Вопреки моей ненависти

А её нет.
– И где я должна мыться?
Выхожу из комнаты и смотрю на закрытую дверь напротив. Наверняка он там уже празднует свою победу, попивая дорогой коньяк и наслаждаясь своей властью.
– Ненавижу, – шепчу одними губами, чувствуя, как к горлу подступает ком обиды на весь мир.
Осматриваю коридор в поисках других дверей. Замечаю ещё три. Тянусь к ручке двери рядом с моей и открываю. Автоматически зажигается свет, и я выдыхаю с облегчением, увидев душевую кабину.
  
– Вот, нельзя было сделать эту дверь из моей комнаты, – ворчу я, зайдя внутрь и проворачивая замок в двери.
Быстро принимаю душ, переодеваюсь в пижаму и тянусь к стаканчику на раковине, но моя рука повисает в воздухе, не обнаружив там зубную щетку и пасту.
– Ну просто супер, – осматриваюсь по сторонам. – Мне ещё зубную щётку с пастой нужно было тащить с собой? Он что, совсем об этом не подумал?
Я рывком открываю дверь и выбегаю в коридор, врезаясь носом во что-то твёрдое, и в тот же миг мои плечи накрывают горячие ладони. По телу проходит дрожь. Только собираюсь передёрнуть плечами, чтобы сбросить неприятное прикосновение, как руки тут же исчезают.
– В ванной комнате нет зубной щётки и пасты, – вскидываю подбородок и смотрю на хмурое лицо Хасанова. Его взгляд пронизывает насквозь, холодный, как ледяная глыба.
– Завтра закажи всё необходимое, – бросает он, словно делает мне великое одолжение.
– А сегодня как я должна чистить зубы?
– Придумай что-нибудь, – бросает он через плечо и направляется к лестнице. А я так и стою, сжав зубы, провожая его широкую спину взглядом, полным ненависти.
Как только он исчезает из поля моего зрения, проверяю две другие двери. Открыв одну, попадаю в ещё одну небольшую спальню, в которой тоже нет ванной комнаты.
Хватаюсь за ручку последней комнаты, но она не поддаётся. Закрыто.
– Ну, сам напросился, – прислушиваюсь к звукам снизу.
Тихо.
И пулей влетаю в хозяйскую комнату.
– Ого, – невольно вырывается у меня.
Комната большая и просторная. Справа – выход на стеклянную веранду, откуда открывается вид на сосновый лес. Слева стоит огромная кровать, застеленная черным шёлковым бельём. По обеим сторонам от кровати расположены ещё две двери. Вбегаю в первую и попадаю в гардеробную с идеально развешанной одеждой.
Выхожу и спешу ко второй, оказываясь в огромной ванной комнате с душем и отдельно стоящей ванной.
На раковине замечаю тюбик пасты. Хватаю его и решаю быстренько заглянуть в шкафчики. У него наверняка есть новая зубная щётка.
– Точно! – ликую я, сжимая в руке свою находку.
Довольная собой, устремляюсь к выходу, чувствую себя победительницей, но внезапный хлопок двери заставляет меня остановиться и замереть на месте.
Он вернулся.
 
Глава 11_Аврора
 
Ну не прятаться же мне? Он сам сказал: придумай что-нибудь. И я придумала, но в данный момент это единственное, что пришло в голову. Не ложиться же мне спать с нечищеными зубами?
Главное – не показывать страх, не дать ему почувствовать мою слабость.
Словно собираюсь выйти на подиум, я выпрямляю осанку и походкой от бедра выхожу из ванной комнаты. Плечи расправлены, подбородок слегка приподнят.
Хасанов стоит у кровати, склонившись над экраном своего телефона. Услышав мои приближающиеся шаги, его тело напрягается, и он резко вскидывает взгляд. В его темных глазах мелькает искорка удивления, быстро сменяющаяся привычной маской безразличия. Но я успела заметить – он не ожидал такого от меня.
– Нашла, – мило улыбаясь, говорю я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более непринуждённо. Поднимаю руку и демонстрирую ему зубную щётку и тюбик пасты.
1:1, мудак. Мысленно торжествую я, проходя мимо него. Кажется, он немного опешил от моей наглости. Завтра ты побегаешь в поисках зубной пасты, мой дорогой супруг, так как я не нашла другой и забрала твою. Пусть почувствует хоть малую долю того дискомфорта, который испытываю я в его доме. Какая мелочная месть, но сейчас мне и это кажется триумфом.
Внезапно он хватает меня за локоть и с силой дёргает на себя. Я не успеваю среагировать и ударяюсь плечом о его грудь. Резкая боль пронзает тело, но я не издаю ни звука. Сглатываю обиду, задираю подбородок ещё выше и смотрю на дверь, игнорируя его испепеляющий взгляд.
– Чтобы в мою комнату больше никогда не заходила, – ледяным голосом произносит он и отпускает мою руку, чуть отталкивая от себя.
Я чувствую, как кровь приливает к щекам от унижения. Ненавижу его за это. За то, что прикоснулся ко мне, за то, что он вообще существует. Стискиваю в руке щетку так, что костяшки пальцев белеют.
– В таком случае, будь добр обеспечить меня всем необходимым, муж, – невероятно ровным голосом выговариваю я. Внутри все кипит от гнева, но внешне я стараюсь сохранять спокойствие.
– Это твоя обязанность, жена, – последнее слово он произносит сквозь зубы, с какой-то долей неприкрытой ненависти.
– Что? – фыркаю я, поворачивая голову и впиваясь в него взглядом. – Может, мне ещё начать деньги зарабатывать, чтобы себя обеспечить? И прислуживать тебе заодно, как это делают твои любовницы?
Ответить на мою дерзость он не успевает. В его руке начинает звонить телефон, и на экране высвечивается имя Зара. Его лицо мгновенно меняется, становится более мягким.
– Иди к себе, – твёрдо произносит он, кивая на дверь.
– Не смей мне приказывать, – шиплю ему в лицо, приближаясь вплотную. – Я тебе не прислуга и не твои однодневные подстилки.
Он молча хватает меня за локоть и выталкивает за дверь, захлопывая её перед моим носом.
– Невоспитанный дикарь, – кричу в закрытую дверь.
Стремительно захожу в ванную комнату и с ненавистью смотрю на свое отражение в зеркале. Как он смеет так со мной обращаться? Словно я пустое место. Это ведь не я, в конце концов, настаивала на этом браке и жить с ним в одном доме.
Умываюсь холодной водой. Яростно чищу зубы и возвращаюсь к себе в комнату.
Замечаю на экране телефона два пропущенных вызова от Ксюши. Не хочу сейчас ни с кем разговаривать. Просто хочу, чтобы меня оставили в покое. Скидываю вещи с кровати в чемодан и залезаю под одеяло.
Слёзы подступают к глазам, обжигая веки, но я сдерживаю их, не позволяя себе раскисать. Я не слабая, я справлюсь.
Утром просыпаюсь с ужасной головной болью. Нехотя поднимаюсь с кровати и накидываю на себя шёлковый халат.
Спускаюсь на первый этаж, улавливаю аромат свежезаваренного кофе и еды. Нужно позавтракать и привести себя в порядок, а после можно будет встретиться с подругой и немного развеяться.
Обхожу просторную гостиную в поисках двери на кухню. Наконец в отдалении замечаю арку и направляюсь к ней.
Прохожу в большую, светлую кухню. Хозяин дома сидит за столом и завтракает. Возле него стоит тарелка с яичницей и помидорами, тарелка с овощами, оливками и чашка с кофе. Идиллическая картина, если бы не его угрюмое лицо.
Не заметив на столе ещё одного прибора, иду к плите и поднимаю крышку одной из сковородок, чтобы выбрать себе завтрак.
– Ты забыл сказать повару, что теперь живёшь не один? – смотрю в пустую сковородку.
– Повару? – слышу удивленный вопрос за спиной.
– Или домработнице, – возвращаю крышку на место и поворачиваюсь к Хасанову. – Кому-нибудь, кто отвечает за еду в этом доме.
– Я сам себе приготовил завтрак, – невозмутимо отвечает он, продолжая, есть.
– Сам? – хмыкаю я, скептически вскидывая бровь. – Неужели никто не смог выдержать твой отвратительный характер и все сбежали от тебя?
Он откладывает вилку и смотрит на меня с вызовом. Его глаза темнеют, выдавая скрытую усмешку. Ему словно это доставляет удовольствие.
  
– Скорее наоборот. Я их отпустил, чтобы они не разбежались из-за взбалмошной девчонки.
– Что? – усмехаюсь. – Это я взбалмошная?
– Да, именно ты, – спокойно отвечает Хасанов, отпивая кофе. – Мне хватило концерта в офисе твоего отца, чтобы сделать правильные выводы.