Грешники (СИ)

Дернулась навстречу, когда его горячий язык коснулся моей нижней губы.
Мало, еще.
Зубами Савва потянул ленту вниз, и она сильнее врезалась в уголки рта. Двинула подбородком, все еще не веря, но помогая ему, освободить меня.
Атласный край скользнул по шее. Шумно втянула ртом воздух. Выгнулась от резкого толчка члена внутри и замерла в нетерпении, когда Савва потянул ленту на моих запястьях.
  
Руки затекли и мышцы ноют, лишь теперь почувствовала это, развела руки чуть в стороны и сжала пальцы в кулаки, выпутываясь из атласной петли.
Вырвалась, спаслась.
И тут же содрала с лица повязку.
Напротив его глаза. Блестящие и черные совсем, я как в болото встряла, темной ночью, одна, и не выбраться мне.
Я пропала.
Не соображая уже, замахнулась и отвесила звонкую пощечину по небритой щеке. Ладонь обожгло, в его взгляде огоньки вспыхнули, руки смяли мои бедра...
Нельзя меня наказывать, нельзя привязывать снова, я изнемогаю, от нехватки его, смотрю ему в глаза.
Он едва заметно улыбается на мою выходку. Так порочно, тягуче внизу живота растекается лава.
Подалась вперед и прижалась к приоткрытым губам. Его язык врезался в мой, скользнувший ему в рот, грубо вытолкал. Савва навалился ближе и запустил пальцы в мои волосы, сжал у корней и ладонью удержал за затылок.
Сдалась напору и голодному поцелую, руками забралась под его футболку и обвила горячий влажный торс. Савва рывком оторвал меня от железных прутьев.
Рухнули на пол, спиной проехалась по смятым брошенным джинсам и от глубокого толчка члена внутри изогнулась мостом, ногами стиснула крепкие бедра.
И застонала, когда он начал варварски, на убийственной скорости выбивать из меня дух.
Дьявол, дьявол, дьявол!
Его тело - заведенная машина, неутомимо, без передышки, он вколачивает меня в пол, я кричу. Вдавливаю пальцы в его напряженные ягодицы и чувствую - горячий член внутри словно еще больше становится.
Он вот-вот кончит.
Со мной.
Эта мысль сладкой судорогой растеклась по телу, скрутила низ живота, меня саму подтолкнула к краю. Зажмурилась, задрожала и затряслась под ним, и сквозь вату, заложившую уши, услышала его сбивчивый, хриплый голос.
- Черт, Злата. Маленькая, выпусти меня.
Я это не контролирую, под ним бьюсь и сжимаю его в себе, атаки оргазма принимаю одну за другой и ногтями впиваюсь в его ягодицы.
- Бл*ть, - его пальцы сомкнулись на моей шее, на миг он перестал двигаться. Усилием распахнула ресницы и встретила его сумасшедший взгляд.
Всего доля секунды, я понять не успела. А он не сдержался, с рычанием вдавил меня в пол и продолжил, с таким зверством, что я заорала, он словно растерзать меня захотел, согнул мою ногу и прижал к груди.
Глубоко в меня размашисто толкнулся. И выдохнул:
- Пизд*ц.
Да...
Он кончает в меня и на себя натягивает, словно еще глубже можно, еще плотнее, во мне пульсирует и треплет мои губы, мы бесконечно задыхаемся.
- Бл*ть, - ругнулся он спустя вечность.
Помолчал. Плавно, нехотя выскользнул.
И будто часть меня с собой забрал, ощутила, как по бедрам стекает горячее семя и без сил раскинула руки.
Я без помощи теперь не встану.
Из-под полуопущенных ресниц проследила, как Савва неторопливо поднялся. Натянул обратно белые боксеры и приспущенные брюки, щелкнул ремнем.
Взъерошил влажные волосы. Сверху вниз, сощурившись, посмотрел на меня.
И этот нечитаемый, тяжелый взгляд придал мне сил.
Валяюсь тут на полу, голая, оттраханная, как...
Горящие щеки запекло еще сильнее, и я отвернулась, перекатилась на бок. Нашарила трусики и обернула джинсы вокруг бедер.
- Я скоро, - босиком юркнула из клетки в зал.
Ох.
В туалете глянула на себя, лохматую, в зеркало.
Выгляжу просто ужасно, ни разу в жизни меня так не мочалили. И еще никогда глаза не горели так. Я словно пьяная.
А он до сих пор рядом, здесь, за стеной. Я еще увижу его.
Торопливо сполоснулась холодной водой.
Он убавил музыку.
Но самого его в зале нет, озираясь по сторонам, по пустому клубу дошла до нашего столика и прямо из бутылки сделала несколько больших глотков текилы.
Даже горло не обожгло.
Присела и вытянула под столом дрожащие ноги. Пальцами провела по голому животу.
Мою футболку он порвал и теперь я жду от него одежду, может быть, это снова будет рубашка, и я спрячу ее к той, первой, которую храню на дне сумки, как драгоценность.
Встрепенулась на шаги за спиной.
- Держи, - на плечи легла мягкая ткань, пахнущая им, за рукав потянула к себе и увидела, что это его футболка.
Савва обошел стул, и я невольно засмотрелась на его голую грудь, покрытую светлыми волосами, на рельефный пресс и косые мышцы плоского живота.
Совершенство.
- Ты так будешь ходить?
- Я тебя смущаю?
Да.
И очень. Стыдно, но я глаз от него оторвать не могу.
Спешно натянула его футболку. И снова скользнула взглядом по мужскому телу.
- Еще хочешь, Злата? - спросил он бархатисто, негромко. Помолчал. И добавил. - Я тоже.
Он поставил передо мной белый чемоданчик-аптечку.
- Зачем?
- Руки, соседка, - Савва щелкнул замочком.
Кожа на запястьях покраснела, кое-где содрана до крови. Тупо уставилась на царапины и послушно положила руки на стол, едва Савва потянул меня за локоть.
В его пальцах пузырек и ватка, и я затаила дыхание, когда он наклонился и начал обрабатывать ссадины. Сосредоточенно, осторожно, как ребенку, который может заплакать.
Щиплет.
Я шиплю.
Он тихонько дует на свежие болячки.
Смотрю на его профиль.
И от вопросов к нему разрываюсь.
Делает ли он со своими девочками-танцовщицами то, что делал со мной. А с женой. Приносит ли потом аптечку.
Если он так же, с каждой...орудует ваткой, большим пальцем ласково, успокаивая, поглаживает кожу.
- Надо будет принять таблетку, - нарушил тишину Савва и выпрямился. Закрутил пузырек.
- Какую?
- Мы не предохранялись, Злата, - его голос ровный, взгляд прямой и спокойный, а я понимаю, про что он говорит и полыхаю от неловкости.
Он кончил в меня.
И сейчас такой непробиваемый.
В сантиметрах стоит полуголый.
Поцеловать его хочу, впиться в эти полные мягкие губы. И не могу, он смотрит на меня серьезно, ответа ждет.
- Приму таблетку, - хмуро пообещала и оттолкнула от себя аптечку. Во рту сухо, потянулась к бутылке с текилой.
Но Савва вдруг перехватил ее и отодвинул подальше.
Подняла удивленный взгляд.
Он уже открыл рот, собираясь свое действие пояснить. Но не успел - сначала в холле прозвенел звонок. Потом ожил сотовый в кармане его брюк.
А после кто-то затарабанил по железной входной двери.
  
Глава 41
 
Савва 
На экране высвечивается номер жены, я жую губу.
Злата потянулась и заглянула через мою руку.
- Понятно, - выдохнула.
Сотовый звонит, и в дверь звонят непрерывно, долбятся. Я прятаться не привык и оправдываться тоже, можно сделать что-то неправильное, но оно не значит, что ты при этом неправ.
Сбросил звонок и двинулся по залу.
- Куда ты? - Злата нагнала меня, ухватила за руку. - Ты открыть ей хочешь? Что ты...- в ее голосе испуг, она выпустила мою ладонь, отстала.
Дерьмо.
Никогда не думал, что размеренная жизнь, в которой всё от и до просчитано, вот так, за неделю, может с ног на голову встать.
- Я слышу, - глухо отозвался через дверь и потянул железный засов. Глянул на экран видеофона и остановился.
На крыльце топчется слишком много народу - жена притащила с собой группу поддержки.
Завис. Оглянулся.
Златы не видно.
- Раз слышишь - давай, открывай, малой! - гоготнул по ту сторону старший брат и, широко скалясь, почти ткнулся лицом в камеру.
  
Секунды идут, я медлю, к такому готов не был, а времени на подумать нет.