Грешники (СИ)

А вместо этого отрезвела.
Попыталась приподняться, но руки не выдержали - и я плюхнулась обратно в подушки.
- Что такое случилось, соседка? - его жаркий шепот коснулся спины, покрытой испариной. Он лизнул, языком провел влажную горячую дорожку вдоль позвоночника к шее, убрал на плечо мои волосы и поцеловал косточки. - Всё хорошо, Злата. Ты послушная девочка. Я тобой доволен.
  
Он мной доволен.
Еще бы, ведь у меня сил не было на сопротивление, в мыслях до сих пор туман, а между ног ощущение его твердого члена, что упруго скользит во мне.
- Не надо...больше, - еле выдавила и сделала новую попытку привстать. - Я...я пойду.
- Я не отпускал, - его чертов голос засел в ушах, сковал, и меня пугает такая его власть надо мной.
Мужские руки одним движением, за талию, перевернули меня на кровати. Савва навис сверху, лицом к лицу.
Влажные волосы спадают ему на лоб, глаза блестят, полные губы приоткрыты - и на моих оживает память поцелуев, глубоких и жадных, таких, от которых теряют голову.
Он рассматривает меня. А я лежу и смотрю на него, я не отвожу взгляда, словно это привычно, когда меня жестко имеет полузнакомый мужчина.
Я должна в угол забиться и молить, чтобы он дал мне уйти.
Но не говорю ни слова, внутри переменилось что-то, еще днем я была простой студенткой, вытянувшей счастливый билет в новую жизнь, а сейчас я предательница, падшая женщина, и грех мой прямо передо мной, внимательно смотрит серыми глазами, и я прочитать не могу, что в них, о чем он думает.
- Хочешь, чтобы я отпустил тебя, Злата? - Савва, в отличие от меня, насквозь видит все эмоции, они написаны на моем лице. - Хочешь?
- Да, - мой ответ негромкий, хриплый.
И неискренний.
Обман, вранье, отчаянная ложь.
- Пойдешь пирог для меня готовить? - он чуть привстал на руках, чтобы рассмотреть лучше меня, лежащую под ним, - с солью.
- Да, - повторила.
И задохнулась, когда он рывком прижал к кровати мою ногу, раскрывая для себя и толкнулся членом в мокрые складки.
Вошел до упора, до самого корня, до яиц.
Запрокинула голову, выгнулась на постели. И машинально подчинилась приказу, когда он выдохнул.
- Ногами меня обхвати.
Обвила его бедра в кольцо. Он поднялся на руках, придерживая меня за талию, встал с кровати. Двинулся по комнате вместе со мной, сидящей на его члене.
С каждым его шагом легкие толчки внутри ощущала, пока он нес меня по коридору до кухни, пальцами цеплялась в его голые плечи и глаз не отводила от этого безупречно лица. В его чертах красота с наглостью и уверенностью смешана, так выглядят люди, достигшие в жизни высот, знающие, что они делают и зачем.
Так выглядят мужчины, для которых открыты любые двери и любые женщины доступны, так выглядит мой муж.
Эта мысль кольнула острой ядовитой иглой, и я изо всех сил оперлась на широкие плечи, соскользнула с напряженного члена и попыталась встать.
- Куда заторопилась, соседка? - Савва усмехнулся. Легко перехватил меня и усадил на табурет.
Отступил на шаг, оглядывая с ног до головы.
Я сижу в его кухне, голая, поставив ноги на подставку под стулом. Волосы падают на грудь, закрывая от его взгляда, я съежилась.
А он своего тела не смущается. Рослый и обнаженный, на широкой груди поблескивает золотая цепочка с массивным крестом. Небрежным движением Савва отбросил челку со лба и повернулся ко мне спиной, обходя стойку.
За окном стемнело, уже почти ночь, в неярком оранжевом свете бра его спина и крепкие ягодицы кажутся совсем смуглыми.
Идеальное тело. Истинный дьявол.
Он взял полупустую бутылку. Вернулся ко мне и разлил по стопкам текилу. Придвинул блюдце с лаймом. И сыпанул соль на вазу-член.
- Выпьем, - посмотрел мне в глаза. - Слижи соль. И пойдешь, Злата. Я тебя отпущу.
- Что?
Качнула головой.
Господи.
С этого всё и началось. Мне надо было сразу уходить, едва только начались эти странности, а теперь...что теперь?
Я сдамся, оближу эту гребаную вазу и он спокойно закроет за мной дверь, ляжет спать, а завтра вернется Света и...
- Нет, - сползла с табурета, босыми ногами коснулась пола. - Не буду. И что ты мне сделаешь? Не выпустишь? Что?
Он помолчал. Задумчиво опрокинул в себя текилу, просто так, без закуски.
И я повторила за ним, пытаясь заглушить рой мыслей, одолевающих меня.
Во рту разлилась сладость алкоголя, по горлу поползла горечь огня, разогревая тело.
- Что я сделаю? - переспросил он хрипловато. Хищно усмехнулся. И шагнул, вплотную, за талию подхватил, на секунду поднимая в воздух.
И резко опустил на пол, на колени у своих ног. Рукой обхватил у основания толстый член.
- Не хочешь вазу, Злата. Оближи меня. Выбирай.
  
Глава 14
 
Его член у меня перед глазами.
И по всему телу дрожь бежит от не стихающих ощущений, что он четверть часа назад этим членом творил со мной.
Его предложение не доходит до мозга, я просто смотрю на крепкие мужские бедра, на густую растительность в паху, на его лапу, которой он обхватил сам себя.
Какой же толщины должен быть этот детородный орган, если его пальцы почти смыкаются на нем.
- Злата, - Савва шумно выдохнул. - Если не можешь определиться, что для тебя приятнее - я помогу.
Движение другой его руки - и мои губы вплотную прижаты к бархатной горячей головке. Савва потянул меня за волосы, и я запрокинула лицо к нему, пальцами надавил мне на челюсть, и я открыла рот.
Он ворвался с размаху, протаранил меня сразу до горла, заполнил собой с таким нетерпением, словно у него отказали тормоза.
За волосы прижал мою голову к своему паху и шумно втянул носом воздух, толкнулся бедрами мне в рот, будто можно еще глубже, еще плотнее втиснуться в меня.
Звонко ударила ладонями по его ягодицам.
Он не отпустил, продолжая удерживать меня, с его членом во рту, прижатой к низу рельефного живота.
Во рту сладковатый вкус текилы, мой собственный и его терпкий, но я даже сглотнуть не могу, ничего не могу, лишь бью его ладонями и пытаюсь отстраниться.
Савва резко потянул меня назад, и член заскользил по языку, он выпрыгнул, шлепнув по моим губам, и я жадно глотнула воздух.
- Хорошо, - низко, чарующе выговорил он. И потянул меня к себе. - Еще.
Он толкнулся в рот - ураган, сметающий всё на пути, влетел до горла, и сразу назад, от моих губ до блестящей головки повисла нитка слюны.
- Еще.
Еще. Еще.
Он управляет мной, вышибает из легких воздух, заполняет собой, одним собой, он тиран, доминант, господин, он сексуальный манипулятор - он добился своего.
Я шире открываю рот и впускаю его на всю длину, я подчиняюсь, подаюсь вперед и отталкиваюсь, стоит ему потянуть.
- Хорошо, - повторил он, выскальзывая. В пальцах сдавил мой подбородок, поднимая лицо. Встретились взглядами - я таких глаз ни у кого не видела, в такие глаза смотреть нельзя, но я не отворачиваюсь, стою на коленях в его ногах. Он мазнул пальцем по моей нижней губе. - Теперь давай сама, Злата. Соси.
Это не просьба, и повторения я не дожидаюсь, губами обхватила упругую головку и накрыла ее языком.
Савва выдохнул со свистом, широкая ладонь накрыла мою макушку и замерла.
Он не управляет.
Сама вобрала член глубже, ртом по нему проехалась, губами впечаталась в поросль в паху. От волос идет слабый морской аромат, вперемешку с его, мужским запахом, я им дышу, вместо воздуха, отклонилась назад, и с размаху обратно к нему.
- Еще, Злата, - он расставил ноги шире, запустил пальцы в мои волосы, он массирует затылок, а я делаю приятно ему.
И от возбуждения схожу с ума.
- Злата, - Савва потянул за волосы у корней, заставляя выпустить член изо рта. Посмотрел в мое лицо, запрокинутое к нему и коснулся моих губ горлышком бутылки. В рот полилась текила, я жадно пью и струйки стекают по подбородку, смешиваются со слюной.
  
Он наклонился.