Ревизор: возвращение в СССР 34 (СИ)
— 62 рубля, — ответил Юрка, — повезло, соседний цех, где нам заготовки для макетов делают, тоже скинулся. Там с Ксюшей многие дружат.
— Ну, с таким бюджетом я тебе советую кинуть клич по знакомым и соседям и найти подержанную коляску в хорошем состоянии и купить с рук.
— Точно, — обрадовался Юрка. — Как я сам не подумал! Я даже знаю, у кого спросить.
— Вот и отлично, — одобрил я, — и про кроватку тоже сразу спрашивай. Если что, звони, найдем деньги, если вдруг не хватит.
— Ага. Спасибо, Паш! — поблагодарил Юрка.
Попрощались, и я, довольный, положил трубку. Одним вопросом меньше.
Только направился в свой кабинет после звонка Юрки, как в дверь кто-то поскребся. Явно свои, — подумал я с улыбкой, идя открывать. На пороге стоял Загит.
— Привет! Новость есть, надо переговорить, — тут же огорошил он меня, проходя в квартиру.
— А я с Тузиком гулять собрался, — моментально сообразил я, что лучше бы новости от Загита нам не светить перед товарищем капитаном. Вряд ли он о своих буднях пожарного говорить собрался. А если и о них, то ничего страшного. Лучше перестраховаться, я считаю, чем думать потом, как и чем могут аукнуться откровения тестя.
— Ну так пошли вместе, чего пса мучать, — тут же согласился Загит без всякой задней мысли.
Взяли песеля, предупредили Валентину Никаноровну, что погуляем и ушли.
— Я сейчас заказ делаю на шкаф для одного серьезного человека, — начал Загит, едва мы вышли из подъезда. — Так он сегодня познакомил меня со своим другом, который в Москву по делам приехал в министерство. Тому очень понравился шкаф и вообще сама идея, и он хочет мне заказ дать.
— Ну, пока ничего крамольного не вижу, — кивнул я немного удивленно, не понимая, что смутило тестя.
— Заказ он хочет дать не простой, — важно ответил Загит.
— А золотой… — рассмеялся я.
— Во-во, зришь в корень, — с очень серьезным лицом прокомментировал мою шутку тесть. — Этот мужик построил в Крыму пансионат и хочет, чтобы я набрал бригаду, обучил и сделал ему там на двух этажах с самыми лучшими номерами такие шкафы. Сроку две недели дает.
Я немного напрягся, услышав новости. Хорошо, что Загит ко мне пришел.
— Вы ж еще не согласились, надеюсь? — поинтересовался у тестя.
— Нет. Сказал, что обдумать все надо, — ответил Загит, а я при его словах облегченно выдохнул. — Но предварительно сказал ему, что предложение интересное, — добавил тесть.
— Так, первым делом сразу хочу сказать, что идея обучать бригаду никуда не годится.
— Почему? — удивился Загит. — Если три-четыре человека научу, всем только лучше будет, больше шкафов сделаем.
— В идеале да, а в реальности — это огромный риск, — начал объяснять я ему. — Работа эта нелегальная. По головке за такое не погладят, если узнают. А где гарантии, что те, кого вы обучите, не попадутся с левыми заказами потом? Они же первым делом на вас укажут, чтоб себе положение облегчить.
— Об этом я не подумал, — мрачно кивнул Загит. — Ты прав. Но что тогда делать с заказом? Я один за две недели не справлюсь при всем желании.
— Так и не надо за две. — улыбнулся я ему, — это ведь просто предварительный разговор был. Объясните этому заказчику все резоны. Он сам должен быть заинтересован в безопасности всего этого мероприятия. Скажите, что сделаете все сами, но срок установите побольше, скажем, недели четыре. Успеете?
— Скорее всего, — кивнул Загит. — Но я не хочу на целый месяц от Аннушки уезжать.
— Ну так и зачем? Езжайте с ней вместе, — взглянул на него удивленно. — Это же Крым. Море, солнце, вино, девушки…
— Кхе-кхе, — закашлялся при последнем слове Загит.
— Ну да, остановимся на вине, — усмехнулся я. — Рассматривайте всю эту затею, как шикарный отпуск с возможностью неплохо заработать. Два в одном, так сказать. Договоритесь с заказчиком о датах, оформите отпуска в одно время, отгулы заберите все, что накопились, уверен, что у обоих полно этого добра, и езжайте на месяц на море.
— А идея хороша, — расцвел Загит. — Спасибо, Паша! Пойду Аннушку обрадую.
Пожав мне руку, тесть тут же умчался домой.
— Ну что, Тузик, — повернулся я к песелю, — раз уж вышли, пойдем побегаем. Не пропадать же прогулке.
Радостно гавкнув, пес припустил вперед по привычному нам обоим маршруту.
* * *Глава 22
* * *Бургас, Болгария.
Болгария встретила съемочную группу и Галию палящим солнцем и удушающей жарой. В Бургас они прилетели уже ближе к вечеру, но по ощущениям Галие казалось, что сейчас полдень. При выходе из самолета их обдало таким жаром, что она изумилась. Словно в Сахару прилетели, — думала Галия, спускаясь по трапу. Хотя в Сахаре, конечно, не была.
В здании аэропорта легче не стало. Было очень душно, кругом сновали сотни пассажиров в поисках своих спутников и багажа.
— Оживленно тут, — ошеломленно произнес Семен Денисович, руководитель их группы, вытирая платком пот со лба.
— Так пора отпусков, — отозвался оператор Саша Камоликов.
Пройдя паспортный и таможенный контроль и забрав весь багаж, группа направилась к выходу, где их должен был встретить переводчик и проводить в гостиницу. Переводчика они заметили быстро. Высокий худой темноволосый болгарин держал в руках табличку с надписью «Съемочная группа». Одет он был как актер во французских или итальянских фильмах, по крайней мере именно такие ассоциации возникли в голове у Галии, когда она его увидела. Белая рубашка, белые брюки, на голове элегантная шляпа от солнца и темные очки. Сам чисто выбритый и очень ухоженный. Чем-то даже на женщину похож, — подумала Галия, с любопытством разглядывая болгарина.
— Любомир, — представился им новый знакомый, сверкнув белозубой улыбкой.
Он по очереди поздоровался с мужчинами, а Галие галантно поцеловал руку, при этом подмигнув. Она вежливо улыбнулась ему и отошла в сторону. Вот этого мне только не хватало, — с досадой думала Галия. Хоть бы понял, что не заинтересована и отстал от меня поскорей.
Переводчик говорил по-русски очень сносно. Оказалось, что он приставлен к их группе на все время пребывания в Болгарии, будет жить в той же гостинице и отвечать не только за перевод, но и за организационные вопросы.
Познакомившись со всеми и пообщавшись немного, Любомир засуетился:
— Давайте уже пойдем к машине, — предложил он, — гостиница на Солнечном берегу, туда еще доехать надо.
— До темноты успеем приехать? — поинтересовался у Любомира Шапляков.
Тот в ответ уверенно кивнул, сказав:
— Уже вечер, стемнеет скоро.
И рванул вперед, показывая, куда идти.
Режиссер слегка оторопел, пытаясь интерпретировать полученную информацию, а Галия тут же улыбнулась, вспомнив Пашкин инструктаж.
— У них кивок означает «нет», Семен Денисович, — подсказала она режиссеру.
Тот изумленно посмотрел на нее.
— Правда, что ли? — А «да» тогда они как показывают?
Галия повела головой из стороны в сторону, начиная смеяться, глядя на растерянность руководителя группы.
— Ты шутишь ведь? — недоверчиво поинтересовался у нее Андрей, с натугой тащивший свой тяжелый чемодан с осветительным оборудованием и слышавший их разговор.
— Нет, — постаралась успокоиться и сделать убедительное лицо Галия, чтобы они не обиделись, — мне муж рассказал перед поездкой. У болгар такая культурная особенность.
Подошедший Любомир подтвердил ее слова, узнав, о чем они спорят.
— Извините, я знал, что у вас по-другому, но просто забыл, — объяснил он виновато, — это очень трудно контролировать, даже когда знаешь.
— Да уж! — ошеломленно произнес режиссер. — Вот за что люблю я путешествия. Казалось бы, столько лет живу, а все равно что-то новое постоянно узнаю и чему-то удивляюсь.
Все тут же заулыбались, настроившись на расслабленно-философскую волну и, загрузив вещи в багажный отсек, разместились в машине, представлявшей собой что-то промежуточное между машиной и небольшим автобусом. Галия не знала, как назвать этот транспорт. Любомир в ответ на вопросы членов группы, пояснил, что это «микробус». Ясности им это не добавило, но расспрашивать болгарина не стали, сделав вид, что все поняли и устроившись на сиденьях. Галия, как и остальные члены группы, все никак не могла адаптироваться к жаре. Все сидели, обливались потом и обмахивались всем, что смогли найти.