Я (не) буду твоей женой

И я осталась одна…
Это был непростой этап моей жизни. Депрессия была долгой и затяжной, мама много значила для меня, я до последнего надеялась, что ей удастся выкарабкаться. Но… Это оказалось не так.
Разбирать мамины вещи я начала лишь три месяца назад. Именно тогда я и нашла пачку неотправленных писем, долго не решалась их прочитать. А когда прочла, то решила кардинально изменить свою жизнь. У меня появилась цель – приехать в Москву, устроиться «СтройТехноХаус» и посмотреть на одного конкретного мужчину.
  
У меня все получилось. А смена обстановки помогла мне пережить боль утраты. До сегодняшнего дня мне казалось, что моя жизнь складывается довольно хорошо. Пока все не изменилось.
Неожиданный бонус в лице Евгения опять все перевернул с ног на голову. Я еще так и не поняла, чего мне ждать от нашей новой встречи.
Я зашла в супермаркет, купила продукты и направилась в сторону дома.
– Какого черта ты тут делаешь, Слава? – раздался рядом гневный окрик.
– Женя? – удивленно уставилась я на заместителя генерального.
– Ты меня преследуешь? – настаивал Ульянов.
– Мне больше заняться нечем, как преследовать вас, ваше величество? – с издевкой поинтересовалась я. Умел же Евгений завести меня с пол-оборота.
– Тогда что ты делаешь около моего дома?
– Представь себе, иду домой, – огрызнулась я, отвернулась от мужчины и направилась к подъезду, обходя Ульянова по полукругу.
– Это что значит «идешь домой»? – не успокаивался Женя.
– То и значит, Ульянов. Живу я в этом доме, – уже прорычала я в ответ.
– Не может быть. Это элитный дом… Или ты переехала к своему очередному любовнику? – в который раз за день оскорбил меня мужчина.
– Ты достал меня, Ульянов! Почему ты обвиняешь меня черти в чем? Чем я заслужила подобное отношение? – прокричала я на бывшего.
– Своим поведением, дорогая, – язвительно ответил Ульянов.
– Это как? – озадаченно спросила я, мой воинственный настрой сдулся как шарик. Сейчас я уже просто ничего не понимала. – Может, пояснишь?
– Еще чего, – фыркнул Евгений. – Ты и сама все знаешь.
– Ну и оставайся один со своим секретным знанием, Ульянов. Я устала и хочу просто отдохнуть. Поэтому, прошу, держись от меня подальше, – сказала я как можно ровнее и опять направилась в сторону подъезда.
Быстро поздоровавшись с консьержем я пошла к лифтам. Порадовалась, что рядом нет вредного мачо, что окрасил мой день в черные цвета. Но не успели дверцы лифта закрыться, как в кабину шагнул Ульянов.
– Ты не мог другим лифтом подняться? – зло поинтересовалась я.
– Не мог. Мне необходимо узнать, на какой этаж ты поднимешься, и желательно еще и номер квартиры увидеть, – со сверкающей улыбкой выдал этот… доставший меня сегодня босс.
– А не пошел бы ты куда подальше? – опять начала заводиться я.
– Нет, не пошел бы. Это не в моих интересах, – весело хмыкнул Евгений.
– Ну и гад же ты, Ульянов, – сквозь зубы произнесла я и отвернулась.
– Черт, ты на десятый этаж? – гневно прорычал мужчина, глядя на цифры электронной панели.
– И что в этом криминального? – не сдержала я своего недовольства.
– Ты что, живешь с Пашкой? – скривил губы Евгений, пронзая меня презрительным взглядом.
– Ты имеешь в виду Павла Казакова? – удивилась я. Неужели Ульянов знает Пашку?
– Именно. Лучшей кандидатуры на роль любовника ты не могла подобрать. Красивый, богатый, влиятельный, один из лучших пресс-атташе в стране. Бабы за ним табунами ходят, – фыркнул Женя. – Значит, ты одна из них?
Моя злость набирала обороты.
– Одна из кого, Ульянов? – проревела я не хуже львицы.
– Одна из его баб, женщин, любовниц. Выбирай любой вариант, – с деланным безразличием проговорил мужчина.
Вот же гад. Как хочется ударить этого паразита чем-то потяжелее. Желательно не раз.
Нет. Нужно успокоиться. Ульянов специально доводит меня.
Вдох-выдох… Вдох-выдох…
– А вариант «сестра» не рассматривается? – наконец произнесла я, стараясь говорить как можно ровнее.
– Не смеши меня, Росковская. У Казакова нет сестер, – фыркнул Евгений.
– А ты его так хорошо знаешь, – сейчас уже веселилась я. – По поводу личной жизни Казакова ничего не скажу. Не интересовалась этим вопросом. А по поводу родственных связей Павла Артуровича мне известно намного больше вас, Евгений Петрович, – холодно припечатала я.
Лифт остановился на десятом этаже. Я быстро вышла из него, слыша за спиной звук мужских шагов.
– Ты куда, Ульянов. Я тебя не приглашала в гости, – непроизвольно вырвалось у меня.
– Еще чего не хватало, – опять скривил губы Евгений. – Я как раз к себе домой иду, – протянул он, – в отличие от некоторых… Мне чужих любовниц не надо…
Кажется, Женя мне все же не поверил. Ну и черт с ним.
Я равнодушно посмотрела, как Ульянов подошел к соседней двери, открыл ее и перевел вопросительный взгляд на меня.
Что на напасть! Ульянов – мой сосед!
Я сделала вид, что мне все равно, подошла к двери в квартиру брата и открыла ее.
– Как и говорила, к себе не приглашу, – холодно произнесла я. – Паша просил не приводить в дом чужих, – еще раз одарила я Женю безразличным взглядом, зашла в квартиру и закрыла за собой дверь.
Ужасный день выдался у меня.
* * *
Сначала я решила принять прохладный душ в надежде, что он хоть немного приведет меня в чувства. Вода всегда помогала мне. Так и сегодня мне стало полегче, хотя мысли о Жене никуда не пропали. Тогда я включила телевизор на кухне и занялась приготовлением ужина. Через сорок минут я уже ела запеченную рыбу с овощами и салат из огурцов и помидоров.
Весь вечер я усиленно смотрела телевизор, заглушая мысли о бывшем возлюбленном. Хотя какой он бывший? Нужно признаться самой себе, что я до сих пор люблю Ульянова.
Именно поэтому мне было обидно от всех этих нелепых обвинений. Казалось, Евгений верит в то, что говорит. Но как это может быть правдой?
Я точно помню, что оставила конверт с письмом для Жени. Но даже если он не получил моего послания, то почему сам не нашел меня? Ульянов прекрасно знал мои фамилию и имя-отчество. Номер телефона, скорее всего, был утерян с самим смартфоном Евгения. И надо было такому случиться, что накануне моего отъезда из Сочи Женя утопил свой телефон в море.
Неужели эта глупая случайность развела нас на год?
Или это все же виноват чей-то подлый поступок? Ведь неспроста Ульянов так ополчился на меня…
Уснула я далеко за полночь и, как следствие, утром встала не в лучшем виде. Опять же помогли прохладный душ и искусно наведенный макияж.
На работу я пришла в семь тридцать. Специально пораньше, нужно было доделать важный отчет для заместителя генерального.
Я заставляла себя думать о Евгении лишь как о начальнике. Так будет лучше.
«Все личное нужно оставлять за дверями холдинга», – убеждала я себя.
Я настолько ушла в работу, что не сразу заметила голубой конверт, лежащий на краю стола.
Что за черт? Откуда он тут взялся?
Второй одинаковый конверт я уже не стала игнорировать. И все же, просто так брать его в руки я побоялась. Пришлось надеть кожаные перчатки и только после этого вскрыть конверт. Внутри лежал сложенный вдвое лист бумаги. А на нем текст, отпечатанный на компьютере:
«Я знаю твою тайну. Готовься заплатить кругленькую сумму, иначе я расскажу всё. И тогда тебе не поздоровится».
Я еще пару минут сидела, с изумлением глядя на ровный ряд букв. Интересно, какую из тайн знает этот неизвестный? У меня их, к сожалению, немало.
Отмахнуться от подобного я не могла.
Я бросила взгляд на часы, было восемь сорок, рабочий день уже начался. Значит, можно попытаться попросить помощи в службе безопасности.
  
Я посмотрела на лист с внутренними телефонами начальников отделов и заместителей генерального. Нашла нужный номер и набрала его.
– Доброе утро, Василий Карлович, вас беспокоит начальник отдела по надзору и строительству Росковская Мирослава Артуровна, – представилась я начальнику службы безопасности.