Мы, Мигель Мартинес. Война (СИ)
— Господин генерал, прошу ознакомиться с вот этим документом. Как вы видите, ваши соседи согласны дать нам транспортный коридор к городу Хуст. Насколько это может ускорить решение этого вопроса?
— Хм… господин Август, это действительно упрощает решение вашего вопроса. Сначала хочу сказать, что мы решили одобрить поставки стрелкового вооружения, вот только продавать мы будем их не Веймарской республики. Нарушать эмбарго мы не станем. Да и в СССР не хотели бы отправлять грузы.
— Мы подготовились, вот фирма, которая будет закупать оружие для Бразилии. Отправлять через Росток. Имеют право.
— Это тоже упрощает дело.
Генерал написал на листке ряд цифр — номер счета, который должен был быть пополнен в ближайшее время. Взятка? Она самая.
— И румынский транзит должен быть оформлен на другую подставную фирму. Тогда правительство закроет на этот канал глаза. Вот только никаких добровольцев через наши земли. Это условие не оговаривается. Или так, или никак.
— Мы всё подготовили, господин генерал.
— И прекрасно. С вами свяжется мой человек, капитан Новотны. С ним утрясете все детали. И вот еще. Если по поводу транзита поднимется шум, мы вынуждены будем заблокировать его. Работайте аккуратно, господа.
— Что это за счет? — поинтересовался Анципо-Чикунский, когда они вышли из кабинета генерала. Неужели его личный?
— Ну что ты! Генерал не такой идиот. Это счет благотворительной организации, которая поддерживает его легионеров, участвовавших в сибирских боях. Сам понимаешь, взятка, но типа борзыми щенками. Кто-то аноним пожертвовал в фонд, который к самому генералу имеет весьма отдаленное отношение. Он даже не состоит среди его учредителей.
— Да, Август Янович, сложно жить генералу на одно жалованье…[1]
[1] Надо сказать, что политическая неразборчивость довела генерала Сырового до цугундера. Бенеш назначил его министром обороны в период Мюнхенского сговора. И Сыровый благополучно страну сдал Гитлеру. А потом и встречался с Адольфом, когда тот посетил Прагу. Эта встреча оказалась для него роковой. После освобождения Чехословакии был осужден, отсидел, вышел, работал ночным сторожем, жил в маленькой квартире на нищенскую зарплату, последние годы жизни спал на книгах на полу. Карма.
Глава четвертая
Встреча в Париже
Глава четвертая
Встреча в Париже
Париж
17 декабря 1933 года
На этот раз у меня особой причины задерживаться в Париже не было. Кроме одной встречи, которую мне организовал мой французский друг Марсель Трюдо. Впрочем, с этим человеком я уже встречался немного ранее. И встреча оказалась для него не самой приятной. Я имею в виду генерала Миллера. Евгений-Людвиг Карлович Миллер после похищения генерала Кутепова в 1930 году возглавлял РОВС. Те, кто знали его, характеризовали как умного и идейного противника большевизма. Результатом моего первого интервью, взятого в Париже, в штаб-квартире организации, стала статья, написанная в классическом кольцовском стиле. Говорили, что этот почти саркастический опус был весьма болезненно воспринят всеми эмигрантскими кругами. Ну что же, тем хуже для меня. Но эта идея понравилась Сталину, а чтобы начать двигаться в этом направлении, нужно было навести мосты с самой массовой белоэмигрантской организацией, се ля ви, как говорят французы.
На эту встречу Миллер пришел в сопровождении двух офицеров, под пальто они неумело скрывали оружие. Да, не удивительно, что и Миллера в РИ сумели похитить[1]. С таким пренебрежением к собственной безопасности, генерал мог спокойно передвигаться по Парижу с табличкой на спине «Похитьте меня, пожалуйста». С нашей последней встречи он практически не изменился. Уверенная походка, ровная линия кавалерийских щегольских усов, аккуратная бородка, настороженный взгляд.
— Вы, господин Кольцов что-то стали повторяться. Правда, для разнообразия, на этой встрече вас сопровождает дама. Новые веяния в вашем стиле работы?
— Господин генерал, вы же сами понимаете, что интервью советскому журналисту вы бы не согласились дать ни за какие деньги. А так… и поговорили, и познакомились.
— Я бы предпочел обойтись без таких знакомств, господин Кольцов, извините, товарищем вас назвать не могу.
— Тут мы взаимны, Евгений Карлович. Но тут у меня есть к вам дело. Причём к вам, это относится не только к вам лично, а ко всей вашей организации.
— У нас нет никакого доверия к вашим предложениям, господин Кольцов, ни вашим, ни вашего вождя, если эти предложения исходят от него или от ОГПУ. Только просьба ваших французских друзей, которым я, увы, не могу отказать…
Генерал жестом подозвал официанта, который вытянулся перед ним в струночку, вот, интересно, как это у него так получается, я, сколько не тренировался, так на эту братию не влияю, заказал кофе с круассаном и приготовился меня слушать. Его сопровождающие заняли места в двух столиках от нас, что одновременно гарантировало конфиденциальность беседы и защиту от нежелательных сюрпризов.
— У нас появился весьма интересный проект, он рассчитан на перспективу, так сказать, игра в долгую. Но перспектива такова, что ваши дети и внуки не будут ни в чем нуждаться. По поводу доверия. Вы же знаете историю Порт-Артура? И что там сейчас? Наше правительство гарантировало русским в Китае и Маньчжурии право свободного выбора, предоставив Ляодунский полуостров для создания там Желтороссии. Абсолютно автономного и независимого государства. Только не говорите, что вы не в курсе тех договоренностей. Ваше отделение РОВСа тоже принимало участие в переговорах. И наше правительство вас не обмануло. Более того, мы оказываем экономическую помощь в обустройстве наших соотечественников и ничего не требуем взамен, кроме обязательства рассчитаться потом по беспроцентным кредитам. Это я по поводу того, что нам можно доверять, господин генерал.
— Я так понимаю, господин Кольцов, что у вас есть какое-то предложение, похожее на эту Порт-Артурскую авантюру?
— Ну что вы, генерал, моё предложение намного интереснее, более того, оно рассчитано на намного более интересное сотрудничество. Именно что сотрудничество.
— Хорошо, я слушаю вас. Считайте, что обязательные предварительные телодвижения для начала переговоров мы уже совершили.
Кофе и круассан явно привели генерала в благодушное настроение. А то было впечатление, что он не выспался, переживал, наверное, что идёт в ловушку, интересно, оставил записку или нет?[2]
— Евгений Карлович, есть такая земля, которую называют еще Ливией, но для вас будет более привычно — Триполитания и Киренаика.
— И чем нас должна привлечь эта пустыня, которую усиленно окучивают макаронники?
— Италия, как и Германия, опоздала к разделу колониального пирога. Вот и пытается там закрепиться, хоть что-то урвать. Получается у нее это откровенно плохо. Конечно, после того, как они казнили Льва пустыни[3], их дела улучшились, а генерал Грациани[4] настроен решительно, но… Там будет всё ещё очень жарко. И долго. Местные племена воинственны, в общем, там каша вариться та еще.
— И какой у нас в этом интерес?
— Смотрите, вот карта. Сирт. Рас-Лануф. Марса-Эль-Бурейха. Три небольших портовых города. Первый этап: организация переселения небольших общин, буквально в каждый десять-двенадцать семей.
— Зачем нам это?
— Итальянцы там не навсегда. Более того, мы постараемся сделать так, чтобы у них под ногами земля там горела. Найдется и второй лев или барс или пантера пустыни. Посмотрим. Не в этом суть. Второй этап: общины нанимают вооруженную охрану из-за опасных волнений. Как вы понимаете, эта охрана тоже ваши люди. Советую при РОВСе создать что-то типа частной охранной фирмы. Пригодится.