Обезьянья лапка (сборник)
— Черт бы побрал этого старика, — с жаром бросил Малькольм. — Ей-богу, мне теперь страшновато ложиться спать. И почему только им обоим кажется, что они что-то видели?
— Я видел его точно так, как вижу вас сейчас, сэр, — серьезно возразил Джордж. — Если будете смотреть в коридор, наверняка его разглядите.
Взгляд остальных устремился за его пальцем, но они ничего не увидели, хотя одному почудилась голова, выглянувшая из-за угла.
— Кто пойдет посмотреть в бар? — спросил Малькольм, оглядываясь по сторонам.
— Идите, если хотите, — сказал один из постояльцев со смешком. — А мы вас здесь подождем.
Полный коммивояжер прошел к двери и шагнул в коридор. Затем остановился. Повсюду царила тишина, и он медленно прошел до конца коридора, с опаской взглянув на стеклянную стенку, отделяющую бар. Трижды он будто бы собирался подойти к ней, затем повернулся и, оглядываясь через плечо, поспешил назад в гостиную.
— Вы видели его, сэр? — прошептал Джордж.
— Не пойму, — резко ответил Малькольм, — показалось, что я что-то увидел, но, возможно, у меня разыгралось воображение. Я не в настроении сейчас что-либо рассматривать. Как вы себя чувствуете, сэр?
— О, теперь уже получше, — несколько грубо ответил Херст, когда все взоры устремились на него. — Полагаю, вы думаете, что меня легко напугать, но вы его просто не видели.
— Совсем нет, — ответил Малькольм, невольно улыбнувшись.
— Я иду спать, — сказал Херст с отвращением, заметив его улыбку. — Вы можете остаться со мной, Сомерс?
— С удовольствием, — ответил его приятель, — если вы не прочь всю ночь спать при свете лампы.
Он встал с места и, пожелав компании доброй ночи, покинул остальных в сопровождении своего удрученного друга. Остальные увидели их у подножия лестницы и, услышав, как за ними закрылась дверь, вернулись в гостиную.
— Судя по всему, пари не состоялось, — заявил полный коммивояжер, вороша угли в камине и поднимаясь на ноги. — Хотя, насколько вижу, победа за мной. Никогда я прежде не видел более напуганного человека. Получил по заслугам, так сказать.
— Хватит с нас этих игр, — сказал один из слушателей, — кто будет ночевать со мной в номере?
— Я, — учтиво ответил Малькольм.
— Полагаю, мы с вами соседи, мистер Лик? — спросил третий гость, поворачиваясь к другому.
— Нет уж, увольте, — резко ответил тот. — Я не верю в призраков. Если кто-то зайдет ко мне в номер — пристрелю на месте.
— Ну, призраку это будет нипочем, — решительно заметил Малькольм.
— Тогда шум выстрела составит мне компанию, — отрезал Лик, — и к тому же разбудит весь дом. Но если вы переживаете, сэр, — обратился он с ухмылкой к гостю, который предложил ночевать вместе, — Джордж будет счастлив провести ночь на рогожке у двери в вашем номере.
— Несомненно, сэр, — с жаром отозвался Джордж, — и я был бы премного благодарен вам, джентльмены, если бы вы спустились со мной в бар, чтобы погасить свет.
Постояльцы отправились в бар, осторожно вглядываясь вперед — все, кроме Лика. Джордж погасил свет, и они вернулись в гостиную невредимыми, после чего, стараясь не обращать внимания на язвительную ухмылку Лика, стали распределяться на ночлег.
— Дай мне свечу, когда будешь гасить свет, — попросил коммивояжер.
Официант передал ему свечу и погасил свет, и в тот же момент все услышали шаги в коридоре снаружи. Они затихли у двери, и, пока постояльцы выжидали, затаив дыхание, дверь заскрипела и медленно открылась. Малькольм отпрянул назад, открыв рот, и бледное ухмыляющееся лицо с провалившимися глазами и коротко стриженной головой показалось в открытой двери.
Несколько секунд существо стояло и внимательно разглядывало их, странно моргая при свете свечи. Затем оно боком проскользнуло в комнату и, словно в недоумении, замерло на месте.
Никто не мог вымолвить и слова или шелохнуться, и все с благоговейным ужасом наблюдали за тем, как существо сняло с шеи грязный платок, после чего его голова перекатилась на плечо. Оно замерло на мгновение, а затем, держа перед собой тряпку, двинулось к Малькольму.
Вдруг свеча погасла, мелькнула вспышка и раздался хлопок. Запахло порохом, и нечто упало, извиваясь на полу в темноте. Приглушенный удушающий кашель, а затем — тишина. Малькольм заговорил первым.
— Спички, — сказал он не своим голосом.
Джордж зажег спичку. Затем он подбежал к лампе и зажег ее. Малькольм потрогал носком башмака лежащий на полу предмет и почувствовал что-то мягкое. Он посмотрел на своих спутников. В их глазах читался немой вопрос, но он лишь покачал головой. Малькольм зажег свечу и, опустившись на корточки, рассмотрел предмет на полу. Затем он резко встал и, намочив свой носовой платок в кувшине воды, вновь наклонился и с мрачным видом вытер белое лицо. Вдруг он резко отскочил назад, закричав от ужаса и недоверия, указывая на тело. Пистолет Лика упал на пол, и он закрыл лицо руками, в то время как остальные, выйдя вперед, словно зачарованные, смотрели на лицо покойного Херста.
Никто и слова не успел сказать, как в комнату вбежал Сомерс. Его взгляд упал на пол.
— Боже правый, — закричал он, — вы же не…
Никто не ответил.
— Я его предупреждал, — твердил он, задыхаясь. — Я его предупреждал. Я его…
Мертвенно-бледный, он прислонился к стене, бессильно вытянул перед собой руки и упал в обморок на подхватившего его коммивояжера.
Дом упокоения
— Все это вздор, — сказал Джек Барнс. — Естественно, в этом доме умирали люди — люди уходят из жизни в каждом доме. Что же касается шума, то ветер, воющий в трубе, и крысы, шныряющие за обшивкой, могут произвести впечатление на любого нервного человека. Налейте мне еще чашку, Миггл.
— Сперва Лестеру и Уайту, — ответил Миггл, председательствовавший за чайным столом в гостинице «Три пера». — Вы уже выпили две.
Лестер и Уайт допили чай с раздражающей медлительностью, делая перерывы между глотками, чтобы вдохнуть аромат… Миггл долил их чашки до краев и, обратившись к настойчиво ожидающему Барнсу, любезно попросил его позвонить, чтобы принесли еще кипятку.
— Мы будем стараться сберечь ваши нервы, — отметил он. — Если же вы спросите моего мнения, то я в некоторой степени верю в сверхъестественное.
— Все разумные люди верят, — подтвердил Лестер. — Моя тетка однажды видела привидение.
— И мой дядя видел, — кивнул ему Уайт.
— И вечно их наблюдает кто-нибудь другой, — стоял на своем Барнс.
— Что ж, вот вам дом, — начал Миггл, — огромный дом, который сдают за нелепо низкую цену, но никто не хочет его арендовать. По крайней мере один человек из каждой семьи, проживавшей в нем, — сколь бы кратким ни был этот срок — нашел там свое упокоение; а с тех пор, как он пустует, в нем один за другим умирали сторожа. Последний скончался пятнадцать лет назад.
— Вот именно, — отрезал Барнс. — Достаточно давно, чтобы успеть накопиться легендам.
— Держу пари на один фунт, что в одиночку вы не проведете там и ночи, что бы вы там ни говорили, — заявил вдруг Уайт.
— Поддержу, — добавил Лестер.
— Нет! — медленно произнес Барнс. — Я не верю в привидения или во всякое сверхъестественное; тем не менее я должен признаться, что мне было бы неприятно ночевать в этом доме одному.
— Почему же? — не унимался Уайт.
— Воет ветер, — ухмыльнулся Миггл.
— Шныряют крысы, — подхватил Лестер.
— Да хоть бы и так, — сказал Барнс, краснея.
— А что, если мы все пойдем? — предложил Миггл. — Отправимся после ужина и будем там около одиннадцати. Уже десять дней мы гуляем без приключений — если не считать сделанного Барнсом открытия, что запах стоячей воды сохраняется дольше прочих. По крайней мере, в этом будет новизна, а если мы разрушим чары, оставшись в живых все вчетвером, то благодарный владелец дома должен будет нас щедро наградить.
— Сначала послушаем, что нам расскажет хозяин гостиницы, — заключил Лестер. — Совсем не интересно провести ночь в обыкновенном пустом доме. Удостоверимся сперва, что в нем действительно водится нечистая сила.