Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 10 (СИ)
— Прямая калька, — пояснил кто-то из розыска. — Антиматериальная винтовка — это не что-то фантастическое про «античастицы», а чисто военный термин. Anti-material rifle. У нас ещё говорят, «large-calibre rifle» или «heavy sniper rifle». Это именно в нашем департаменте, не знаю, как в других местах, где следствие тоже ведётся по-английски.
В Гонконге, не секрет, давно сформировался и продолжает расцветать достаточно уникальный диалект языка международного общения.
— Хм.
— Смысл названия: «материал» здесь — не человек, а техника, оборудование, укрытия, — продолжил поясняющий. — В данном случае первыми вывели из строя кое-какие элементы оборудования вертолёта, хотя те были и прикрыты. Худо-бедно.
— А-а-а.
— Антиматериальная равно «против материальных объектов».
— Понял теперь. Благодарю.
— Создана для поражения лёгкой бронетехники, РЛС, авиации на земле, средств связи, укрытий, топлива, а не для обычной снайперской охоты на пехоту, — последняя фраза была сказана сквозь зубы одним пекинцем второму.
Гонконгцы, не подавая виду, дружно сообразили: между коллегами по плащу и кинжалу, прибывшими с той стороны залива, тоже не всё ок в отношениях.
Занятно.
— По сути, «снайперка-танкоубийца» для дальних дистанций, где обычная винтовка бессильна, — вздохнул отстранённо криминалист, думающий о своём и напряжение между различными ведомствами игнорирующий.
— Боеприпасы были бронебойно-зажигательными (API), — ввинтился второй эксперт. — Специально для повреждения бортового оборудования или топливных магистралей. Наш вертолёт именно поэтому ушёл с маршрута.
Работающие в округе «ноги» — чины попроще — очень быстро на прямой запрос доложили, что с упомянутой бандурой здание никто не покидал, на камерах в радиусе нескольких кварталах не замечен и вообще не обнаружено никаких следов.
— Это точно? — тот столичный, который плавал в англоязычной лексике, без разбега задумался. — Не могли никак?..
— Коллега, вы себе представляете габариты? — перебил старший криминалист. — Длина грубо полтора метра, если с установленным дульным тормозом. Один ствол двадцать девять дюймов.
Пекинец не стал переспрашивать в метрической системе. Местные мысленно поставили галочку.
— Вес под пятнадцать кило, это если пустая, без прицела и магазина. — Продолжил полицейский.
— Но прицела и магазина мы здесь тоже не находим. М-м-м?
— Именно. Только гильзы, да и то не все.
— Похоже на некое послание, которое мы не можем расшифровать, — нехотя заметил второй безопасник.
Постояли, посмотрели друг на друга ещё около четверти минуты. Никто ничего не говорил.
CID пошли по второму кругу проверять обстановку в доме и вокруг, чтобы позвонить снизу через непродолжительное время:
— Консьерж сказал, что жилец здесь «годами», но по виду квартира — будто только въехал. Наверное, вы что-то пропускаете. Возможен тайник.
Самим им искать внутри апартаментов было не по специализации.
Решение пришло с той стороны, с которой никто и заподозрить не мог. Молчаливый штурмовик, от которого не услышали ни слова за всё это время (впрочем, как и от всех них), сперва потащил с себя защитную снарягу.
Интеллектуальных подвигов от ребят, ломающих головой кирпичи, не ждали. Прочим стало интересно.
Парняга вышел в середину кухни, поёрзал рифлёными подошвами по полу, под удивлёнными взглядами встал поудобнее, прикрыл глаза, разбросал в стороны ладони буквой Т и, казалось, перестал дышать. Так он простоял с минуту.
Затем отмер. Не обращая внимания на скрытые насмешки, затеял по старинке простукивать стены и пол, начиная с того места, где находился.
В спальне под очередным ударом раздался глухой звук. Только после этого все дружно спохватились и наперебой принялись замечать, что ковер чуть смещён.
Под ковром обнаружился металлический люк, который по запаре банально пропустили при первичном осмотре: этаж далеко не первый, откуда ниша в полу?
SDU на правах эврики подняли крышку собственноручно — внутри был металлический контейнер, часть не пойми каким образом созданной в перекрытии ниши.
Радость сводной группы продлилась недолго. Открыли контейнер — тот оказался пустым, просто издевательство какое-то. В протокол так и занесли, «Тайник обнаружен, но…».
Пекинец, которого на людях завуалированно трамбовал собственный сослуживец, на каком-то этапе повторно полез в нишу. Зачем-то. Он долго осматривал пустой контейнер, потом щёлкнул фонариком внутрь:
— Здесь полоса пластика! Тень удачно падает! Ух ты.
— Где? — его коллега стремительно пересёк комнату.
— Вот, на задней стенке — едва заметная полоса. Потёрто.
Столичные поколдовали над загадкой секунду-другую, что-то нажали — сработал скрытый магнитный замок. За панелью обнаружили ложное дно, а дальше внутри — ту самую разобранную антиматериальную винтовку.
— … ствол… ствольная коробка… — очнувшиеся от удивления криминалисты честно поблагодарили за помощь, но вернули бразды в свои руки. — … сошки… прицел… Патроны в коробке в количестве…
Безопасники без комментариев сделали с разных позиций несколько быстрых фото на телефоны и молча откланялись. Видимо, необходимая Пекину информация ими была прямо сейчас получена в нужном объёме.
* * *ИНТЕРЛЮДИЯ, ПРОДОЛЖЕНИЕ
Сразу после этого, где-то в другом месте, разговор ведётся на путунхуа.
— … годами живёт на высоком этаже, его позиция — просто его квартира с панорамным окном и чёрным плотным фоном за спиной!
— Кто б мог предположить. — В голосе второго звучит неприкрытое сожаление.
— Именно. Вертолёт как раз завис либо медленно двигался, удерживая визуальный контакт с Kawasaki Ninja.
— Медленно?
— С позиции стрелка — да. С тем оружием и патроном дистанция была комфортной. Выстрелил **** раза, целился в блок оптики/камер на носу.
— Типа, благородный намёк?
— Ну. Логика, моё мнение: попадание выводит из строя наблюдение, пилот вынужден отойти — это аналог предупреждения. Если бы вертолёт не отвалил, уже б бил на поражение. Но не потребовалось — летуны считали намёк и грамотно сделали ноги. Всё равно б сбил.
— Полиция Гонконга облажалась?
— Вовсе нет. Конкретно вертолёту ничего другого и не оставалось — это не штурмовая армейская машина! Или что, позицию в небоскрёбе надо было с воздуха атаковать?
Говорящие пару минут прокручивают не полицейские, а армейские сценарии, без особого энтузиазма: обоим очевидно, что ракетный или артиллерийский залп по окну семидесятиэтажного жилого дома в центре многомиллионного города — не вариант. Даже с поправкой на ЧП.
— Ну-у, они бы могли…
— Давай говорить не в контексте отдельного вертолёта, а в контексте всего департамента полиции Гонконга.
— Облажались же?
— Наоборот, прыгнули выше головы: через четверть часа уже блокировали здание.
— Без их решения суда? — один из собеседников «их» подчёркивает насмешкой. — И как только сподобились на такой подвиг, — неприкрытый сарказм. — Они же всегда при каждом удобном случае тычут в нос своей автономией.
— Не в этом случае, — второй твёрдо качает головой. — Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Мы с ними оказались в одной лодке: обстрел своего вертолёта они приняли близко к сердцу.
— Интересно, а если вертолёт был бы нашим? Не гонконгским?
Риторический посыл остаётся без комментария.
* * *ИНТЕРЛЮДИЯ 2
Roppongi Hills Residence, один из самых известных жилых комплексов в Токио. Апартаменты обслуживаются управлением Императорского двора Японии.
Прямая близость к деловому и ночному центру Roppongi нравилась, поэтому сегодня она ночевала здесь.
Верхние этажи (50+), окна в пол с видом на Токийскую башню и бухту, ночью — море огней Роппонги и Синдзюку. Доступ только по персональной карте лифта, внизу — закрытый сад, фитнес, ресторан только для жильцов.