Грешники (СИ)
Врач еще что-то говорит, но я уже не слышу, с напряжением слежу за мужем.
Он подсчитал, наконец.
И поднял на меня тяжелый взгляд.
Ощутила себя беззащитной и маленькой, пугливо перевела глаза на врача.
- Разумеется, никакого алкоголя, - а это он сказал не мне, кажется, он повернулся к Кириллу, от которого до сих пор несет выпивкой.
В горле комок встал, во рту скопилась слюна, меня тошнит, я отодвинулась в постели и повыше закрылась одеялом.
- Советую на ночь остаться у нас, понаблюдаться, - мужчина нацепил очки обратно на нос и забрал у Кирилла свои бумажки. - А утром приезжайте за женой.
Кирилл, не отрывая от меня взгляда, кивнул.
Врач посмотрел на часы, засобирался уходить...
- Нет, не оставляйте меня с ним, - не выдержала и резко села на постели.
- Злата.
- Нет, я с ним не останусь, - спустила ноги на пол, меня будто на качелях качает, перед глазами все кружится, я пытаюсь встать.
- Успокойтесь, - доктор шустро вернулся. Его теплые руки коснулись моих плеч, одно легкое нажатие - и я сама рухнула обратно в подушки. - Нервничать не надо.
- Я должна уехать.
- Вам надо лежать.
- Ну, сами видите, жена не в себе, - Кирилл сказал это так спокойно, так ровно, он в ярости просто, но гнев подавил, и его выдают лишь глаза - покрасневшие, блестящие. - Только пришла в себя и уже скандалит. Злата, у тебя сотрясение мозга, нельзя вставать, - медленно, как для слабоумной, повторил он. Повернулся к врачу. - Ни о каком ребенке, конечно, не может быть и речи. Ей вылечиться надо сначала, перестать пить...пусть потом рожает, в другой раз. Будем прерывать беременность. Сейчас это можно сделать?
- Что? Нет! - села в постели, готовая бежать отсюда, изо всех сил, что у меня остались, защищать что-то внутри меня, до конца не сознавая, пальцы затряслись крупной дрожью.
Кирилл тут же взял меня за руку и сжал.
- Разумеется, сейчас никто вам беременность не прервет, - врач озадаченно хмыкнул. Сунул бумажки в карман халата. - Уже ночь и такие решения...
Открылась дверь, в палату сунулась белокурая голова медсестры.
- Евгений Александрович, вас там зовут.
- Иду. Советую подумать, - сухо бросил он нам и двинулся к выходу, я открыла было рот.
- Пальцы сломаю, Злата, - шепнул Кирилл и сильнее сжал мою кисть.
Закрылась дверь, мы остались вдвоем.
Кирилл отшвырнул мою руку, и я, ойкнув, прижала ладонь к груди.
- Значит, я был прав, - процедил муж. И начал расхаживать по палате, вокруг моей постели, словно к прыжку примеряясь, сверля меня глазами, сводя с ума. - Трахалась все таки с этим Барсовым. Да...Пизд*ц ему. Клуб его нах*й разворочу. Его самого в землю закатаю. Да...- он засмеялся, негромко и хрипло. - Я за тебя волнуюсь, в больницу тебя, мразь, привез...Слушай меня, Злата, - Кирилл остановился и оперся руками на белую металлическую ручку кровати. - Завтра сделаешь аборт. Из дома больше не выйдешь. Попробуй еще только...- он ругнулся, длинно и грязно, и оттолкнулся от кровати. Отошел. Уже у дверей обернулся, посмотрел в темный квадрат окна. - На ночь здесь остаешься. И если спать не будешь - помолись за отца. Ему пригодится.
Муж вышел и хлопнул дверью.
Глава 57
Накинула цветастый халат, который повесили здесь же, на спинку стула. Медленно вышла в коридор.
Голова кружится, но терпимо, хуже всего мысли - они атакуют меня уже минут двадцать.
За это время Кирилл точно ушел из больницы.
Куда он поехал. Не пустят ведь его ночью в клинику к отцу?
Или ему достаточно звонок сделать, чтобы уже перед завтраком папу нашли на его кровати - не знаю, меня трясет так, словно я с электрического стула слезла.
Подошла к посту медсестры и огляделась - пусто.
В коридоре горит яркий слепящий свет, слева большое темное помещение - там мерцает экран телевизора. На диване пристроились пара пациентов.
Больница, наверняка, частная, палата у меня одноместная, строгого режима нет...
- Чем-то помочь? - прозвучал громкий вопрос за спиной, и я вздрогнула. Оглянулась на медсестру в зеленой форменной пижамке - она обошла стойку и замерла на посту. - Ночами по коридорам у нас не гуляют. Это не запрещено, но...
- Можно телефон позвонить? - перебила и похлопала себя по карманам халата. - Муж уехал и забыл оставить сотовый. А ключи от дома лежат у соседей, надо ему сказать. А то домой не попадет.
Она без разговоров протянула мне свой смартфон.
Схватила трубку и отошла к стене. От резких движений опять голова закружилась, но номер я вбила так быстро, словно он у меня на подкорке записан.
Прижала сотовый к уху и начала с замиранием считать гудки.
- Да, - голос, глуховатый и резкий, прозвучал уже после второго гудка.
- Это я, - горячо шепнула, чуть не задохнувшись от радости, я слышу его и не могу справиться с чувствами.
- Злата, - он узнал, конечно узнал меня, сказал мое имя, и на фоне раздался оглушительный гудок клаксона, он где-то в дороге, обо мне думал, не лег спать. - Цела?
- Да, я цела и пока в больнице, - протараторила, покосившись на медсестру. - Забери меня отсюда. Кирилл сказал про отца, что он...
- Говори адрес.
Метнулась в зал отдыха, к двум пациентам, развалившимся на диванах. Уточнила адрес и продиктовала его Савве.
- Приезжай прямо сейчас, пожалуйста, - шепнула в трубку. - Приедешь?
- Я подумаю, - прилетел ответ.
- Что?
- Еду, Злата, - Савва сбросил вызов.
Против воли улыбнулась.
Он едет.
Потому, что я все правильно почувствовала, это сразу было больше, чем секс, и доказательство тому есть - оно внутри меня.
Я ему скажу про ребенка.
Сразу, как только он приедет, и это не должно его испугать, он не откажется от меня, не отправит на аборт...
Передернула плечами.
И шагнула навстречу медсестре - та двинулась ко мне за телефоном.
Вернула ей сотовый и примостилась на уголке дивана, невидящим взглядом уставилась в экран телевизора и так и просидела, мысленно поторапливая время, пугливо оглядываясь на каждый шорох.
Мое счастье, пока еще такое хрупкое, оно в любой момент может рухнуть, от неосторожного движения или слова, даже от звука - так кажется, пусть, пожалуйста, все будет хорошо.
- Злата Коган в какой палате, - раздался, наконец, в коридоре его голос и я, наплевав на тошноту и головокружение, соскочила с дивана, понеслась по скользскому полу к нему.
С разбегу влетела в теплую твердую грудь, обтянутую серой футболкой и вцепилась в широкие плечи, носом втянула такой знакомый морской аромат смешанный с дымом ментоловых сигарет и шумно задышала.
- Тихо, тихо, Злата, - сильные руки обняли меня, от всего закрыли, он прижал к себе, негромко спросил. - Вещи где?
- Мужчина, вас кто сюда пустил? - привлекла внимание медсестра. Она приблизилась к нам, и мне пришлось чуть-чуть отодвинуться. Медсестра сдвинула густые брови, глядя на наши объятия, наверняка, запомнила, что мой муж - крепкий блондин в деловом костюме. - Вы кто? Брат? - неуверенно подкинула она приличную отговорку.
Савва ей не воспользвался.
- Нет, я любовник, - сказал он ровным голосом, и я залилась румянцем. Его рука лежит на моей талии, уверенно и тесно. - Вещи где можно забрать?
- Мне не надо, я так, - торопливо заверила, отстраняясь и стаскивая халат под которым у меня остались футболка и шорты. - Просто уйдем и...
- Это он сделал?
Осеклась, когда взгляд Саввы впервые за нашу встречу метнулся к моему заклеенному пластырем виску. Его глаза из серых вмиг стали черными, в них стальной блеск появился, в расширенных зрачках увидела свое отражение - растрепанная и напуганная девчонка, бледная, как смерть.
Медсестра что-то говорит.
Я не слышу и сама ничего выдавить из себя не могу, он осматривает меня, с ног до головы, медленно, он ищет словно, еще синяки и ссадины, и без слов понимает то, о чем я молчала.