Иголки да булавки (СИ)

— Неужели? — с горечью усмехнулась Марина. — Ты был так убедителен, когда за мной увивался, что это совсем не походило на дебют. Значит, это Сорский свел тебя с Платоном нашим Андреевичем?
— Да, сказал, что он заказчик, у него определенные условия, что я с такой работой справлюсь. А Платон… Андреевич еще и на перспективную постоянную работу устроить пообещал.
«Какая же гнида Сорский! — с отвращением думала Марина. — Наверное, еще и рассказал, как легче меня подцепить, что именно мне нравится… Сволочь! Хотя не только он! Оба! Нет, трое!»
  
— Я и тебя с Сорским в «Тополиной роще» видел несколько раз, — продолжал Денис. — Ты-то меня, наверное, не помнишь. Разумеется, я же обычный официант. А ты еще тогда показалась мне очень привлекательной, но пока с тобой рядом находился Сорский, шансов не было ни у кого и никаких. И в тот раз, когда мы познакомились, способ Платон придумал, мне бы подобное и в голову не пришло. Да и не решился бы я, ты тогда такой строгой и деловой выглядела. Так что я не врал, когда говорил, что ты мне нравишься.
— Если я тебе нравлюсь, — в голосе Марины сквозила горечь, хотя она и старалась выглядеть равнодушной, — и ты не хотел ничего плохого, почему не признался раньше, что тебя подло наняли за деньги за мной увиваться?
— Договоренность соблюдал. И я ведь не делал ничего плохого. Мы же с тобой приятно проводили время, общались, а после той ночи у реки я ничего подобного себе больше не позволял. Трудно было, но я же выдержал. И таблеток перед ночью в палатке наглотался специально, чтобы не сорваться, и прочее… А в первую ночь я просто не ожидал, что ты такая…
Марина бросила на Дениса гневный взгляд, ожидая слишком откровенного приговора своему поступку.
— Такая страстная, — медленно закончил Денис, пытаясь разгадать смысл ее огненного взора.
Марина опять отвернулась к альбому с образцами.
— Все равно это подло, — заявила она. — Я ведь тебе доверяла, считала, что ты искренне ко мне относишься, а ты… Получается, помогал ты мне тоже за деньги?
— Нет, помогал я по-дружески и Платону об этом не рассказывал. Только про ночь в твоей чудо-палатке.
— Так он знал, поэтому ничему не удивлялся, — мрачно проговорила Марина.
— Очень надеюсь, что когда ты остынешь, поймешь, что человек я, в общем-то, неплохой, и мы можем продолжать нормально общаться. Обещаю, больше никаких амурных поползновений в твою сторону. У меня теперь есть девушка.
Горечь, боль, обида и злость жгли изнутри, но Марина стала понимать, что их стоит адресовать организаторам, а не исполнителю. Вины с Дениса, конечно, никто не снимал, но злость на него постепенно утихала, направляясь на других участников затеи. Марина молчала и раздраженно листала совершенно неинтересный сейчас альбом, но ведь ей было необходимо как можно быстрее собраться с мыслями, подавить чувства и вернуться в работу. До конца обеденного перерыва осталось совсем немного.
Денис тоже молчал, опасаясь сказать лишнего в такой сложной ситуации.
Ему позвонили на мобильный телефон.
— Да, привет, — бросил он неизвестном собеседнику. — Времени же до конца обеда совсем мало? Ладно, ладно. Ты где? Прямо около нас? — он встал и подошел к окну. — Да, вижу. А я в вашем конструкторском, видишь? — он помахал кому-то. — Да, у Марины техника немного барахлит, подправлять пришлось. Уже закончил, могу идти. Хорошо. Марина, — он повернулся к ней, — тебе привет от Ангелины.
— Ей тоже, — бесцветно ответила Марина.
«Значит, все-таки наша Ангелина, — мрачно подумала Марина. — Увели мальчика, — мысленно усмехнулась она, вспомнив предостережения подруги. — Только мальчик оказался еще тот…»
— Она все переживает, как у вас дела тут идут, — Денис закончил вызов и сунул телефон в карман, — расспрашивает меня постоянно. Сначала очень расстраивалась, что ее уволили, а я убеждал, что наоборот хорошо. У нас же здесь отношения между сотрудниками не поощряются, она, как и ты, мне этим в нос тыкала. Нельзя, ничего нельзя. Теперь она от этого свободна, и все можно. Она замечательная, — с чувством заявил Денис.
— Да, она хорошая девушка, — все так же сухо произнесла Марина.
— Простая, веселая, романтичная, наивная даже, — воодушевленно, как настоящий влюбленный, продолжал Денис.
У Марины в душе неприятно кольнуло.
— То есть, совсем не такая, как я? — вырвалось у Марины с неприязнью.
— Ты другая, — спохватился Денис. — Строгая леди-босс. С тобой я постоянно, как на уроке у доски или на экзамене. Боюсь оплошать, сказать что-то неправильно, не так сделать. А с ней просто, без всяких заморочек, — и тут Денис поймал на себе хмурый взгляд Марины. — Я пойду, — засуетился он, — не буду тебе надоедать. Но ты ведь не ела. Мы сейчас с Ангелиной в кафе зайдем пообедать, тебе чего-нибудь принести? Пирожки? Пирожные?
— Нет, аппетита нет, да и работа срочная ждет.
— Извини, — со вздохом раскаяния произнес Денис, — но ты знай, если понадобится помощь, всегда можешь обратиться ко мне.
Марина не нашла в себе силы кивнуть даже из вежливости, она пересела к своему компьютеру и сделала вид, что теперь полностью поглощена работой. Денис задержался всего на несколько секунд, еще раз вздохнул и поспешил к своей девушке.
Постепенно в отдел вернулись с обеда сотрудницы и работа закипела.
Позвонил Платон:
— Как у вас продвигается?
Хотелось ответить на это какую-нибудь колкость, но Марина решила не опускаться до мелких шпилек и лишь сухо произнесла:
— Продвигается.
— До конца дня успеете?
— Должны успеть.
— Зайдете ко мне, как только будет готово.
— Недостаточно будет, если пришлю вам на электронную почту все материалы? Там пояснения не требуются.
— Зайдете ко мне с документами, — повторил Платон.
— Уже самодурствует, — недовольно проговорила Марина, положив трубку, видеть нового руководителя ей стало еще неприятнее, чем Дениса. Громко она произнесла: — Платон Андреевич желает получить полные раскладки по моделям уже к вечеру. Придется ускориться и сосредоточиться именно на этой задаче.
Однако как ни спешил конструкторский отдел, до конца дня полностью разработать три варианта модели они не успели. Опыт и знания позволили бы им где-то в чем-то схитрить, чтобы получить менее качественные модификации быстрее, но никто не позволял себе халтурить.
За полчаса до конца рабочего дня Платон начал нетерпеливо названивать.
— Я же вас жду, почему вы не идете?
— Мы еще не закончили, — подчеркнуто холодно ответила Марина.
— Дело только в этом?
— Разумеется. Я даже думаю, что за сегодня мы и не успеем. Одна новая модель и упрощенный вариант старой почти готовы, но над вторым новым вариантом работы еще много. Насколько важно сдать вам их сейчас? Вы сегодня собираетесь их отправлять? До завтра, до полного завершения не подождет?
— Даю вам еще пятнадцать минут, и подходите с тем, что есть. Сам оценю, что и насколько готово, подойдет или не пойдет для показа.
В назначенное время никто не пришел, и Платон снова позвонил в конструкторский отдел.
— Что это значит? — ледяным голосом поинтересовался он. — Почему вас нет?
— Только сейчас закончили, — заявила Марина. — Сейчас принесу.
Своему коллективу Марина посоветовала уходить как можно быстрее.
— Рабочий день закончился, а Платон наш Андреевич этого не замечает или не считает уважительным поводом для прекращения работы, — сказала Марина. — Лучше вам вовремя разойтись по домам, пока ему не вздумалось настаивать на неофициальной внеурочке.
Сама глава конструкторского отдела отправилась к новому руководителю с явно сырыми разработками, раздраженно цокая каблуками.
  
«Ему власть точно не идет на пользу, — при этом думала она. — То ли еще будет».
— Рабочий день же закончился? — недовольно встретила ее появление в приемной секретарь.
Она уже надела куртку и собиралась уходить.
— У кого как, — мимоходом обронила Марина и направилась прямо к директорскому кабинету.