Грешники (СИ)

Только потом оглянулась на Савву.
У него на пальцах кровь. Вижу эти тусклые красные полосы в свете фар, наша машина продолжает светить нам, и мы стоим, и машина Кирилла стоит, словно под прожектором.
Муж почти вывалился на асфальт.
Пауза бесконечная.
Не могу молчать.
- Он жив? - посмотрела на Савву.
Сегодня тепло.
Последние дни лета, от ветра шелестят листья, над нами черное небо, усыпанное звездами и большая луна.
  
Ночь светлая.
Спокойная.
Вокруг никого, мы вдвоем между машинами.
Так тихо.
- Не знаю, - Савва обернулся. Его голос ровный и какой-то незнакомый, пустой. - Может, без сознания.
Он замолчал, я закусила губу.
Что-то делают в таких случаях. В дорожную полицию звонят и еще вызывают скорую...
На асфальте, возле машины Кирилла уже темнеет лужица крови. Темно-красные капли на осколках.
- Бл*дство, - впервые при мне Савва так громко, с чувством выругался, он заложил руки на затылок, сцепил пальцы и чуть запрокинул голову, глядя куда-то вверх.
Постоял. И двинулся к Саабу, скрылся на секунду в салоне. Выпрямился, и я в его руках увидела сотовый телефон.
- Куда ты звонишь? - приблизилась к нему.
Он не ответил.
Он смотрит на моего мужа, на его руку в белой рубашке, свесившуюся на улицу.
Он растерян.
Но больше зол, в его глазах еще гнев не потух, и сейчас я точно знаю, о чем он думает, он решает, заслуживает ли Кирилл помощи.
И решение пока не в пользу моего мужа.
Он едва держится. От желания вытащить Кирилла за шкирку на асфальт и встряхнуть.
За меня, за нашего будущего ребенка.
Все это кажется каким-то сном.
Невозможно.
Нужно что-то делать...
- Давай уедем, - свой голос будто со стороны услышала, шагнула к Савве.
Встретились взглядами.
В моей голове крутятся странные дикие мысли, но такие ясные, как никогда. Кирилл пострадал. Но мой любимый мужчина за это отвечать не должен, нет...
Он и не будет.
Ведь нас не видел никто, здесь нет никого.
Нам нужно уехать.
Быстрее.
Мы стоим и смотрим друг на друга.
Пристально, в упор.
Мы молчим.
Где-то вдалеке, за поворотом, начал нарастать шум двигателя. Чья-то машина, она приближается. Секунда, вторая, третья...
Нас застукают, сюда приедет полиция, нас будут допрашивать и узнают, что мы соседи, и я беременна. От Саввы.
- Савва, - выдохнула.
Он дернул широкими плечами, словно морок сбрасывая, посмотрел по сторонам.
Медленно шагнул мне навстречу.
Снова встретились взглядами.
Всё.
С этого момента мы стали не просто неверными супругами.
Мы сообщники.
Он поймал мою руку, легко подхватил меня и в пару шагов обогнул машину. Я нырнула в салон. Перелезла на соседнее сиденье.
Он сел за руль.
Сааб заурчал.
И когда из-за поворота вспыхнул свет фар - мы уже успели свернуть в лес.
  
Глава 60
 
Савва 
Сааб скребет дном по корням, ветки хлещут дверцы, залетают в стекло.
Обычные такие вещи.
Проехать немного вдоль трассы. Тот поворот.
- Там кто-то из соседей был, только они могли свернуть к поселку, - Злата рядом. Она дышит, как после бега, говорит быстро, возбужденным голосом, она не в себе.
Она вряд ли до конца понимает, что случилось.
- Соседи наткнутся на машину Кирилла и вызовут ему скорую, - она болтает и болтает. Лишь бы не тишина и голос свой слышать.
А я молчу потому, что ответить ей нечего, не вызовут Кириллу никакую скорую.
У него не было пульса.
Ей нельзя об этом знать, у нее же ребенок.
У нас.
Свернул между деревьев, под хруст веток медленно покатил к выезду из леса.
- В больнице Кирилл придет в себя, - ее голос дрогнул. Она громко сглотнула.
- Тише, - нащупал ее руку, сжал ледяные пальцы.
На бывшего друга плевать, если бы не авария - я бы все равно его грохнул, я знаю себя и я всегда сдержан, но есть во мне минус.
Если меня разозлить.
Она там в больнице была. Напуганная и маленькая, с кругами под глазами, избитая, беременная.
От меня.
- Злат, - повернулся и посмотрел в бледное измученное лицо. - Рюкзак с твоими вещами у меня. Нашел. А документы где?
- В больнице, наверное. Кирилл видел, что я вещи собирала. А потом. Достал. Меня же оформили там. Сотрясение мозга...
Скрипнул зубами и выехал на трассу, ведущую к городу. Дорога снова пустая, полицейская сирена пока не воет, нас будут искать не сразу.
Я успею ее сберечь.
- Если Кирилл видел, в кого врезался, - она сжимает мою ладонь, цепляется в нее, как маленькая. - Тогда к нам придут.
- Поэтому забираем сейчас твои документы и ты летишь отдыхать.
- Что?
Большим пальцем глажу ее запястье и смотрю вперед, вокруг темные стены леса, над нами темное небо, хочется помолчать, момент этот, пока мы вместе, продлить.
Ведь мы скоро расстанемся.
И не увидимся очень долго.
- Савва, - позвала она, крепче сжав мою руку. - Куда мы летим?
- Ты летишь. Куда билет будет, - бросил отрывисто.
Это гребаное напряжение - оно в салоне зависло, я чую волны паники от дрожащего тела рядом.
- А ты? - она сглотнула.
А я бегать ни от кого не собираюсь, что сделал - то сделал.
Но ее на растерзание не отдам, пусть они нахрен идут.
- Тебе не только о себе позаботиться нужно, Злата, - мягко ответил. Крутанул руль одной рукой, свернул под светящейся вывеской в город. В висках долбится эта странная фраза про угрозу выкидыша, и мне тоже странно - нет пока у нас никакого ребенка, я, вообще, плохо представляю, что это такое. Но потерять это уже боюсь. - С тебя уже хватит, без допросов, - усмехнулся.
Покосился - она смотрит огромными расширенными глазами.
Куда ей одной.
Ее мать живет за границей - пусть она будет с ней. Хочет Злата или нет - сама не справится сейчас.
- То есть я уеду, а ты останешься? - медленно дошло до нее. Зеленые глаза блеснули в свете фонарей. Она отбросила мою руку и отвернулась к окну. - Нет.
- Так надо.
- Нет, я сказала! - она повысила голос, я замолчал.
Машина несется по блестящему проспекту, на тротуарах кучкуются компании, через две недели наступит осень.
И какая-то другая жизнь.
Заехал в ворота и дальше, к зданию больницы и освещенным окнам, затормозил у крыльца и взялся за ручку двери.
- Не смей, - Злата перехватила мою руку, дернула к себе с неожиданной силой, я повернулся. Она подалась ко мне. - Просто вернемся домой, и все. Я туда. А ты к Свете. Скажем, что нас на той дороге не было. И машину твою сожжем.
- Перестань, - поморщился.
- Сам перестань! - выкрикнула она. Она вот-вот разрыдается, глаза полны слез. - Я без тебя никуда не поеду. Ты почему за всех решаешь? Как я без тебя? Я не знаю, - она дернулась, когда я потянулся к мокрой дорожке на ее щеке, - это мы во всем виноваты, да? Это наказание такое? Миллионы неверных супругов по всему миру, живут себе, а с нами вот так? Почему мы? Почему платить надо вот так?
Да потому что.
Наказание свыше - миф. Это тупо звезды сошлись.
- Иди сюда, - смотреть тяжело, на ее страх, и как она убивается, она всхлипывает так, словно дышать не может, и плачет, плачет...
Потянул ее к себе на колени. Стиснул узкую спину, носом зарылся в спутанные волосы.
Какая-то насмешка, правда. Жить без любви, и поверить в нее тогда лишь, когда уже руки в крови, а моя женщина на все готова, только не расставаться.
Наше чувство не светлое.
Но оттого слабее не становится.
- Если надо быть плохими людьми, чтобы оставаться вместе, - она шепчет мне в шею, от ее слез мокрую, - то пусть так. Я пойду и сама...любого...кто они все такие. Мне без тебя ничего не надо, ничего.
  
Ее жаркий шепот оборвала музыка сотового. Телефон на панели подпрыгнул и от вибрации неторопливо зажужжал в сторону.