Верная гончая

– А ты есть не хочешь?
Сделав маленький глоток, отрицательно покачала головой:
– Нет, кушать мне совсем не хочется.
Почему-то мои собственные слова показались какими-то двусмысленными, так что я замолчала, больше не решаясь ни о чём говорить.
«Гормоны! Зуб даю, это именно они!» – твердила про себя, рассматривая редкие огни в квартирах дома напротив. Нужно быстро сбежать в свою комнату иначе накинусь на господина советника и.
  
– Что собираешься делать теперь? – прочистив горло, решила, что разговор на отвлечённые темы самый безопасный способ оградить себя от навязчивых мыслей.
Тяжелый вздох Ранделла заставил посмотреть на него и встретиться с небесно-голубым взглядом:
– Не знаю, что тебе ответить. Честно, я верил, что хотя бы одна ниточка приведёт к какой-то разгадке, но ошибся.
Советник нахмурил тёмные брови, поджал манящие губы и отвернулся.
Я должна его пожалеть, приободрить, сказать: «Ты обязательно что-нибудь придумаешь!», но слова утешения как-то не шли на ум, и единственное, что хотелось предложить ему – это остаться здесь, со мной. Было бы. здорово.
Тряхнув головой, всё же проговорила:
– Не верю, что положение настолько безвыходное. Я думаю, нам стоит поискать тех ребят, с кем общался Двэйн, может быть, выясним хоть что-то.
– Можно попробовать. – изучая меня взглядом, от которого мысли вновь сбежали куда-то совсем не туда, советник покачал головой, – но почему-то уверен, что и на этот раз мы ничего не найдём.
Если честно, такому раскладу я буду только рада, и смогу совершенно спокойно сказать, что сделала, всё что могла и теперь ему попросту стоит остаться в нашем мире.
Разговор на этом затих, Ранделл задумался о чём-то своём, а я не решалась нарушить уютную тишину, которая будто пушистый кот легла между нами.
Когда убрала посуду со стола и вымыла её, хотела пойти расстелить постель для советника, но он с этой задачей справился самостоятельно. Почему-то, хотя нет, я прекрасно знаю почему, почувствовала, как щёки опалило жаром, стоило увидеть его без футболки, и пришлось спешно сбежать в душ, пока гормоны не объявили бунт и не взяли верх над разумом.
А после, крикнув из коридора «Спокойной ночи» прошмыгнула к себе в комнату, чтобы тут же рухнуть на кровать и попытаться прогнать ненужные фантазии куда-нибудь подальше. Но вопреки сомнениям, что я не смогу уснуть – тут же провалилась в какую-то бездонную яму, которая оказалась слишком реальной для обыкновенного сна.
Я не видела ничего, будто ослепла в одночасье, но чувствовала, что рядом со мной кто-то есть, и этот кто-то вряд ли относится к моим доброжелателям.
– Кто здесь? – осмелилась спросить, не узнавая собственный голос.
Хриплый и скрипучий – такое ощущение, что состарилась на несколько лет, или как минимум несколько дней шаталась по пустыне, где не было ни капли воды. На мой вопрос никто не ответил, только откуда-то сбоку послушался странный шорох, тихий, едва слышный, но до дрожи пугающий.
– Кто здесь?! – повторила громче, срывая охрипший голос на крик.
– Никого. – над самым ухом прозвучал ненавистный голос Двэйна и ошейник вновь, как в самый первый раз, ожил, сжимаясь на моей шее, мешая сделать жизненно необходимый вдох. Но только при этом он нагревался, грозясь ещё и опалить кожу.
– За-чем. – просипела из последних сил, стараясь не потерять сознание, чтобы услышать ответ.
Короткий смешок, полный ядовитого наслаждения моей беспомощностью и слова, на грани призрачного мира и яви:
– Скоро ты всё поймешь. Вы все поймете.
Ужас и осознание того, что мне никто, совсем никто не может помочь, заставляют дернуться вперёд, взметнуть руки к ошейнику и попытаться содрать его.
– Тш-ш-ш-ш. – когда я дёрнулась в темноте, рядом со мной раздался успокаивающий шёпот, но воспоминания о произошедшем слишком реальные, и мне ничего умнее в голову не пришло, как рвануть вперёд, пытаясь вырваться из чужих объятий.
– Таша, успокойся, всё хорошо! – на этот раз я угадала того, кто рядом со мной – Ранделл.
– Я его видела, – пытаясь в темноте комнаты рассмотреть лицо мужчины, повернулась на голос. – Точнее слышала, он говорил.
– Успокойся! – на мои плечи легли знакомые руки, и я рвано выдохнула.
Казалось, каждый нерв натянут до предела, а сердце бьется в груди настолько громко, что стало страшно – вдруг оно не выдержит такого ритма и разорвется.
Прикрыв глаза, попыталась успокоиться, а когда вновь открыла их, поняла, что в комнате не так темно, как мне показалось сразу, и за окном серое небо готовится к появлению первых солнечных лучей. Встретившись с потемневшим взглядом советника, не раздумывая бросилась в его объятья, чувствуя себя до дурноты уязвимой.
– Всё хорошо, Таша, правда, я рядом. – поглаживая меня по спине, пытался успокоить меня, хотя слова не требовались.
В его объятьях мне, действительно, было спокойно. Я чувствовала себя будто за каменной стеной, где никто и ничем не сможет навредить мне. Когда это суровый мужчина успел стать для меня чем-то большим, не просто «хозяином» и советником его величества? Когда я успела довериться ему настолько, что только рядом с ним не боюсь ничего? И самое главное – как мне жить дальше, если он уйдет?
Несколько долгих минут я наслаждалась тёплыми объятьями, пока не сообразила, что на Делле нет футболки. Да и на мне ночная сорочка, не прозрачный пеньюар, конечно же, но тоже не идеал скромности, и, самое главное, от терпкого запаха мужского тела мысли мои медленно, но верно направились в одном, очень пикантном направлении.
Я замерла, задержав дыхание, и тут же над самым ухом раздался обеспокоенный голос Ранделла:
– Что?
Ничего, совсем ничего, разве что. мне хочется поднять голову, заглянуть ему в глаза, и медленно приблизиться к его губам, сокращая расстояние и смешивая наше дыхание.
Собственно, если очень хочется, почему нужно себе отказывать в этом? Я взрослая девочка и вполне способна отвечать за свои поступки. Отстранилась, всматриваясь в неспокойный взгляд, и когда почти коснулась его губ, советник задал лишь один вопрос:
– Ты не пожалеешь об этом?
Дышать стало трудно, наблюдая, как в его глазах разгорается огонь, и отнюдь не от страха, но вымолвить ответ было невыразимо тяжело:
– Не пожалею, если ты не вздумаешь извиняться.
Черты его лица разгладились от лукавой улыбки, после которой на меня обрушился головокружительный поцелуй. Сладкий, до боли в кончиках пальцев, и жадный настолько, что все преграды рухнули в один момент. Ночная сорочка тут же показалась лишним предметом гардероба и от неё незамедлительно избавились, а прикосновение к его горячему телу напомнило взрыв. Атомная бомба страсти разлетелась на кусочки, утаскивая нас в водоворот чувств.
*
Ещё никогда и ни с кем я не испытывала столь ярких эмоций. Никогда я не покидала реальность, покачиваясь на волнах наслаждения и совсем не желая возвращаться в обыденный мир. Не знаю, было ли Деллу со мной настолько же хорошо, но про себя знаю точно – у этого невероятного мужчины получилось поселиться в моём сердце навечно, как бы глупо и пафосно это не звучало. Когда именно он отвоевал себе там место – вспомнить сложно, кажется ещё в тот момент, когда поделился со мной крошечным печеньем, или когда укрывал одеялом нахалку гончую.
У судьбы-злодейки не такие уж плохие планы в отношении меня. Не находись за нашими спинами неизвестные заговорщики – вообще всё было бы просто прекрасно! А всё Двэйн.
Стоило вспомнить о нём, как я резко распахнула глаза и встретилась с взглядом Ранделла:
  
– Он что-то готовит. – опершись подбородком на мощную грудь, глубоко вздохнула и попыталась спокойно объяснить: – Я не видела его, но слышала, и Двэйн обещал, что мы скоро обо всём узнаем.
Повисла минутная тишина.
– Честно, я редко испытываю желание убить кого-нибудь, но этот чокнутый маг у меня допрыгается! – с угрозой в голосе произнес мужчина, так что я невольно залюбовалась его заострившимися чертами лица, тем как его скулы напряглись, как глаза вновь наливаются темнотой.