Ведьмы.Ру 3

 
Карина Демина
 
Ведьмы.Ру 3
  
Глава 1
 
О тяжких больничных буднях
 
Был такой знаменитый человек Лев Николаевич Толстой. Он относился не к низшим слоям населения, но все равно ел землю и раз в неделю уходил из своего поместья в деревню к крестьянам.
О тяжкой судьбе русской классики и школьников, вынужденных её читать.
  
Наум Егорович смотрел в окно. В общем-то, больше заняться было нечем. Правда, время от времени он подскакивал и начинал расхаживать по палате. Хотя, конечно, места в ней было не так, чтобы много. Она в принципе для хождения предназначена не была, но, во-первых, просто сидеть надоело и очень быстро. А во-вторых, поблескивающий красный огонёк под потолком намекал, что без присмотра их с товарищем по несчастью не оставили.
Хотя, конечно, странно.
Очень странно.
Так долго готовить операцию. Тщательно доводить Крапивина. Это ж дело не одного дня. Это ж надо и технику в квартире поставить, и оператора посадить, чтоб морально давил, лекарства подобрать. А главное, к сестрице Крапивина подход найти, подтолкнуть её к сотрудничеству. То, что она братца недолюбливала, это одно. А вот что на участие подписалась – совсем, совсем другое… в общем, сложно всё.
Замороченно.
И когда дело дошло до нужной точки, оказалось, что электричество обрубили.
Нет, оно, конечно, случаются и не такие форс-мажоры, но всё-таки, всё-таки… и в итоге важного человека, которого по-хорошему изолировать бы до постановки диагноза, пихают в какую-то конуру.
Даже не одиночную.
Вот не вязалось тут одно с другим.
Категорически.
В окно Наум Егорович выглянул для порядку, увидев лохматый куст, кусок газона и дорожки. Куст был тёмным, да и на улице уже смеркалось.
Хоть бы покормили, право слово.
И откликаясь на его мысли, дверь открылась.
– Доброго вечера, Николай Леопольдович, – радостно воскликнул уже знакомый доктор. – Соскучились?
– Вы удерживаете меня силой! – Наум Егорович насупился и руки на груди скрестил. – Вы обязаны меня отпустить!
– Ну что вы. Мы не удерживаем. Мы вас оберегаем от невзгод мира.
Ага, и решетки на окнах стоят для пущей надёжности, чтоб невзгоды точно в палату не просочились. А на двери ни замка, ни даже ручки. Так что открывается эта дверь исключительно снаружи. Но полотно, в отличие от тех, из первого корпуса, простое. Наум Егорович даже прикинул, что при необходимости высадит его.
Но эти мысли он оставил при себе и фыркнул, задравши подбородок. Он надеялся, что в достаточной мере выразил, что думает.
Надо было идти на театральный. В смысле, в кружок. Звали ведь. Даже роль обещали выдать. Ромео. Оно, конечно, не совсем в тему, но в целом умения пригодились бы.
– Вы сейчас находитесь не в лучшем состоянии, – мягко продолжил доктор. – Вам следует хорошенько отдохнуть. Расслабиться. Мы проведем процедуры…
– Какие?
– Разные. Массаж вот. У нас отличные массажисты. Иглоукалывание.
– Я против!
– Хорошо, без иглоукалывания. Капельницы, как полагаю, вы тоже не одобрите?
Наум Егорович кивнул.
– Видите, я готов пойти вам навстречу. Никаких капельниц. Никаких таблеток.
В еду, стало быть, подсыпать станут. Но тут уж без вариантов. Не объявлять же голодовку. Этак с них станется подойти к лечению куда более радикально.
– Мы с вами проведем сеансы медитации…
– Хорошо, – Наум Егорович тоже решил проявить гибкость. – На медитацию я, так и быть, согласный.
– Вот и замечательно… скоро будет ужин.
– Тоже хорошо. Я голодный между прочим!
– Прошу простить. В связи с сегодняшними… накладками в работе кухни случились перебои. А пока нашли надёжного поставщика в городе, пока договорились, пока вот заказ, выполнение… но ужин уже вот-вот… только вам для начала необходимо принять душ.
– Душ?
– Душ. Это когда вода сверху идёт. Тёплая.
– Я не сумасшедший! Я знаю, что такое душ! Но сейчас…
– А разве вам не хочется? – вкрадчиво поинтересовался доктор. – Всё же вчерашний вечер, да и ночь прошли… насыщенно. И утро. И вот уже снова к вечеру дело.
– Хочется, – Наум Егорович поскрёбся и проворчал: – Вот пока вы не сказали, так не хотелось! А теперь хочется!
– Вот видите. Тогда прошу, Пётр вас проводит. Помоетесь, переоденетесь…
– Зачем?
– Помилуйте, ну вы же чистый будете. Куда вам после душа натягивать грязную эту одежду. Ещё и рваную.
– Она моя! – Наум Егорович вцепился в рубашку, точно её собирались отнять вот прямо сейчас.
– Конечно, ваша… но вы не думали, что в ней может быть?
– А что?
– Да что угодно! Вы же хранили эту одежду дома, так?
Кивок.
– И как знать, не обработала ли её ваша сестра? К примеру, ядом?
– Что?!
– Нет, нет… это так, предположение. Но даже вот взять те же голоса… существ… может, они спрятали в вашу одежду следящее устройство?
– Да-а-а? – протянул Наум Егорович, ощупывая край рубашки.
Следовало признать, что рубашка эта была изрядно заношена, не единожды штопалась, да и пуговицы на ней собрались разномастные, явно по принципу «лишь бы в петлю влезала».
– Ну вы же учёный человек! Вы же понимаете, что так просто высокие технологии не обнаружить. Поэтому логичнее всего что?
– Что?
– Просто сменить одежду! – радостно сказал доктор. – Поверьте, в нашем санатории заботятся о постояльцах.
И всячески их оберегают от жизненных невзгод. Причём явно, не принимая во внимание мнение самих постояльцев.
– Мы заказываем одежду у одного эксклюзивного поставщика. Только натуральные ткани. Ручная работа, но современный дизайн…
Не тот, который с чересчур длинными рукавами?
– Индивидуальный пошив. А какие мягкие халаты! Поверьте, вы в них влюбитесь…
– Ладно, – Наум Егорович решил не упрямиться. От психа обыкновенного до психа буйного рукой подать. Вместо этого он показал рукой на человека, который всё так же лежал на боку. – А это кто?
– Это… это… – глаза доктора забегали. – Это… ещё одно обстоятельство непреодолимой силы. Поверьте, он вас не побеспокоит. Он будет спать…
– Всё время?
– Конечно.
– Это ж не нормально.
– На первом этапе лечения, которое он проходит, это как раз вполне нормально. А как только починят проводку, мы вас расселим. Нам жаль, что вы вынуждены претерпевать такие неудобства… но увы, к сожалению, иных вариантов нет…
Наума Егоровича подхватили под локоток и вывели из палаты. А дверь в неё прикрылась с едва слышным щелчком. Мигнула красная лампочка на кодовом замке. Ага, и над дверью тоже камера имеется. Правда, явно прикрученная впопыхах, а потому глядела она не в проход, а куда-то в сторону и в потолок.
Ремонт до душевых не добрался. Во всяком случае, что-то подсказывало, что эта желтоватая плитка помнила иные времена. А вот поблескивавшие глянцем краны не слишком сочетались с темными трубами. Но вода имелась, причём даже горячая.
И это хорошо.
Одежду Наума Егоровича прибрали, а в предбанничке, на низенькой лавке, оставили новую: просторные полотняные штаны и такую же рубашку. Ну и обещанный халат имелся, из какой-то мягкой ткани, он и вправду был весьма приятен. Наум Егорович даже подумал, что надо будет его потом, по окончании операции с собою прихватить. Потом тут же устыдился.
А следом заметил, что халат имеется, но вот пояс к нему выделен не был.
В комплекте к одежде шли резиновые тапочки весёленького лазурного цвета.
По размеру.
А вот одежда даже великовата местами, но это так, мелочи.
– Вот видите! Совсем другой человек! – радостно воскликнул доктор. – Если хотите, можем посетить парикмахера!
  
– А у вас и он есть?
– Конечно! И на маникюр я вас запишу. И на педикюр. И на спа-процедуры…
Ага, если так-то, можно поверить, что и вправду санаторий. Как-то оно… чересчур для дурдома.