Харрис (СИ)
На эти пару дней Харрис даже оторвался от книг, которые любил, казалось бы, больше всего остального. Просто потому, что буквы вызывали у него отторжение.
Однако, на третий день, любопытство взяло верх. Оба сгорали от него, но разбирать бумаги дальше не хотелось. Тем не менее, через силу, в выходной день, когда бар не работает, Харрис сел и, взяв в руки пачку бумаг, начал их разбирать, попивая бодрящий чай из зеленых трав, которые купил у местного знахаря.
«Налоговые отчеты, контракты о поставке, снова отчеты, снова контракты…» — бубнил он себе под нос, просматривая и откладывая в сторону одну за другой
Закончив с одной партией, он взял следующую, и монотонный бубнёж продолжился.
Раскидывая бумаги по кровати, на которой сидел, в зависимости от того, чем они являлись, он думал лишь об одном. За те несколько дней, что Бель жила в его доме, он успел с ней хорошо подружиться. На удивление грамотная, пускай и допускающая ошибки, периодами вспыльчивая девушка, вызывала у него доверие.
Она все два дня рвалась разбирать бумаги, садилась, однако быстро понимала, что не в состоянии это делать. Когда Харрис спросил ее, почему она столь вдохновилось желанием это делать, она ответила:
— А ты разве не хотел бы узнать чуть больше о единственном, — она запнулась на полу слове, — ну, уже нет. Человеке, который был добр к тебе?
Именно после этой фразы Харрис и задумался. Он не хотел найти своих родственников, нет. Это ему было совершенно ни к чему. Однако медленно, но верно, он начинал сомневаться в том, что его отец, был совсем не тем человеком, которым его считали. Не простым барменом из центра портового города, а кем-то… В общем, кем-то другим.
Подкрепляло эти сомнения и то, что после смерти Лендера, за всего лишь несколько дней, вылезло то, о чем Харрис знать не знал.
Оборванная запись в дневнике, о наличии которого он, конечно, знал, но никогда не интересовался, что конкретно отец в нем пишет. Исчезновение этого самого дневника. Тайник в столе, в котором были спрятаны множество налоговых отчетов и прочих бумаг.
Перебирая бумаги одну за другой, Харрис все больше чувствовал усталость, которая неожиданно нахлынула со всех сторон и теперь лишь росла.
Взбодрил его стук ног по ступеням, ведущим на второй этаж. В комнату вошла Бель и посмотрела на Харриса. По ее лицу тот понял, что лучше, как то не удивительно, выглядеть он не стал.
— Я пришла помочь, — сказал девушка, беря в руки стопку бумаг. — Проснулась, смотрю, на кухне тебя нет, решила, что ты все-таки решился разобрать всю эту макулатуру, вижу, не ошиблась.
— Да, — устало протянул Харрис, его глаза снова начали слипаться, — помощь тут, — он посмотрел на ящик, на треть заполненный исписанной бумагой, — и впрямь кстати.
Бель села в кресло и посмотрела на верхний лист.
— Эй, а это что? — спросила она, бегло просмотрев его сверху вниз, и протянув Харрису.
Тот взял его в руки и принялся читать.
— Это контракт, — заключил он. — Только не на поставку, как все остальные, а на покупку. Лендер купил два дома в конце одной из улиц.
— Это я и сама поняла, — сказала Бель. — Лучше скажи мне, ты что-то знаешь об этом?
Харрис покачал головой.
— Впервые слышу.
— Как и о многом за последние дни, — съязвила Бель, на что бармен никак не отреагировал.
— Два дома, — проговорил он, — стоят рядом и не очень далеко от сюда, минут двадцать ходьбы. Интересно, зачем отцу понадобились эти два дома?
— А тебя разве не смущает, — начала Бель, таким голосом, будто Харрис не заметил очевидного, — что он потратил на это восемьдесят пять золотых за каждый дом?
— Если ты про то, откуда у него такие деньги — тогда не удивляет. Лендер откладывал большинство сбережений и почти ничего на себя не тратил, поэтому абсолютно нормально, что он смог их купить. Пускай сумма и пугает.
— Так вот оно что, — протянула Бель. — Есть предположения, зачем они ему понадобились?
— Никаких, — сказал Харрис и, свернув бумагу в трубку, направился к выходу из комнаты. В коридоре он накинул плащ и одел ботинки. — Я хочу пойти проверить те два дома, — сказал он, натягивая шляпу. — Пойдешь?
— Да, сейчас оденусь, — ответила Бель и побежала вниз, в свою комнату.
Через пять минут они оба уже шли по улице в ту сторону, где находились купленные Лендером дома.
Неожиданно Харрис остановился и задумался.
— Ты чего столбом встал? — недовольно спросила Бель.
— Слушай, — начал он, — я тут подумал, — он замолчал, формируя мысль, Бель не стала его торопить. — Мы ведь разобрали не все документы, — наконец продолжил Харрис. — Возможно, что Лендер продал те дома, и мы сейчас просто придем к чьему-то имуществу, которое сможем осмотреть разве что снаружи.
— Ну, и что ты предлагаешь? Вернуться сейчас в бар и до конца просмотреть документы? Потратить на это еще несколько часов, а потом понять, что дома все еще принадлежат твоему отцу? — голос девушки звучал выше обычного. Харрис знал ее всего пару дней, но даже так прекрасно понимал, что если такое происходит, значит, Бель сейчас закипает от злости. — Нет уж, — сказала она на удивление спокойно и сложила руки на груди. — Раз мы вышли, то пойдем и проверим это на практике, пошли, — она махнула рукой и направилась дальше по улице.
Харрис вздохнул и, еще раз ощупал карман плаща. С тех пор как пропал дневник, у него вошло в привычку проверять тот карман, в котором он лежал, когда покинул кладбище. Делал он это, с сумеречной надеждой, что однажды, дневник волшебным образом появится там, но, он не появлялся.
В очередной раз разочаровавшись, Харрис, подпитываемый лишь мыслями о том, что дома все еще могут быть не проданы Лендером, пошел за Бель.
Оба, не особо широких, сделанных под копирку, двухэтажных здания, стояли в центре улицы. Дома были каменными и сделаны были на совесть, однако время брало свое. На вид им было не больше двадцати лет, но даже так, затвердевший раствор, на котором держались камни, уже начинал крошиться, а сами здания на несколько сантиметров просели.
Синяя черепица на крыше местами была дырявая, а парочка кусков так и вовсе сбежала. Окна были грязные, покрытые многолетним слоем пыли и паутины, по углам рамы, что вселяло в Харриса небольшую надежду, ведь, судя по этому, можно было сказать, что в доме никто не жил.
Бель подошла к двери одного из домов и громко постучала в дверь. На улице было утро, улица была не самой популярной, но даже так, туда-сюда слонялась пара зевак, которые обратили на стук внимание.
— Есть кто дома? — громко спросила Бель, привлекая еще больше внимания.
— Эй, давай чуток потише, не хочу, чтобы на нас вся округа пялилась, — сказал Харрис, ткнув спутницу локтем.
— Да-да, хорошо, — не особо довольно сказала Бель и снова постучала.
Никто так и не ответил, шагов за дверью слышно не было.
— Видимо, дома все же еще принадлежат твоему отцу, — сказала Бель. — А так как он, — она резко замолчала.
— Не волнуйся, — сказал Харрис. — Его смерть, конечно, тяжелое событие, но вполне естественное. Я уже смирился.
— Так как твой отец больше не с нами, дома теперь твои, — закончила девушка. — Вот только, — она наклонилась и посмотрела на ручку. — Ключа у нас нет.
— Стой, — Харрис положил ей руку на плечо, — дай ка гляну.
Он тоже наклонился и посмотрел на скважину. После чего распрямился и полез во внутренний карман плаща. Достав оттуда связку ключей, он взял один и сунул в скважину.
Чтобы провернуть ключ понадобилось приложить немного усилий, замок слегка заржавел, а значит, им давно не пользовались.
В конце концов, второй оборот был совершен и Харрис, вынув ключ из скважины, с довольным видом нажал на ручку и вошел в дом. Слегка удивленная, Бель последовала за ним.
Внутри дом был абсолютно обычным. Камин, стол с лавками, затерявшийся в дальнем углу меч, рядом с кочергой, небольшой деревянный ящик, стоящий у стены, узкий шкаф и лестница, ведущая на второй этаж. Все, вплоть до сажи в камине, было покрыто толстым слоем пыли.