Новый мир. Книга 1: Начало. Часть вторая (СИ)

Отчасти поддавшись внезапному порыву, а отчасти просто следуя логичному сценарию этой встречи, я бросился ей навстречу. Обхватив девушку руками за талию, спрятанную под тонкой тканью, я легко поднял ее над землей и крепко прижал к груди. Руки девушки обвили мою шею, я вдохнул аромат ее волос — и в этот момент окончательно утратил самообладание. Еще минуту назад я не знал, как вести себя с ней и не стала ли она мне чужой — а тут пришлось закусить губу, чтобы не пустить слезу. Я завертел ее на месте, словно танцор свою партнершу. Платье развевалось на ветру. Судя по взглядам некоторых прохожих, которые даже оторвались от своих девайсов, наша встреча смотрелась со стороны очень трогательно и романтично.
Не убирая рук с моей шеи, Джен наконец оторвалась от груди и посмотрела мне в глаза. Ее ресницы слегка блестели влагой от слез, и это окончательно развеяло все сомнения в ее искренности. Я хотел сказать что-то. Но раньше, чем подходящие слова пришли на ум, наши губы сблизились и осторожно прикоснулись друг к другу.
Это был наш второй первый поцелуй. Первый был три года назад в лагере «Юнайтед». Но это было слишком давно и казалось фрагментом прошлой жизни. У Дженет было очень свежее дыхание. В нем чувствовался лишь легкий аромат чайных листьев. Здесь, посреди улицы, под взглядами прохожих и ее однокурсников, она не решилась целоваться с языком, поэтому мы лишь слегка прикасались друг к другу губами — но даже это было так волнующе после четырехсот пятидесяти дней в интернате, что меня пробирало до костей.
— Я так ждала тебя, — произнесла девушка несколько секунд спустя, отстранившись от моих губ.
— А уж я как ждал, — ответил я, аккуратно поставив ее на землю.
— Спасибо, — приняв из моих рук букет, который я все это время держал в руке за ее спиной, она с наслаждением понюхала розы. — Они прекрасны.
— До сих пор не могу поверить, что наконец вижу тебя. Жаль, что мы не вдвоем!
— Ничего, у нас еще будет время. Я уверена, ребята понравятся тебе. Идем, я познакомлю вас.
Мы приблизились к собравшейся компании из четырех человек — двух парней и двух девушек. Не могу сказать, что эта четверка с первого взгляда мне приглянулась. Они напоминали мне тех по-дурацки одетых людей, которых я видел в шоппинг-моле. Пестрая внешность сокурсников Джен совершенно не отвечала моему представлению о студентах респектабельного мединститута. Впрочем, может быть, я просто слишком привык к виду коротко стриженных юношей и девушек в идеально отглаженной униформе.
Я сразу обратил внимание, что один из парней сидит на электрической инвалидной коляске. Джен представила его как Тима. Это был полный круглолицый парень с неопрятной прической и клочковатым пухом на щеках. Голубые глаза колючим и критичным взглядом интеллектуала смотрели на мир из-под белесых бровей. Его ладонь была дряблой и слабой, с толстыми, как сардельки, пальцами, и я, кажется, нечаянно сжал ее слишком сильно.
— Эй-эй, полегче, — насупившись, произнес Тим неприязненно, одергивая руку.
В его взгляде я почувствовал что-то злобное и сразу распознал в нем типаж человека, стесняющегося своей немощности и ненавидящего за нее всех здоровых и привлекательных людей. Своим высокомерно-презрительным отношением он всячески будет пытаться продемонстрировать свое интеллектуальное превосходство перед «тупым боксером», роль которого отведена мне. Какое-то шестое чувство подсказало мне, что Тим, помимо всего прочего, еще и влюблен в мою Дженет, и от этого его неприязнь становится еще глубже. Что ж, я не из тех, кто станет соревноваться с обделенным судьбой инвалидом. Он не был похож на человека, способного заинтересовать Джен, так что пусть делает, что считает нужным.
— Извини, я не хотел, — беззлобно ответил я.
Со второй парочкой, Китом и Лолой, при знакомстве обошлось без эксцессов, если не считать непонятого никем момента, когда я по привычке представился «Алексом» и тут же исправился, сказав, что я Димитрис. Китом звали долговязого парня моих лет, одетого как неформал, с длинными темно-русыми патлами и такого же цвета косматой бородкой. Рядом с ним сидела невысокая остролицая девчонка, чьи коротко стриженные волосы невероятного розового цвета, торчащие словно от удара электрошоком, хорошо гармонировали с пирсингом в носу и как бы намекали, что и она принадлежит к какому-то неформальному движению. Около стула парня стоял чехол с гитарой, и я понадеялся, что, в отличие от большинства подобных персонажей, которые носятся с гитарами, Кит умеет на ней играть.
 
Наконец, в компании была еще высокая девушка с отстраненным взглядом светло-голубых глаз — худая, как щепка, с очень длинными волосами, едва ли не до пояса, с венком из полевых цветов, и несколькими пар бус на шее, которая постоянно перебирала меж пальцев деревянные четки. На зеленом рюкзаке этой девушки виднелось множество флажков и эмблем, пропагандирующих пацифизм, веганство и движение за защиту окружающей среды, что как бы все объясняло. Джен представила ее как Ширен. Со мной Ширен поздоровалась вежливым поклоном.
«Да уж. Ну и компанию подобрала себе Джен. Злобный калека, парочка эмо и чудаковатая защитница природы. Неужели все эти чокнутые учатся на врачей? Если так, то дай мне Бог не попадать в австралийские больницы», — подумал я про себя, продолжая мило улыбаться.
— Ну что, все готовы? — с преувеличенной радостью провозгласила Дженни, очевидно, привыкшая в этой компании брать все в свои руки.
Я заметил, что у Джен был довольно увесистый походный рюкзак, очевидно, с палаткой. Не спрашивая, я взял его и повесил на одну шлейку за левое плечо, рядом с собственным рюкзаком, в котором тоже была палатка, одолженная мне Робертом. Можно было и согласовать это заранее, чтобы не тащить каждому по палатке, но вчера было как-то не до этого. Вдобавок к рюкзакам Тим всучил мне еще и увесистый чемодан, в котором, судя по звуку, находились бутылки с алкоголем и лед.
В суете сборов я так и не сподобился посмотреть в Интернете, где находится тот самый ландшафтный парк, о котором говорила Джен, тем более что и название его я запамятовал. Я ожидал, что отправиться туда придется на автобусе или поезде. Каково же было мое удивление, когда оказалось, что наш путь лежит всего лишь к небоскребу на одной из прилегающей к площади улиц, вход в который венчала вывеска «Рекреационный комплекс «Зеленый горизонт».
— Этот парк — он что, крытый? — спросил я с удивлением.
— А ты что думал? — прыснул Тим, посмотрев на меня как на сельского дебила. — Никогда не видел крытых парков? А, ну да. Ты ведь… кхе-кхе.
Раньше, чем я успел сказать что-то по поводу «кхе-кхе», Джен спешно перевела разговор на тему, все ли у нас есть для пикника, и оказалось, что заходить в супермаркет вроде бы нет нужды, однако Тим напомнил, что мне следует скинуть тридцать восемь фунтов «за билеты, хавку и все прочее». Я едва сдержался, чтобы не поинтересоваться, откуда взялась такая чудовищная сумма (сегодня в супермаркете я пообедал за один фунт и десять пенсов, и посчитал, что это дорого), но, поскольку рядом была Джен, сдержался и перекинул указанную сумму со своего финансового счета.
Узнав, что весь наш поход заключается в посещении какого-то искусственного парка в центре города, я поначалу преисполнился скепсиса и даже начал улыбаться, поглядывая на рюкзаки и одежду ребят, собравшихся словно в настоящий поход — однако скепсис поубавился, когда я узнал «Зеленый горизонт» поближе.
Как оказалось, городской зеленый туризм был популярным и активно развивающимся направлением туристической индустрией в Содружестве наций, в которое вкладывались сотни миллионов фунтов в год. Трехсотметровый небоскреб в самом центре Сиднея представлял собой не что иное, как огромный «вертикальный парк», общая площадь которого превышала триста пятьдесят гектаров. Здесь можно было встретить более тысячи видов живых растений, триста видов животных и птиц, сотню искусственных прудов, два десятка водопадов, скалы и пещеры.