Коллекционер 2 (СИ)

— Ну, что, теперь немножко полетаем над океаном? — Залихватски предложил я после того, как мы, встав на обратный курс, возвратились в район Приморского.
— С тобой, Ванюша, хоть на край света, — донесся до меня залихватский ответ в разговорнике, и я переменил направление полета, держа курс примерно в том направлении, в котором мы вчера вечером увидели в первый раз всполохи боевой магии.
— И снова ничего! Возвращаемся, пока еще до ромеев не долетели? — Уныло предложила моя ненаглядная спустя еще час или полтора полета. К тому времени у меня самого уже филейная часть заметно затекла, сидя все время в одном положении, поэтому я без особых возражений развернул свой летательный аппарат на сто восемьдесят градусов, уже потихоньку предвкушая, как спущусь с этой летающей неудобной скамейки обратно на землю.
— Ваня, смотри, чуть правее и ниже от нашего курса! — Выдала мне ориентир Дианка, не утратившая, в отличие от меня, внимательности от близости нашей цели назначения.
Перевел взор в указанном направлении. Судя по скругленным обводам, явный ромей! Летит откуда-то из внутренних районов материка, торопится. Ну, теперь ману для полета можно не экономить! Мысленно потянулся к камню накопителя, втягивая оттуда в себя дополнительную порцию маны. Мой самолет, как резвая гончая, почуявшая добычу, ускорился. Параллельно я подкорректировал наш курс в сторону нарушителя.
Однако, похоже, пилот вражеского летуна тоже оказался не прочь подраться. А может, он просто не принял нашу маленькую относительно его размеров птичку всерьез. Во всяком случае, ромей отворачивать не стал, сам чуточку довернул курсом на сближение и прибавил в скорости.
Хм, а ведь я толком ничего о его боевых качествах и не знаю. С какой стороны подлетать к нему наиболее безопасно? В том, что я сумею вывернуть к этому небесному тихоходу с любой стороны, на выбор, я, в принципе, даже и не сомневался.
Впрочем, кое-что я все-таки знаю. Видел, как вчера наш, русский летун заходил в атаку на вражеский со стороны его брюха. Ага, значит, будем считать, что план первой атаки мной уже разработан.
— Дианка, приготовься! Сейчас я сначала направлю наш самолет вертикально вверх, а потом так же резко вниз, — предупредил я свою одноклассницу перед началом выполнения колокола.…Ну, если я правильно вспомнил название фигуры высшего пилотажа, конечно.
Черт! А я еще радовался, что вовремя изготовил разговорники! От визга Дианки, донесшегося из моей части этого парного артефакта у меня реально засвербело в ухе. Ну, да, американские горки при сравнении с этим маневром — лишь скучные покатушки, не выжимающие даже крохотной толики адреналина.
Однако в конечном итоге получилось все, как нельзя лучше! Ромей, увидев, как я круто начал набирать высоту, развернул своего летуна тоже — навстречу солнцу. А я, чуточку выдержав это направление и изрядно опередив своего врага, ухнул по очень крутой траектории вниз. Не самое крутое пике, конечно, для выхода из реального пике у меня могло не хватить крепости крыльев, но тоже вполне себе впечатляет, поскольку разогнаться мы сумели при этом спуске очень даже прилично. Именно тогда-то Дианка и начала визжать.
А я, резко потеряв высоту, уже выходил тем временем к вражескому летуну со стороны его по-прежнему вздернутого вверх брюха. Кажется, пора…. Вообще-то, со стрельбой в полете лучше было бы сначала потренироваться. Впрочем, и так все получилось вполне пристойно. Пилот вражеского летуна в самый последний момент заподозрив неладное, наложил на примерно переднюю половину своего аппарата магический щит, тоненькую сверкающую пленочку почти облегающую корпус летуна.
Вот в эту-то самую пленочку выпущенная мной пуля и затормозила, тем самым инициировав создание на расстоянии примерно пары-тройки метров от себя, уже позади воздвигнутой защиты, довольно крупного кислотного объема.
Ловкость +1; Разум +1. За победу над более сильным противником вам начислено 75 денариев. Для хранения Системной валюты и прочих денежных средств вам сформирован пространственный кошелек. — Немедленно выдала мне Система вполне себе достойную награду, подтверждая тем самым мой успех.
  
Потом, приземлившись, я первым делом оценил, что за монеты перепали мне от Системы. Чуда не произошло: денарии оказались из трех серий, все монеты из которых у меня дома уже были в наличии: с четырехконечной звездой стихий, с различными зверушками магии жизни, и одна единственная, малая золотая, с изображением горных вершин. Как я понял, таким образом, Система подчеркнула, за счет применения каких конкретно разделов магии достигнута моя победа. Сразу же, как только это сообразил, в голове немедленно зашевелились шестеренки: как бы мне так извратиться, чтобы Системе пришлось для меня выделять монеты какого-нибудь нового сэта?
Но это было уже потом, а пока нас с моей напарницей переполнял чистый, незамутненный восторг.
— Ура! Мы подбили его, Ваня, мы подбили его! — Оглушающе вопила Дианка, радуясь нашему неожиданному успеху. Определенно, надо будет что-то с этим разговорником делать, так и глухим от ее воплей остаться недолго.
Все же преодолев накативший разряд эйфории, я попытался прикинуть масштабы получившегося у ромеев бедствия. Это у меня, когда я не обладал никаким системным Классом вовсе, эта весьма едкая дрянь образовывалась в объеме примерно небольшого ведерка, тут же над заклинанием создания кислоты поработала профильная магиня жизни. Да Маринка еще и в дополнение к этому вкачала в печать, наложенную на пулю, своей весьма действенной маны… буквально до собственного истощения. Не удивительно поэтому, что вражеский летун, получивший в свои потроха подобный подарочек вдруг начал прямо на наших глазах покрываться громадными темными дырами.
Все же на ромейском летуне еще оставался кто-то дееспособный. И артефакт, снижающий вес корабля так же оставался неповрежденным. Потому вражеский корабль так и не обрушился на землю кучей поеденных кислотой обломков, а более-менее плавно пошел на посадку. Ну, в какой-то мере, плавно, посадка у него, как я рассмотрел с высоты, все же вышла довольно жесткая, даже какие-то обломки от столкновения с Землей посыпались в разные стороны.
— Ваня, давай за ним! — В азарте, не замечая опасности подобного предложения, потребовала Сорокина.
Хм, почувствовала себя победительницей… а что если тот, выживший из экипажа, окажется кем-нибудь, наподобие приснопамятной Афины Патрокалас? Потому, при посадке я круто взял в сторону. Если враги пожелают оказывать сопротивление, нам вовсе даже не нужно их окончательно побеждать, достаточно будет проследить, просто не дав скрыться до прихода местных представителей армии.
Из опустившегося летуна не вышел никто. Безрезультатно прождав минут десять и окончательно заколебавшись удерживать на расстоянии от опасного объекта подругу, я все же сдался под давлением превосходящих сил.
— Хорошо, ладно. Идем туда. Ты, Диана, все время поддерживаешь тот пространственный щит, который показывала мне.
И мы пошли. Однако вблизи дыры от магической кислоты выглядят еще более впечатляюще. Реально от сплошного глянцевого корпуса осталась какая-то вся изъеденная кавернами и дырами непотребщина. Как еще эта основная часть не развалилась ко всем чертям в воздухе?
Войдя через огромную прореху внутрь корпуса мы, наконец, поняли, почему никто отсюда не вышел наружу. Единственный еще живой пилот этого летательного аппарата представлял собой страшное зрелище. Фактически кровоточащий кусок мяса. Выходит, феноменальный был пилот, если в таком состоянии смог все-таки посадить свой корабль.
— Так, Дианка, давай на самолет и лети в поселок за Маринкой. — Сделав голос поавторитетней, распорядился я. — Может она еще сумеет спасти жизнь этому несчастному. Ну, и власти поселка предупреди, что ли. Мы же практически на их глазах там летали, а они вообще не чешутся сюда поспешать.
Первые представители общественности появились в окрестностях крушения летуна минут через десять после отлета Дианки. К тому времени я успел худо-бедно исследовать внутренности кабины вражеского летуна. В принципе, ничего особо полезного для себя не отыскал за исключением ученического чемоданчика. С подобными у нас, в школе, ходят старшие школьники. А внутри конкретно этого чемоданчика тоже отыскались и исписанные тетрадки, и географические карты. Вот только сомневаюсь, что кто-то из пилотов по совместительству одновременно еще и в школу ходил. На всякий случай я этот чемоданчик прихватил с собой. Передам потом Мартину Сергеевичу или его коллегам. Подозреваю, им те карты будет очень-очень интересно поизучать. А еще интереснее будет поизучать пути, которыми карты, имеющие явно важнейшее оборонное значение, попали в руки врага.