Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 10 (СИ)
Мне даже не приходит чего-либо уместного в голову, чтобы как-то прокомментировать.
— Да ну тебя, — вяло отмахивается очень близорукий парень, недавно сменивший очки на контактные линзы. — Ты вечно всё опошлишь. Секс в семье не главное. Вот когда ТЫ выйдешь замуж…
— А-ХА-ХА-ХА-ХА! — от жизнерадостного ржания айтишницы вздрагивают стены.
— Тихо ты! — заполошно возмущается хозяин кабинета. — Слушай, завязывай, серьёзно! Не надо создавать мне проблем на ровном месте!
— А какие у меня ещё в этой жизни развлечения? — Уэки картинно разводит руками. — Ты женат, я одинока, хафу меня не любит несмотря на все его сантиметры. Поматросил и бросил: вставил-вынул-побежал.
— Не наводи тень на плетень, лично у меня с тобой никогда ничего не было, если на эту тему. Скажи спасибо, что я с тобой дружу все эти годы! — лениво огрызается Кайто. — Девчонка ты красивая, и была всегда, но с головой проблемы — сама не знаешь, что выкинешь через мгновение. А мне всегда был нужен надёжный тыл, моя жена как раз из таких. В отличие от тебя.
— Я се…
— А то ничего не расскажу. — Веско припечатывает парень, возвращая себе контроль над ситуацией и многозначительно изгибая бровь.
Он далеко не так прост, как кажется от порога. Во всяком случае, с нетривиальной однокурсницей общаться умеет профессионально — чувствуется определённый опыт.
— Всё, молчу. Так бы сразу и сказал. Была не права, приношу извинения, больше не повторится.
— Ты каждый раз так говоришь. И каждый раз заново. С самого первого курса.
— Мне сейчас чё, тебе чечётку станцевать в качестве компенсации? На этом железном столе? Хм, слышно будет хорошо, — по Уэки не всегда определишь, насколько она серьёзна.
Точнее, даже если она сейчас шутит, точно так же шутя она легко заберётся на этот стол и реально начнёт выбивать дроби о железную столешницу каблуками — если решит продолжить.
— С тебя станется, — хмурится хозяин помещения, затем спохватывается. — СТОП! Ты мне все мозги… забила. Уэки, да иди ты в жопу! Здесь тебе не там! Достала! Уймись и сиди молча, если пришла! Решетников-сан, пожалуйста, дайте ваши документы.
— Вот. Заранее прошу извинения за свою спутницу — она чертовски мила и непосредственна, но ничуть не деликатна. Иногда это напрягает всех без исключения близких.
— Ну да, расскажите мне, что вода мокрая… Пожалуйста, смотрите сюда. — Он начинает речитативом читать под запись. — Акт номер… — идут дата, фамилия исполнителя. — Сверка биометрии… Фамилия… Имя… Ждём теперь: запрос ушёл, подтверждение придёт в течение минуты-двух. Можно будет работать дальше.
* * *Общение с Кайто-куном — ритуал, которому уже больше десятка лет. Правда, раньше упирать его было интереснее — жены не было. А сейчас он на старую знакомую как на тёлку и не реагирует вовсе, даже где-то досадно.
Что интересно, другие однокурсники за внешне невзрачной атрибутикой соученика что тогда, что сейчас не видели главного: колоссальная надёжность.
Кайто, несмотря на всю ботанистость, границы личности имел, пожалуй, на зависть самой Хьюге — хотя снаружи оно и не проявлялось.
Если не знать его близко. Слишком уж обманчивой всю жизнь выглядит его рыхлость интеллигента.
— Снятие браслета всегда происходит в присутствии сотрудника соответствующего отдела Министерства юстиции, — продолжил одногруппник для Такидзиро, видимо, по процедуре. — Обычно это офицер службы пробации или специалист по техническому надзору.
Ута выхватила последнюю фразу:
— А в нашем случае?
— В Японии электронные браслеты применяются в основном к лицам, находящимся под домашним надзором. Например, после условного освобождения, — Кайто затеял свою обычную занудную лекцию, которые он так любил. Впрочем, сейчас это было по делу. — Или в некоторых случаях — под надзором пробации, как вы, Решетников-сан.
— Но он под пробацией незаконно. Был незаконно, — поправиласьУэки. — Именно поэтому браслет от юстиции отменён со скоростью звука решением суда.
— Я некоторым образом в курсе, — слабо улыбнулся соученик, кивая на монитор. — Процесс строго регламентирован.
— Внимательно слежу за ходом вашей мысли, — перехватил слово Такидзиро.
— Проверка личности, сверка с данными системы, — Кайто кивнул на экран.
— Здесь всё в порядке?
— Да. В системе уже отмечены время вашего прибытия и статус браслета («активен»).
— Дальше? — Уте стало интересно.
— Проверка оборудования. Это портативный считыватель, он же терминал управления, — Кайто провёл загогулиной над лодыжкой Решетникова. — Всё в порядке.
— Модуль связи, подключаемый по беспроводному протоколу? — уточнила Уэки машинально на профессиональной волне.
— Да. Bluetooth Low Energy, с защищённым каналом.
В этот момент дверь распахнулась, молча появился ещё один человек.
Одногруппник продолжил рассказывать (стало быть, второй тоже свой, сообразила айтишница):
— Аутентификация: ввожу идентификационный код устройства и служебный PIN, — ботаник машинально прикрыл символы от свидетелей. — Вот подтверждение команды снятия через центральный сервер, Решетников-сан. Сейча-ас, проходит авторизация… вот. Разрешение разблокировать замок.
Такидзиро с интересом смотрел, как после получения сигнала с терминала негромко щёлкнула застёжка — и защёлка «украшения» на его ноге отпустилась.
‐ Физическое снятие. — Соученик продолжил комментировать свои действия в режиме реального времени.
— На самом браслете есть электронная защёлка с микрозамком, вы только что её видели. Оп! Никакого болевого эффекта, резкого звука или механической резки нет.
— Хм.
— Проверка состояния и сдача, — Кайто развернулся к коллеге. — Браслет осматривают на предмет повреждений.
Тот молча кивнул, не прикасаясь к прибору.
— Данные о времени снятия автоматически передаются в систему. Теоретически в этом месте, Решетников-сан, мы должны были бы вам выдать подтверждение — «акт о снятии устройства». Но…
— Оставьте себе, — фыркнула Ута. — Устройство было надето незаконно. Как говорится, справку об освобождении из тюряги приберегите для того, по кому было действующее решение суда о том, что он в этой тюряге закрыт законно. А честному человеку, который не был осуждён, такая бумажка не нужна по определению.
— А я б и не выдал, — вздохнул Кайто. — Хотя и должен. И вовсе не потому, что это был бы прямой билет кое-каким сотрудникам нашей конторы в тюрягу — говоря цинично, не моя забота.
Нынешний намёк в исполнении соученика был настолько выпуклым, что даже ухо зачесалось.
Коллега одногруппника испарился из зала так же бесшумно, как и появился до того.
— Стоп. Тормозни. Здесь не поняла. — Ута сделала стойку. — Нарушение процедуры равно нарушению закона, я хоть и не адвокат-якудза с сиськами, но тоже знаю. Ты бы сейчас не смог пойти на нарушение закона — тебя я тоже отлично знаю — если бы предварительно не получил на то какой-то команды. — Она сверлила взглядом не самого чужого человека с короткой дистанции, однако тот за последнее время здорово оброс иммунитетом (вероятно, благодаря жене). — Ты же до корней волос правильный и всегда им был, Кайто-кун. Также, всегда строго соблюдал все иерархии, хоть и себе во вред.
Соученик не отвёл взгляда, посмотрел ей в глаза и поощряюще повернул правую руку ладонью вверх.
— Тебе позвонили какие-то очень серьёзные люди, — проанализировала Уэки. — Потом их звонок подтвердило уже твоё непосредственное начальство — устно. Так?
— Почему именно устно? — заинтересовался ботаник, всю жизнь упрямо не соглашавшийся с тем, что она не глупее него.
— Потому что ты сейчас нарушаешь закон, не выдавая бумажку — сам сказал. А твоё начальство, бросая тебя голой жопой под танки в моём лице, не идиоты: противозаконный приказ письменно таким как ты никто не отдаёт.
— Почему?
— Ты никогда не споришь со старшими в иерархии. Жуёшь сопли, мотаешь слёзы на кулак, страдаешь про себя, лупишь лбом в стену — но всегда делаешь, что скажут. — Уэки где-то наступала самой себе на горло и не только, выступая в такой роли.