Землянка для властных Галактианцев (СИ)

Его грудь плотно прижалась к моей спине, тёплая и напряжённая. Я почувствовала, как его дыхание касается моей шеи, вызывая дрожь. Моя голова откинулась назад, невольно касаясь его плеча, и я слышала, как его голос вибрирует где-то глубоко, проникая в каждую клетку моего тела.
— Ты говоришь, что тебе нужна информация, — продолжил он, его губы почти касались моего уха. — Так заслужи ее. Ты же никогда не убивала, верно? Так и нечего тыкать в меня своей зубочисткой. У тебя есть оружие куда более действенное, чем грубая сила. Знаешь какое?
  
Его тело двигалось вместе с моим, и я не могла вырваться, лишь мотнуть головой. Каждое его движение было выверено, каждый жест — предупреждением. Но это близкое, почти болезненное ощущение его силы начинало будоражить что-то, что я не могла контролировать.
— Твоя женская слабость, Лина. Обольстительность. Податливость, — его голос стал мягче, но от этого он не потерял своей власти. — Даже сейчас, несмотря на то, что ты вся дрожишь. Боишься меня… — его губы приблизились к моей шее, и его дыхание стало ещё теплее. — Это ведь не единственное, что ты чувствуешь, верно?
Я хотела возразить, выкрикнуть что-то, что сломало бы его уверенность, но не могла. Моё сердце стучало так громко, что заглушало любые мысли. Его близость подавляла, захватывала, но где-то внутри всё кипело от смеси страха, гнева и… чего-то необъяснимого.
— Ты не представляешь, насколько сильно это заводит, — прошептал он, его голос стал ниже, почти утробным. — И знаешь, что самое забавное? Тебе это тоже нравится.
Я хотела возмутиться, но вместо этого только зажмурила глаза, ощущая, как всё тело охватывает лихорадка. Это было слишком — его сила, его голос, его близость. Всё слилось в одну нескончаемую волну, которая угрожала унести меня.
— Ты хотела получить от меня информацию, девочка, — добавил он, чуть сильнее надавив железкой, но не настолько, чтобы причинить боль. — Так добудь ее. Но помни, что правила здесь устанавливаю я.
Его слова прозвучали как вызов, как приговор. Я стояла, чувствуя, как меня раздирает противоречие: между желанием вырваться и… чем-то другим, что я не хотела признавать.
Кайлан наклонился ближе, его дыхание стало ещё более горячим, обжигая мою кожу. Я почувствовала, как его губы едва касаются моей шеи, там, где бешено пульсировала жилка. Холод металла, прижатого к моему горлу, резко контрастировал с теплотой его прикосновений.
— Чувствуешь, как бьётся твоё сердце? Так быстро. Так громко, — прошептал он, голос низкий, хриплый, будто он говорил не мне, а самому себе.
Я не могла ответить, мой голос застыл где-то в груди. Его губы вдруг накрыли то самое место, где под кожей билась кровь. Он поцеловал его, так нежно и мягко, что этот момент почти противоречил всему остальному. Сердце колотилось так сильно, что я уверена, он чувствовал это.
А затем я ощутила, как его язык провёл по этому месту. Медленно, почти издевательски. Контраст между холодным металлом и его горячими прикосновениями лишал меня способности думать. Я задохнулась от неожиданности, но не могла пошевелиться — он удерживал меня так, что я была полностью в его власти.
— Такая противоречивая, — его голос был таким тихим, что я едва различала слова. — Ты пытаешься сопротивляться, но не можешь. Твоё тело говорит всё, что ты боишься признать.
Моя голова невольно откинулась назад, открывая ему ещё больше пространства. Я пыталась действительно сопротивляться этому, но тело не слушалось. Его язык скользнул по моей шее ещё раз, медленно, вызывая волну мурашек, которая прошла по всему телу. Дыхание Кайлана стало более тяжёлым, и он наклонился ближе, не оставляя мне ни шанса на движение.
— Не надо бороться, отпусти ситуацию, — его слова звучали как шёпот, но в них была стальная уверенность. — Утоли свой голод, моя маленькая необузданная земляночка.
Я задохнулась от его близости, не в силах найти слова, чтобы ответить. Внизу живота приятно покалывало от желания.
  
12
 
В тот момент, когда я уже почти теряла себя, меня вдруг охватила острая волна решимости. В груди запульсировала злость, которой не хватало, чтобы вытеснить страх. Его слова, его действия — всё это пробудило ту часть меня, что давно привыкла защищаться. Я резко подняла колено и со всей силы ударила Кайлана в пах.
Он тут же отшатнулся, громко выругавшись, хватаясь за живот. Его лицо исказилось от боли, а в глазах засиял яростный огонь.
— Твою мать! — прорычал он, опираясь на стену, пытаясь прийти в себя. — Ну, ты, Лина, и бешеная кошка!
Я, дрожа, отступила на шаг, стараясь отдышаться. На мгновение мне стало стыдно. Возможно, я действительно переборщила с силой удара, но иначе он бы не остановился.
— Не на ту напал, Кайлан, — выпалила я, с трудом подбирая слова. — Не смей со мной обращаться так, будто я какая-то девка на ночь.
Его глаза, хотя всё ещё были полны ярости, вспыхнули лёгким удивлением. Он медленно выпрямился, его дыхание было тяжёлым, а на лицо вернулась ухмылка.
— Какая ты скучная, — хрипло произнёс Кайлан, с вызовом смотря на меня. — Все девушки, которых сюда отправляли, говорили то же самое. Знаешь, чем это заканчивалось? Они всё равно оказывались в постели одного из заключённых. Эта планета не даёт никому быть гордой, девочка.
Сглотнула, чувствуя, как слова пронзают меня насквозь. Но, несмотря на это, я не отступила.
— Ну, я не из их числа, — выкрикнула я, хотя голос чуть дрогнул. — Я просто пытаюсь выжить. И сделаю это как-нибудь без того, чтобы кто-то использовал меня для своих… своих грязных фантазий.
— Тебе это не удастся, — усмехнулся он, его голос стал мягче, но от этого только более опасным. — Здесь никто не выживает на своих условиях, Лина. Ты либо подчинишься, либо…
— Замолчи! — сорвалась я, голос задрожал от нахлынувших эмоций. Глаза наполнились слезами, которые я больше не могла сдерживать. Всё, что накопилось за это время, хлынуло наружу. — Это ты виноват! Ты и твоя чёртова империя Галактианцев! Вы захватили наш мир, разрушили нашу жизнь!
Меня несло. Перед глазами проносились события того ужасной истории, частью которой я невольно стала еще в раннем детстве. Порабощение галактианцами сначала дальних планет, а следом и нашей Земли. Они оставили после себя лишь руины, забрав жизни миллионов людей, которые не были готовы к борьбе с инопланетными вторженцами. Никто не знал, зачем они пришли. Но последствия коснулись каждого. Даже свержения императора Кайлана не принесло плодов, на его место пришла Корпорация — союз высших чинов Галактианцев, которые творили свои бесчинства, скрывая свои истинные лица под маской благодетелей. То, что я пошла к ним, согласилась на тот чертов контракт, из-за которого вынуждена сейчас находиться на этой планете-тюрьме, пытаясь выжить и добыть нужную им информацию, не было моим добровольным решением. Скорее — актом отчаяния.
Кайлан замер, будто почувствовав силу моего гнева. Его лицо утратило выражение насмешки, а в глазах появилось что-то, что я не могла расшифровать.
— Моих родителей убили во время вторжения, — продолжила я, слёзы уже катились по щекам. — Земля стала похожа на трущобы из-за вашей войны! И мой брат… он умирает из-за болезни, которую на моей планете больше нечем лечить! Я здесь только потому, что мне пришлось подписать контракт, чтобы хоть как-то его спасти! Ты понимаешь это, Кайлан? Это всё ты! Ты и твоя проклятая империя!
Задыхалась от слёз, но не могла остановиться. Он просто стоял там, молча смотря на меня, а в его глазах теперь не было ни следа насмешки или злости. И, что самое ужасающее для меня, раскаяния там тоже не было…
  
— Это всё твоя вина, — прошептала я в отчаянье. — Ты… Ты уничтожил всё, что у нас было.
Кайлан отложил железку, которую держал в руках.
— Лина… — начал он, но замолчал, словно не знал, что сказать.
Он больше не казался тем надменным и властным мужчиной, который думал, что контролирует всё. Стальные глаза стали темными и серьезными, словно мои слова ударили глубже, чем он ожидал.