я забуду, где склад с горючим, столовая или оружейная комната.
Да, горючее. Местный транспорт ездит на топливе, которое горит прямо в двигателе! Сомнительно, но окей. Освоюсь и создам парочку протонных батарей. Но это будет потом.
Обходя двор, прошел мимо небольшого навеса, под которым на лавках сидели дозорные и курили.
Сюда ссылали не только одних юнцов, как я понял. Так что на меня уставились дядьки по тридцать пять — сорок лет. Один вообще был седой и походил на деда, что пришел навестить внука во время службы.
Я не стал зацикливаться на этих солдатах. А вот они поступили иначе.
Сначала услышал свист в мою сторону. Причем не дружеский типа «Здорова, как жизнь⁈», а такой, каким подзывают собак. Потом раздался смех, за которым последовали недалекие шутки.
— О, лорд стены пошел, мужики! — крикнул кто-то.
— Слышь, командир, ты сильно нас не наказывай, аха-ха!
— Пиджак, как дела?
Память подсказала, что пиджаками называют таких как я. Сосланных дворян, которым выдали звание за принадлежность к сословию. Это оскорбительное прозвище, как и в целом поведение гоп-компании.
Глеб просто бы прошел мимо или бросил что-то в ответ и убрался, чем вызвал бы еще больше насмешек. Но я поступил иначе.
Сначала просто остановился, осматривая грязных потрепанных вояк с наглыми рожами. Шутники замолкли и насторожились, явно ощущая неладное.
Дальше медленным уверенным шагом подошел к курилке и стал говорить с улыбкой, будто обсуждал прогноз погоды на завтра:
— Здорова, юмористы, как жизнь? Веселитесь? Ну-ну! Только мне от ваших шуток не весело. Надеюсь, в следующий раз вы придержите свои грязные языки, чтобы их не лишиться.
Солдаты ахнули и раскрыли рты. Кто-то даже выронил сигарету. Но все же ступор продолжался недолго. Бойцы быстро пришли в себя и попытались ответить.
— Слышь ты, пиджак дырявый! — прорычал толстяк лет сорока.
— Пиджак — это то, в чем тебя похоронят, если будешь разевать рот! — резко оборвал его я.
— Что ты нам сделаешь, сопля зелёная??? — спросил, глядя исподлобья, русый мужчина лет тридцати, сутулый и с длинным носом.
— Я-то? — повел в ответ бровью. — Переловлю поодиночке и прикончу, как сраных кроков. Но это будет потом. Пока просто устрою вам райскую жизнь: буду ставить в дозоры через сутки, чтобы не было сил скалить зубы.
Тут солдаты снова смутились. Кто-то даже закашлялся. Несмотря на юный возраст, я был Старшим по званию. А значит, мог записать в дозор каждого, кого посчитаю нужным.
Память подсказала, что для этого надо подойти к капитану Старку. Думаю, после сегодняшнего случая, с этих проблем не возникнет.
К тому же есть еще много уловок, с помощью которых я могу омрачить жизнь шутников. Причем, не выходя за рамки кодекса Дозора. Никогда не любил бюрократию, но придется ею воспользоваться.
— Да, Гончар, наконец, оперился. Грозным стал, чтоб его, — сказал один вояка и отвернулся, давая понять, что не хочет конфликта.
— Ладно, хорош, мужики, — пробурчал самый старый и почесал седую голову.
— Ты кого в дозор ставить собрался? Я тебя сам поставлю… не только в дозор. Молокосос недоделанный! — не унимался русый, глядя на меня, как на своего злейшего врага.
— Истомин, угомонись, не гони! — цыкнули на него.
— Не, Леха прав. Еще мы малолетнего пиджака не боялись! — воскликнул толстяк.
Я понял, что не стоит распылять силы и сконцентрировался лишь на Истомине. Похоже, он кто-то вроде архидемона в стае демонов или лича в стае нежити. В общем, главарь этой банды. Стоит его обломать, остальные сами заткнутся.
  
Медленно поднимаю руку, и указываю на зачинщика, сверля его взглядом.
— Рядовой Истомин! Вечером заступаешь в дозор на Восточную башню. Там холодно и хрен поспишь, как говорят многие. Задача для таких сильных духом, как ты, — произнес, как ни в чем не бывало.
Все тут же засмеялись, тыкая в русого пальцами. Тот резко поднялся с лавки и пошел на меня, скалясь будто бешеная гиена.