Звёздный Вавилон (СИ)
Джон благодарно улыбнулся заместителю, вздохнув с некоторым облегчением. Слова коммандера не решили проблему, но осознание того, что не он один вынужден думать о происходящем, всё же помогали капитану. Было приятно осознавать…
- Запрос зоны перехода! Корабли на подходе! – неожиданно подал голос диспетчер, вскидываясь от терминала.
- Сколько? – напряжённо повернулась Иванова.
- Три… Нет! Четыре сигнала!
Зона перехода активировалась, разворачиваясь из яркой искры энергии в светящуюся голубую воронку выхода из гиперпространства. А в следующее мгновение из неё стали один за одним появляться корабли. Сначала истребители – один… второй… третий… А затем, после небольшой задержки, в обычный космос вынырнул и «Кортес», визуально не повреждённый, но явно имевший какие-то проблемы с двигателями, уж больно «неуверенно» и неспешно даже для своих огромных размеров он летел.
- «Кортес», говорит «Вавилон», - нахмурившись, Шеридан связался с прибывшим кораблём. – Где ещё два истребителя?
- Сожалею, Джонни… - после недолгого молчания раздался из динамиков усталый голос Мейнарда. – Они погибли…
Шеридан на мгновение зажмурился, тяжело выдохнув – случилось то, чего он опасался всё это время. Хоть они и сумели спасти «Кортес», вернуть всех ребят из поисковой команды домой он всё же не сумел. И теперь с эим придётся что-то делать. И если с бюрократической стороной вороса всё было ясно – соболезнования семьям, награды, материальная помощь, то вот с моральной частью… Даже за все годы службы капитан так и не научился легко оттноситься к потерям подчинённых ему людей. Быть может, это характеризовало его с лучшей стороны, чем он думал сам о себе, но легче от этого не становилось.
Кивнув Ивановой, мужчина медленной походкой направился к выходу с мостика.
***
Уже почти двадцать минут Шеридан стоял в одном из закутков парковой зоны «Вавилона» и просто смотрел прямо перед собой, раз за разом прогоняя в голове последние события и свои решения, приведшие к этим событиям. Мог ли он сделать что-то иначе? Могло ли это помочь вернуть всех участников поисковой операции назад? Или всё же… Ответов у него, к сожалению, не было – с какой стороны ни посмотри, решение отравить звено истребителей запеленговать и найти «Кортес» было единственным, которое давало хоть какие-то шансы на успех. И вероятность потерь среди пилотов предугадать было невозможно.
- Капитан? – раздался из-за спины Шеридана негромкий голос посла Деленн, заставив его обернуться. – Простите… Если вы хотели побыть один, я могу зайти позже…
- Нет-нет! – Шеридан слегка улыбнулся. – Пожалуйста… Проходите…
- Я услышала о случившемся, - женщина грустно опустила взгляд, - примите мои соболезнования…
- Тяжелее этого, наверное, ничего не бывает, - Джон поймал себя на мысли, что рад приходе посла, рад тому, что было, кому выговориться… Кому-то, кто не состоял в экипаже станции… - посылать людей на смерть, а самому оставаться в стороне…
- Они спасли других, - Деленн проникновенно смотрела прямо на капитана. – В нужный момент они оказались на своём месте и знали, что должны сделать. Как и вы, капитан.
- А разве я на своём месте?
- Вселенная, капитан, - Деленн улыбнулась, - подбирает место нам всем. Место для духовного роста. Там не бывает легко, но это место всегда правильное, правильное и нужное. Поэтому, где бы мы ни были, мы находимся в нужном месте и в нужное время. А боль, - женщина говорила с уверенностью разумного, явно знавшего, о чём говорит, - неизбежная часть процесса постоянного перерождения…
- Похоже, нас посещают схожие мысли, посол… - удивлённо пробормотал Джон.
- Возможно, - женщина плавно кивнула. – Похоже, мы оба на перепутье, капитан Шеридан, но Вселенная никогда не ошибается.
- Мне бы вашу веру в мудрость Вселенной, - мужчина покачал головой. – Порой мне очень трудно её представить.
- Я открою вам секрет, капитан, - минбарка с улыбкой повернулась к мужчине, - величайший секрет – молекулы, из которых состоит ваше тело, точно те же, из которых строится эта станция… И далёкая туманность… Те же самые, что горят в глубинах звёзд… Мы и есть Вселенная, капитан. Вселенная, пытающася осознать саму себя. И, как мы оба поняли, порой Вселенной требуется взглянуть на происходящее с другой стороны.
- Спасибо… - капитан с благодарностью улыбнулся собеседнице, впервые за сегодня – по-настоящему.
- Капитан! – сигнал входящего вызова коммуникатора и радостно-неверящий голос Ивановой заставил мужчину вздрогнуть, - Ещё один истребитель вернулся! Только что прошёл зону перехода!
- Что?! – мужчина недоверчиво переглянулся с продолжавшей улыбаться Деленн.
- Это лейтенант Кеффер, сэр!
- Невероятно…
Деленн, довольная произошедшими в настроении капитана изменениями, поклонилась, продолжая широко улыбаться мужчине, и плавной походкой направилась по своим делам, не желая отвлекать офицера от рабочих вопросов, решением которых тот теперь должен был, а главное, мог, заниматься. Даже самым уверенным в себе разумным, самым решительным и способным, была порой необходима поддержка со стороны. И Деленн, будучи членом жреческой касты, понимала это лучше, чем кто бы то ни было.
Поразительно, но факт – с каждым днём, что Коронэ и Юки проводили вместе на станции, разоряя запасы местных кондитерских и доводя их официантов до нервного тика, я всё больше приходил к выводу, что личностные матрицы девушек развивались. Больше всего в этом «отличилась» Коронэ, но и её «сестричка» успешно догоняла нэку на этом поприще. И, если сначала я считал, что упустил что-то важное в их программном коде, то теперь был уже совсем в этом не уверен.
Все возможные проверки, какие я только мог провести над уже прописанным кодом, показывали, что изначальная матрица была, если не идеальной, то, как минимум, имевшей право на это претендовать. Эмуляция эмоций, часть, отвечающая за ощущения вкуса, позволявшая нэке наслаждаться вкусом пирожных, чая и прочих вкусняшек… Но вот потом начинались уже некоторые непонятки.
Уже не один раз я ловил себя на мысли, что поведение Коронэ выходит за рамки заложенного в неё кода, даже с учётом любого возможного саморазвития. Девушка проявляла эмоции, по сети репликаторов я чувствовал, что она по-настоящему получала удовольствие от бесед с Юки во время их совместных посиделок в каюте или в кафе, а вторая нэка отвечала ей взаимностью, хоть пока и с несколько меньшей интенсивностью. А самым вызывающим интерес фактом было то, что данное развитие кода не было ничем обосновано!
В лучших традициях Альфреда Лэннинга, разбиравшегося в робототехнике не по наслышке, я был готов на полном серьёзе признать, что «в машине всегда были призраки». Фрагменты кода, абсолютно понятные по отдельности, но которые, оказавшись в одном месте в один момент времени, приводили к образоваанию совершенно непредвиденных алгоритмов и протоколов.
- Скажи, Коронэ, - задумчиво передаю по сети репликаторов, - какие у тебя взаимоотношения с темнотой?
- Я вас не совсем понимаю… - донесся от нэки удивлённый ответ.
- Тебя тянет к Юки в пустой комнате? Хочется оказаться к ней поближе?
- Лорд Баал, ваш код окончательно… всё? – по сети репликаторов донеслась эмоция нешуточного переживания, практически паники, причём, с мельчайшим запозданием, буквально на десятую долю секунды, аналогичный пакет эмоций пришёл и от Юки – сестричка тоже переживала за моё «душевное состояние». – Или… Вы издеваетесь?!
Коронэ впервые на моей памяти забралась в «мою» область сети репликаторов и просмотрела ход моих размышлений, предшествовавших заданному вопросу. До сих пор я не закрывал ей туда доступ, не запрещал смотреть и слушать, но девушка обычно игнорировала эту возможность, даже в те моменты, когда обвиняла меня в непоследовательности и абсурдности поступков. Но вот сейчас нэка действительно обеспокоилась – моё поведение, заданные вопросы, вышли за все границы её понятий об абсурдности.