Инженерный Парадокс 5 (СИ)

Проверки здоровья, проверки разума — всё было в порядке. И последовало ещё два сеанса, сделавшие Евгения не просто одарённым — а сверхсильным. Как будто сошедшим со страниц семейных преданий. А вот дальше…
— Я готов рассчитаться, — сообщил Евгений завернутой в чёрное фигуре.
— Это хорошо, — прошелестела она, кивнув. — С тобой свяжутся, когда нам потребуется плата.
  
— Что значит — свяжутся⁈ — возмутился Евгений. — Я принёс золото!
— Оставь себе, — шипяще захихикала фигура.
— Ты предложил договор. Золото…
— Или услуга. Или ты думал, что форму платы выбираешь ты? — глумливо спросила фигура. — Зря. Я скажу, когда и что я хочу от тебя. А это — чтобы не забывал, — с этими словами человек в балахоне положил на стол пластинку, с выгравированными буквами «Ла Эмэ».
И тогда Ярополк… выпорол Евгения. Розгами, взрослого, как-то справившись с могучим даром… Но после остыл. И род воспользовался возможностями, став… ОЧЕНЬ высокооплачиваемыми бретерами. Ярополк и сам этим занимался, но редко, с самыми защищёнными и важными целями. А в основном рубился Евгений, находя в этом удовольствие.
И вот эти… действительно страшные люди требуют плату. И отец прав — её лучше заплатить.
— И что будем делать?
— Думать! То, чего ты не сделал тогда!
После чего они начали обсуждать «просьбу», пути решения. Подключились к родовому терминалу, Ярополк сделал несколько звонков…
— Погоди, отец, — вдруг пришла в голову Евгения идея. — А не слишком ли мы усложняем?
— Ты о чем? — хмуро бурнул Ярополк.
— Этот парень — граф.
— Пожалованный, — презрительно скривился окольничий. — Но граф. И что?
— Так давай просто позовём его на приём. А я его вызову и выпотрошу! — хлопнул в ладоши Евгений.
— Даже если он придёт, ты думаешь, что он настолько глуп, чтобы дать себя спровоцировать? Я слышал про Карла. Этот парень — его щенок. И судя по Сахалину… Он просто промолчит на оскорбления. А потом постарается ответить, подготовившись. Не лучшая идея, сын.
— А если я смешаю с грязью этого дохлого полковника? — коварно улыбнулся Евгений. — Прилюдно, ему в лицо.
— Хм-м-м… — задумался Ярополк.
— Кроме этого, у него жена — враг Империи, — кивнул на монитор парень. — И на приём пригласим… и её.
— Жена, — фыркнул Ярополк. — Да он её в жизни не видел, да и как её зовут не знает.
— А разве это мешает поднимать его на смех, именно поэтому?
— Хм-м-м. Хорошо, Евгений. Толково придумал, — к некоторому удивлению сына озвучил старый окольничий. — Он, конечно, может просто не прийти. Но придуманное тобой — хорошо. Растёшь, сын, — кивнул он Евгению.
— Стараюсь, отец, — ответил парень.
  
Глава 9
 
Я сидел в мастерской и возился с прототипом криопушки. Вообще — с двумя прототипами, да и название «криопушка» придумала Глория, а я не стал спорить. Просто полное название «фазово-квантовый электроннорбитальный станер непрямого действия» звучало… Немного длинновато. Хотя и описывало принцип действия: снижение амплитуды колебания частиц объекта.
А с двумя прототипами потому, что один из них был излучателем, действующим на предельной дистанции около ста метров, а рабочей — около пятидесяти. Был прожорлив в плане энергии, тяжёл… В общем если и оружие, то скорее стационарное. А так — довольно интересный и перспективный инструмент.
Второй же прототип был одноразовым генератором, работающим в полуметровом диаметре в течение секунды после активации. Этакие «криопули», ну или криогранаты. Работа же была связана как с удешевлением готовых образцов, так и в попытке понять некоторые эффекты. А именно: металлы охлаждались намного быстрее и эффективнее, чем органика. Вроде бы квантовому принципу, на котором работала криопушка, всё равно на сложность структуры вещества…
Вот только заряд, превращающий кусок лучшей бронестали в хрупкий чугун, разваливающийся на осколки после удара молотком, оставлял на теле криоожог средней тяжести, почти наверняка не смертельный. В общем я был и не против: оружие, разрушающее технику и броню, но не убивающее, а ранящее — довольно удобно. Летального оружия и без того навалом.
Но причина, почему органические молекулы меньше подвергаются эффекту была интересна, так что я возился с измерениями и кусками мяса из столовой Гаража.
Но в целом, с момента начала работы, за пару дней, я уже создал рабочие прототипы и буду, потихоньку, их дорабатывать, параллельно с производством. И с Глорией… как-то странно. Хотя и неплохо: в целом отношения не слишком изменились, правда она повадилась использовать мои колени как стул. Ну, я был не особо против, работать она не слишком мешала.
Отвлекала, конечно… Но и приятно в некотором роде, так что пусть будет. А главное: физиономия Федьки, который как-то завалился ко мне без стука, была бесценна. Мы с Глорией на стук незваного вторжения обернулись на кресле. И красный, как варёный рак Федька многословно извинялся, сваливая задом из мастерской.
На этом моменте я выругался: Гараж слегка, а вот сейчас и сильно, трясло. И атакой это не было: бригада Бригадира приступила к возведению третьего этажа для всего комплекса зданий. Сходить и наорать на стройонов на тему тряски хотелось… Но план застройки и перечень используемой техники я смотрел. Ну и понимал, что без тряски тут никак.
А если для Бригадира специально выбирать время, когда стройка никому не помешает, то она может затянуться на месяцы, а то и годы.
И тут звякнул терминал, подойдя к которому я увидел вызов от Трофимова. И… ну узнаю, что ему понадобилось, решил я, плюхнулся перед терминалом, ну и мысленно присвистнул, увидев полковника. Потому что вызвал меня ни черта не полковник, а целый генерал механизированной гвардии Трофимов.
— Тимофей Игнатьевич, мои поздравления, — кивнул я ему.
— Принимаю, но и тебя хочу поблагодарить, Марк: без тебя тут могли бы быть не погоны, — смахнул он пылинку с плеча, — а арестантская роба.
— Скорее деревянный макинтош, — отметил я.
— Скорее всего так, — признал Трофимов. — Но этого не случилось. А ты отменно показал себя на Сахалине. Кстати, поздравляю есаулом.
— Не нахожу особых поводов для поздравлений. Это… Дворянское ополчение….
— Ну так тебя не просто так выставил этот… покойник, — ухмыльнулся Трофимов.
— Покойник?
— Да. Его Величество составил компанию Цесаревичу, а благочинцы и жандармы… немного подготовились к августейшему визиту. Полевой суд, лишение званий, расстрел.
— Я не буду говорить, Тимофей Игнатьевич, что я обо всём этом думаю. Не хочу с вами ссориться.
— Не думаю, что мы бы поссорились… Но лучше не говори. Я сам об этом молчу, хотя думаю наши мысли не сильно различаются, — развёл руками генерал.
— Не буду. И всё же, Тимофей Игнатьевич, зачем вы позвонили?
— Вариант, что я решил похвалить тебя и похвастаться званием ты не рассматриваешь? — прищурился он.
— Нет.
— Хорошо, Марк. Для тебя есть работа… И я сам не уверен, справишься ли ты с ней, или нет. Скорее «да»… Но хуже не сделаешь, — задумчиво произнёс Трофимов.
— Моё мнение по поводу того, буду я брать эту «работу» или нет вы не рассматриваете?
— Нет, — лаконично усмехнулся Трофимов, почти повторив наш предыдущий диалог. — На самом деле у меня к тебе просьба: посмотри. И скажи пришедшим к тебе людям, возьмешься ты или нет. Назначь плату, если «да»… Впрочем, не мне тебя учить. Но посмотреть я тебе прошу сам.
  
— Хм-м-м. Люди уже направляются ко мне?
— Да, ты прав. Будут у тебя в течение часа.
— Хорошо, Тимофей Игнатьевич, я посмотрю на эту работу. Детали не для разговора по терминалу?
— Да. И спасибо, Марк. Удачи в твоих начинаниях.
— И вам в ваших, — задумчиво протянул я.