Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 10 (СИ)
Кондо начал открывать рот для ответа.
Уэки не дала ему вставить и слова:
— Спрашиваю потому, что, если второе, то давайте на выслушивание её ахинеи понапрасну времени не тратить? В какой-то момент? Я спать хочу, а тут куча работы.
— Я попросил бы вас подбирать слова, — прокурор тяжело дышал и полировал взглядом носки ботинок.
При этом он старательно избегал смотреть в глаза кому-либо.
— Поня-я-ятно, — айтишница зевнула. — Вот и вскрылась истинная подоплёка, которую каждый из нас предполагал. В вашей паре Главный прокурор по особо тяжким преступлениям — только для видимости. На самом деле решает она, — палец с длинным ногтем и очень дорогим маникюром вытянулся в направлении Хасэгавы Томоко. — Что ж. Видимо, настало время противовесов гражданского общества.
— Ты в рукопашную собралась? — Хаяси Хонока, напряжённо размышлявшая, вынырнула в реал.
— Боже упаси! — открестилась Уэки. — Я хрупкая женщина. Для таких дел, в смысле, для рукопашных есть профессионалы. Хорошо, что мы за ними как за каменной стеной, — она повернулась в сторону химэ Эдогава-кай, лицо растянулось в счастливой улыбке. — Миёси-сан, гражданское общество в моём лице бесконечно верит в бестрепетное и независимое знамя справедливости, которое так убедительно демонстрирует время от времени твой отец. Дашь ей в нос? Можно фигурально. А то она меня уже выбесила…
Моэко красноречиво посмотрела в глаза Уты, прокачала подбородком и вслед за прокурором Кондо затеяла набирать воздух для ответа, когда чуть поодаль раздался голос старшего криминалиста:
— Центральный отряд защиты от специальных видов оружия?
— …
— Говорит криминалист полиции метрополии Токио, место происшествия — район….
— …
— При осмотре обнаружен предмет, предположительно относящийся к категории специального снаряжения…
— …
— Нет, не специальный боеприпас, слава богам, но всё равно из тридцать седьмого списка…
— …
— Это по словам ветерана Сил Самообороны Японии, не по моим словам…
— …
— Я в армии не служил и по спецоборудованию ВМФ специалистом не являюсь…
— …
Второй криминалист тем временем, не глядя на сотрудников юстиции, пояснил гражданским:
— Необходима немедленная проверка и вмешательство профильных специалистов.
— Надзорный орган вам не указ⁈ — Хасэгава чуть в воздух не взвилась, обращаясь к говорящему по телефону, что само по себе являлось нарушением как минимум профессионального этикета.
Вместо занятого эксперта-босса снова ответил подчинённый:
— У нас свой протокол, ассистент-сан. Доклад по ТАКИМ темам должен уходить по подведомственности незамедлительно и независимо от прокуратуры. И мы, полиция Токио, очень хорошо знаем свои обязанности. И будем неукоснительно их соблюдать.
Разговор по телефону продолжался, так как самый старший по возрасту омивари-сан на Хасэгаву даже не глянул:
— Да. Именно.
— …
— Место оцеплено. Это на *** этаже небоскрёба… Эвакуация в необходимых рамках проведена, просим ваше подразделение срочно выдвинуться. — Ветеран криминалистики, по-прежнему не обращая внимания на сотрудницу юстиции, повернулся к злополучному ящику.
Выслушав что-то от собеседника, он этим же смартфоном сделал несколько фотографий, отправил их в мессенджер.
— …
— Да, сейчас. — Удерживая гаджет плечом, полицейский завозился с пластиковым корпусом, пытаясь добраться до внутренностей прибора.
— Просит показать гидроакустическую головку? — в беседу сбоку ввинтился вездесущий Решетников. — Хочет видеть трансдьюсер?
Криминалист молча кивнул.
— Скажите, сейчас. — Логист что-то нажал, поддел ногтем большого пальца, хлопнул, снова нажал и крышка откинулась. — Защита от дурака. У китайцев такое часто. Видимо, специфика их личного состава.
Омивари-сан поблагодарил жестом, продолжая беседу:
— Небоскрёб Йокогама.
— …
— Да, посадочная площадка на крыше есть, — после этого заполошно заозился сперва на Хьюгу, потом на саму Моэко.
— Есть, — ровно подтвердила Хаяси. — Пойду и их встречу. Через сколько ждать?
— Я с вами! — полицейский на мгновение оторвался от беседы, машинально заценив финансистку взглядом от пяток до макушки. — Пожалуйста, покажите куда идти?
Хонока иронично улыбнулась и махнула рукой на дверь в углу. Не обращая внимания на гримасы девицы Томоко, двое спокойно направились к выходу из сектора.
— Сейчас и кавалерия подгребёт, — невозмутимо заметила Хьюга. — Кажется, ваша карта бита, — бросила она к прокурорше. — Не мне вас учить, но я бы на вашем месте больше озаботилась соблюдением закона, а не попытками угодить кому ни попадя.
— Кто-то объяснит мне, кому старший криминалист-сан звонил и кого мы теперь ждём? — Уэки передумала идти (куда она там собиралась) и снова намотала локон на палец. — Такидзиро-кун? Ты точно знаешь. Скажи мне?
— При обнаружении номенклатур тридцать седмого списка включаются вполне определённые алгоритмы — это прямо продиктовано Законом о Национальной безопасности. Например, полиция не может и не должна обезвреживать те же специальные боеприпасы — она банально не умеет, не знает, как. Для этого существуют совсем другие структуры и люди.
— Кто?
— Думаю, в данном случае Чуо Токусю Буки Бого-тай — Центральный отряд защиты от специальных видов оружия.
Прокурор Кондо откровенно приуныл и даже перестал то и дело коситься на «помощницу».
— Насколько могу судить, уважаемый танака-кейши набрал именно их, а те в ходе беседы подключили к конференции напрямую Чуо Сокуо Рэнтай NBC Тайсё Бу-та й — NBC-подразделение Центрального оперативного полка быстрого реагирования. В последнем уверен на все сто, — компетентно завершил Такидзиро.
— На чём зиждется ваша уверенность? — неприязненно спросила Хасэгава, пытаясь изобразить хорошую мину при плохой игре.
— Чуо Сокуо Рэнтай NBC Тайсё Бу-тай дислоцируется на базе Камп Сайтама в Кумагая, фактически пригород Токио, — без тени негатива пояснил логист. — Около полусотни километров от центра города, а от нас сейчас даже ближе. Именно их могут быстро поднять вертолётом в случае ЧП в Токио или Йокогаме — это их штатная зона ответственности.
Ута удивлённо открыла рот, Решетников поторопился уточнить:
— Не «мы-Йокогама». Не здание и не корпорация. Та Йокогама, которая город и порт.
* * *За некоторое время до этого. Где-то в Гонконге.
Какое-то время снова пришлось петлять по улицам третьей категории, двигаясь параллельно осевой магистрали. Насколько понял Чень, чтобы объехать уже заготовленную полицией пробку.
Вертолёт вынырнул из ниоткуда и повис прямо над их головами:
— Мотоцикл без государственного регистрационного номерного знака! Немедленно остановиться! Повторяю, мотоцикл без государственного регистрационного номерного знака, немедленно остановиться! Водителю и пассажиру сойти с мотоцикла!
— Давит на нервы, — просипел генерал, под грузом эмоций торопясь поделиться профессиональной точкой зрения. — Главное: стрельбы можем не опасаться.
Бог его знает, в курсе ли пилот Kawasaki, что в Гонконге в частности и в Китае вообще угрожать стрельбой в густонаселённой застройке просто не принято.
— Плохо. Он нас видит. Дронов больше нет, но он сможет навести наземные экипажи и скоординировать кого-нибудь из патрулей по конечной точке. — Водитель говорил на жонггуо с ошибками, но в целом понятно. — Нам нельзя прибывать в последний пункт при полиции. Держитесь крепче.
Следующую минуту пилот выжимал из мотоцикла возможное и невозможное, хотя было заранее ясно, что оторваться на двухколёсном транспорте, даже таком, от воздушного преследования — бесплодная затея.
На каком-то этапе Чень отметил, что они уже довольно продолжительное время движутся совсем не в ту сторону, куда нужно. Зачем? Что это даст?
Параллельно японец экспрессивно общался со своими (и как он только ухитряется — на такой скорости и в таких обстоятельствах?), содержания генерал предсказуемо не понял. В их шлемах вообще сейчас звучало всё подряд: переговоры полицейских машин между собой и с пультом; переговоры вертолёта с наземными коллегами; те же японцы между собой.