Геном хищника. Книга восьмая (СИ)

След обрывался на одном из манекенов, за который, похоже, послушница попыталась ухватиться. И сам корпус перекосило, и пока ещё фонила смазанная капля крови. Я практически сразу оказался рядом, сливаясь тенью с манекеном. Почувствовал сквознячок, подкреплённый скрипом двери. Но не смог опознать направление звука — получился какой-то стереоэффект и спереди, и за спиной.
В нескольких метрах передо мной от следующего манекена отделилась тень. Он будто бы раздвоился, настолько ровным было движение пока неизвестного противника. Я ожидал стандартную «Ведьму», так чтобы лысая, в балахоне и с кучей амулетов по всему телу, но здесь явно всё было иначе.
  
Я даже не был уверен, что это «Ведьма». По телосложению похоже — худое, невысокое и явно гибкое тело, затянутое в чёрный комбинезон. Не обтягивающая кожа в садомазо стиле, а скорее мешковатые, маскировочный костюм, как у ниндзя. Аккуратный капюшон, маска на пол лица, а в каждой руке появилось по боевому серпу. По крайней мере, короткие круглые клинки были на них похожи.
— Так вот ты какая, северная ведьма… — прошептал я, оглядываясь краем глаза назад, где образовался второй персонаж в таком же костюме. — Вы клонируетесь что ли?
Я тихонько зарычал, выражая внутреннее недовольство. И прикусил язык, понимая, что в очередной раз накаркал. Ведьмовской ниндзя передо мной сделал ещё шаг в сторону от манекена, но при этом остался стоять на месте. Чёрт, будто отзеркалился, превратившись в двух противников. А с учётом того, что был сзади, то уже в четырёх.
Практически джекпот, блин. Что радует, потому что против Осы тогда останется всего одна. Я слегка кивнул, отмечая, что оценил демонстрацию силы, а чёрные балахоны ещё раздвинулись, окружая меня со всех сторон. Но хотя бы перестали двоиться.
Один из противников попал под лунный свет, рассеянный от окна, и я смог разглядеть глаза над маской. Всё-таки это были «Ведьмы», просто не боевые мутанты, работающие в поле, а некий тренировочный вариант. Ага, как браслеты «Древних» — есть боевые, а есть ученические. В данном случае наставники-инструкторы. С одной стороны, это хорошо. Засиделись они в своей глуши, обучая послушниц. Но с другой, мастерство-то не пропьёшь, особенно если пить особо хитрые эликсиры…
Я отступил от манекена, оказавшись практически в центре между всеми четырьмя, плюс ещё четыре «Ведьмы» в просветах. По левой стенке оставались окна, по правой — деревянные столбы с палками. Стойки с тренировочным оружием в расчёт не беру, помочь там ничего не сможет…
«Буду занят какое-то время…» — я отправил сообщение Анне, а второе Пеплу, призвав его быть поблизости на случай непредвиденных обстоятельств.
Хотя и предвиденных в лице четырёх «Ведьм» и восьми серпов было достаточно. Но оптимизм — наше всё!
С этими мыслями я и рванул в сторону, когда первая «Ведьма» бросилась в атаку. Я воткнулся плечом в жёсткий корпус манекена, пропуская мелькнувшие лезвия мимо себя. Вскинул двустволку и уже почти дёрнул спусковой крючок, собираясь поддать знатного пинка тяжёлой пулей, но меня уже атаковали ещё с двух сторон.
Один серп пролетел у меня над головой и срубил макушку манекена, а второй ударил прямо по ружью. Сильно ударил, чуть не выкрутив мне палец и сделав из ружья обрез.
Удивляться было некогда, хотя глядя на толстый ствол пусть из обычного металла, но всё-таки металла, который укоротился, как бумажный, ненароком в голове промелькнула фраза про что-то там серпом по яйцам! Тут уж каркай — не каркай, а, кажется, я влип по полной.
Эта мысль придала сил, скорости и чёткого понимания, что терять уже нечего. «Ведьмы» были быстрыми. Быстрее, чем я, где-то на уровне Осы, которая проигрывала мне в силе, обгоняя в динамике. Но на этом и можно было строить расчёт…
Я всё-таки выстрелил, пусть уже из обреза и не очень точно. Увернулся от двух новых ударов, пальнул из второго ствола, практически наотмашь куда-то в центр чёрного балахона, и разорвал дистанцию. Рванул, складывая отдельные выступающие части тела, как какой-то конструктор, с тем расчётом, чтобы разминуться с острыми лезвиями. Втянуть плечо, развернуть руку, подобрать ногу и крутиться, крутиться и ещё раз крутиться, лавируя между манекенами и «Ведьмами».
Вздохнуть было некогда, не то что перезаряжаться. Так что обрез я тактически метнул в лоб «Ведьме», притормозив её на «Кондрашке». Сбил ритм и перехватил инициативу, рванул под серпы, сблизился и подхватил лёгкое тело, тут же развернув его как щит под новую атаку. Но долго играть в защиту не стал, тут же метнул «Ведьму» в окно. С такой силой, что вместе с окном выбил и решётку.
Судьба полетевшей меня не интересовала, достаточно было того, что за окном её ждал Пепел. А вот остальные, растерявшись всего на мгновение, снова пошли в атаку. И будто бы даже стали быстрее и злее, словно сила четвёртой распределилась среди остальных. Но я всё-таки успел повторить трюк с захватом.
К сожалению, больше не в окно. Было бы слишком хорошо, чтобы как в стихах, где отец рубит, а я отвожу. Точнее, я откидываю, а шакрас добивает. Крутануться и бросить мне не дали, сразу же перекрыв подходы к окнам. Поэтому отбив серп и схватив вторую «Ведьму», я смог лишь активировать «Бросок» и рвануть по прямой. Мимо мягких манекенов в сторону жёстких, с торчащими заострёнными «руками». На один из таких я и насадил балахон, дважды пробив его вместе с грудной клеткой.
Чуть не лишился рук от удара подскочившей «Ведьмы» и рубанувшей между мной и тренажёром, и начавшей теснить меня быстрыми размашистыми ударами. Буквально включилась двойная мельница, со свистом рассекающая воздух стальными лопастями. Я отступал. То пятился, то пытался рвануть, но «Ведьма» как прилипла, уже трижды зацепив мою куртку и даже покорябать мою броню. Пробить, к счастью, не смогла, но «Поглощение» металось туда-сюда, не понимая, где ещё не болит, чтобы распределить туда нагрузку.
«Аура страха» на «Ведьму» не действовало. Либо они действительно становились сильнее, забирая силу погибших, либо первая проскочившая «Кондрашка» сработала лишь от удивления. Ну или они обучаются и адаптируются.
Я поймал-таки момент, когда «мельница» замедлилась, подставляя меня под удары напарницы и увернувшись от обеих, наконец-то, разорвал дистанцию. Ударил по ним разделённым «Пером», выпустив из руки облако костяных колючек. И ни одной никого не поразил. Как было облако, так и замерло, красиво поблёскивая в лунном свете, лившимся через окна.
Что-то подобное я видел у Осы на болоте, когда она сдерживала москитов. Вот только тогда они вроде не разворачивались обратно и не бросались на своих же. А моё облачко, как в обратной перемотке, ломанулось за мной. Я снова активировал «Бросок», метнувшись вдоль стены, а над головой начало биться стекло. Витраж сразу в двух окнах брызнул во все стороны, будто в него дробью зарядили. Меня засыпало, расцарапав щеку и висок. И я не уверен, осколки это были или мои же «пёрышки» меня достали.
Уточнять не стал, смахнул кровь и бросился дальше. Выхватил, наконец-то, томагавк и сформировал полноценное «Перо». Втянулся обратно к центру, держась между манекенами, чтобы затруднить атаку с флангов. «Ведьмы» уже двигались ко мне. С какой-то убийственной решимостью, наклонившись вперёд, раскинув руки по бокам и отведя их в сторону, словно какие-то анимешные бегуны, обе уже взяли разбег.
Но в момент, когда уже можно было прыгать, бросились врассыпную. Правая на разбеге скакнула на стену и обрушилась на меня сверху, а левая ещё больше ускорилась и начала мерцать, как стробоскоп, пересекая свет, падающий из окон. Под её ногами захрустело битое стекло, но, кажется, это её вообще не смущало.
  
Напали они одновременно. Я принял серпы верхней на рукоятку томагавка, а нижнюю пропустил мимо. Но и удар тоже пропустил, кончик серпа продавил гибкую броню, и хоть не порвал, но так отжёг по рёбрам, что к искрам от столкновения стали справа у меня ещё и собственные добавились.
Но и в этом был плюс. Не в искрах, а в том, что серп замедлился, как и рука «Ведьмы». Я дотянулся до неё «Пером», воткнув его ей под лопатку почти на половину лезвия. Глубже не дотянулся, вторая уже не дала. Вывернула свои серпы, зацепила меня по руке и выбила топор. Отскочила, оглянувшись на раненую напарницу, прорычала какое-то проклятие, дёрнула крест-накрест серпами, ткнула ими в мою сторону и снова собралась в разбег…