Химера (СИ)
— И всё же воняет, — согласился Крысолов. — Так знакомо… Похоже на Осилово масло.
— Впервые слышу.
— Редкая вещь, потому как бесполезная. Уксус, перец, какие-то травы. Оно ничего не делает само по себе, но воняет на всю округу. У нас в Идалле им поливали площадь после казней, а то из людей всякое выходит в этот момент.
Химера поморщился. По долгу службы он сталкивался со всеми сторонами смерти.
— Помолодевший садовник, чудом не сгоревший дом и масло для маскировки запахов, — заключил Варион. — Поставишь свой серебряник на то, что старикан ещё жив?
Ладаим лишь покачал головой и предложил поискать тело. Много времени для этого не потребовалось. Химера спустился обратно на первый этаж, и едкий запах уксуса привёл его в дальний угол. Под ворохом ветоши и старых лопат Лисы и нашли садовника. Пожелтевшее тело старика уже покрывалось сизыми пятнами на радость упитанных мух. С такой близи даже Осилово масло не могло скрыть смрад несвежего трупа.
Наблюдавший из-за лисьих спин Броспего зарычал и выбежал из хибары. По звукам, что донеслись с улицы, Химера понял, что изысканный купеческий завтрак пошёл на удобрение сада раньше положенного.
— Как так вышло? — спросил Касилиам, едва Лисы вышли из жилища садовника.
— Он умер, — ответил Варион.
— Умер не сам, — добавил Ладаим, успев бросить недовольный взгляд на друга. — Получается, кто-то убил садовника, облил тело и дом Осиловым маслом, чтобы не так сильно пахло, а потом ушёл и оставил лучину на столе. Дом бы сгорел вместе с трупом, но не сразу, и убийца бы успел уйти.
— Вот только недавно шли дожди, а крыша тут совсем дырявая. На такое он, видимо, не рассчитывал, — вставил Химера. — Этот же убийца говорил с Валааном насчёт руны, он же пустил меня в сад во время вашего пира. Значит, случилось всё дня три-четыре назад.
— Выглядит так, что лже-садовник и подарил твоей дочери ожерелье.
— Да зачем это всё? — Броспего размашисто вскинул руки. — Не может быть, сука! Она бы ничего от простолюдина не приняла. Тем более такую херовину!
— Надо отвезти его в Мухоловку, — предложил Химера, на что купец ответил нечленораздельным мычанием. — Это место за стеной, куда свозят все непонятные трупы с улиц. Там работают странные ребята, но они могут примерно сказать, как давно человек умер и от чего.
— Что мне это даст, по-твоему?
— Если старик умер до твоего приезда, то получится, что вас ждал не только я.
Броспего сложил ладони в замок и положил на них широкий подбородок. Его глаза дрожали под закрытыми веками.
— Ваш город — это чума всей Летары, — казалось, с губ Касилиама вот-вот начнёт сочиться яд. — Когда всё закончится, я и на десять вёрст к нему не подойду.
— Тогда зови своих шаадамарцев. Пусть несут труп в Мухоловку, — Химера нетерпеливо переминался.
— А вот это уже ваша забота, — отмахнулся Броспего. На удивление Лис он ответил суровым взглядом. — Я не собираюсь водить вас за руку по всей этой дыре! У вас есть указания, так следуйте им — найдите мою дочь. Как вы это сделаете — ваши проблемы. Мои люди — это моя охрана, а не могильщики. Выкручивайтесь, ищите пути. Но только попробуйте обосраться — я вас похороню прямо в этом саду. Ясно?
Не дожидаясь ответа, купец уверенно зашагал в сторону главной аллеи. Химера проводил взглядом его широкую спину в сиреневом дублете и громко выругался.
— Мухоловка на другом конце города. Понадобится повозка и лошадь, — спокойно проговорил Ладаим. — Осёл, на худой конец.
— И где мы её сейчас найдём? — Варион распустил хвост и позволил волосам упасть на плечи.
— Ты найдёшь. Сделаем всё после заката, чтобы не привлекать внимание, так что буду тебя ждать здесь вечером. Броспего говорил, что нас должны пустить без проблем.
— Будешь ждать меня вечером? — не понял Химера. — И где я должен раздобыть запряжённую телегу? Ты обещал помочь!
— И я тебе помогаю, — Крысолов раздражённо вздохнул. — Но началось всё из-за тебя, и я не могу бросить все свои заботы. Мне надо отметиться в Приюте. Ты же не хочешь, чтобы Гадюка прознала про наше дело?
— А, может, ты тоже с ней сговорился? — Варион озвучил свои худшие опасения. — Может, вы вместе пытаетесь меня продать Касилиаму Броспего, и тебе не терпится рассказать ей обо всём за сегодня?
— Да пошёл ты в жопу, — Ладаим обиженно уставился на товарища. — Ищи телегу и заезжай через задние ворота сада. Встретимся тут. И никогда, сука, не смей во мне сомневаться.
Химера остался у хибары садовника ещё на какое-то время, даже когда Крысолов уже скрылся далеко за жёлто-красным обрамлением осенних деревьев. Тучи вновь покрывали холодное осеннее небо Басселя, обещая дождливую ночку. Впрочем, ничего хорошего он и не вправе был ждать с тех пор, как впервые оказался по эту сторону садовой ограды.
Приближающийся гул грубых голосов отогнал все лишние мысли. Химера разглядел прогуливающихся по саду солдафонов: вероятно, охрану очередного толстосума. Эти парни не походили на иноземцев, но и знаков различия бассельской стражи на их бежевых кожанках не наблюдалось.
Обратно Варион отправился по одной из боковых аллей, чтобы не пересекаться лишний раз с вояками. Свежий ветерок, что подул ему в лицо, наконец вернул ясность мыслей. Он даже придумал, где найти телегу для трупа престарелого садовника. Осталось лишь договориться с владельцами.
Глава 7. Где живёт наша душа?
«Я много наблюдал за животными и понял, что в этом мире смерть волнует только людей и мух». Камил Нодемарский, «Записки о покорении Севера».
— Я тебя точно не отвлекаю? — в третий раз уточнил Химера, не прекращая жевать столь же вкусный, сколь и бесплатный куриный окорок. Разместился он в своём любимом углу пока ещё пустующей «Пёсьей морды».
Нималия взглянула на него словно на непослушного ребёнка.
— Отец сказал, что таким грустным ты ещё не приходил, и велел присмотреть за тобой, — девушка отхлебнула немного сбитня из высокой чарки. — Работы на сегодня почти не осталось, пока пьянь не собралась. Разузнали что-нибудь про твою сбежавшую невесту?
Варион грустно усмехнулся и выдал подруге общую картину злоключений за последние пару дней. За такой недолгий рассказ Ним успела осушить всю чарку и с озадаченным видом уставилась на Лиса.
— Не сиделось тебе спокойно, да? — прошептала девушка. — Еще и Крысолова подставил.
— Он-то знал, на что шёл, — отмахнулся Химера. — А к тебе я, на самом деле, тоже пришёл за помощью. Как там ваша повозка, жива ещё?
— Колесо поменяли дней десять назад, — Нималия замолчала и с подозрением прищурилась. — А на кой чёрт тебе отцовская телега?
— Надо перевезти труп из Подворья, — Химера устал от иносказаний, да и в опустевшей до вечера «Пёсьей морде» никто не мог услышать их разговор. — Не волнуйся, я никого не убивал, всё сделали ещё до моего первого появления. Но есть шанс, что убийца знает, кто сорвал мой заказ и увёл девку. Может, он и был тем магом. Отдадим труп в Мухоловку, пусть посмотрят его.
— Ты же не ждёшь, что я так и скажу отцу?
— Ты всегда знаешь, что сказать, Ним. А я без твоей помощи пропаду.
— Как, в общем-то, и всегда. Сиди здесь, я поговорю с папой, — девушка поднялась из-за стола. — Давно бы Лисы пропали без помощи хрупких девушек.
Химера улыбнулся. Свою хрупкость дочь хозяина «Пёсьей морды» явно преувеличивала. Судьба свела их ещё лет семь назад, когда ему едва исполнилось двадцать, а Нималии — и того меньше. Тогда Варион впервые услышал её любимую историю про то, как отец до последнего не брал её на охоту в бассельские леса. И про то, как, однажды попробовав, он отказывался охотиться без бойкой веснушчатой девки и оставлял сыновей приглядывать за «Мордой».
Кабак этот за последний годы стал для Лис вторым домом. Многие даже открыто говорили, что куда лучше себя ощущают в «Пёсьей морде», нежели в Приюте. Однако никто из них здесь не жил. В «Морде» было всего несколько неоправданно дорогих комнаток, да и далековато было отсюда что до центральных улиц, что до руин Кваранга.