Скверна. Шаг первый
– Давай без этого, – мне его идея казалась по меньшей мере неуместной.
– Ну пожалуйста! Такой шанс выпадает всего один раз в жизни! – молил он.
Такая чепуха не для меня. Не могу сказать, что я был каким-то интернет-аскетом, которого нельзя отследить в сети. Просто мне никогда не хотелось тратить время на соцсети.
Конечно, я использовал «Постер» – приложение для обмена фотографиями и видеозаписями с элементами социальной сети, популярное в основном среди более общительных, чем я, людей. Но использовал я его в основном для покупок. Ну, или для слежки за настоящим профилем моей суженой, чего греха таить.
Иногда я выкладывал фото и истории, иногда на меня кто-то подписывался. Но все это было несерьезно; в основном мой профиль состоял из небрежных селфи и нескольких угнетающих пейзажей, которые не выделялись ничем особенным, но почему-то запали мне в душу. Так что можно сказать, что особого веса в интернет-пространстве я не имел. По моей странице было невозможно даже узнать о моем происхождении.
Я достал телефон и еще раз посмотрел на слегка потрескавшийся экран. Интернет в этом месте был слабым, но его должно хватить, чтобы транслировать видео низкого качества.
Но я все еще сомневался.
Коротышка на секунду задумался, подбирая слова.
– Вот тебе нравится какая-нибудь девушка, а? – глаза Никиты горели.
– Допустим, – он даже не осознавал, насколько иронично это звучит в моей ситуации.
– Вот представь ее реакцию, когда она узнает, где ты был, а? Когда она увидит ролик, ты же сразу в ее глазах на уровень выше поднимешься. Не каждый сюда сунется! Мертвый город, все дела! Хотя на деле это пустяк. «Я тут гуляю, и все мне ни по чем!» Сейчас она об этом не знает, а как увидит ролик!..
А вот услышав этот аргумент, я даже как-то немного задумался. Если говорить простым языком, то коротышка предлагает мне попонтоваться.
Мне вспомнился момент, на котором я разорвал связь с Элизой (или, вернее будет сказать, после каких слов: «Вероятно, уже никуда»). Интересно, как она отреагирует, если увидит видео?
– Ладно, – вздохнул я. – Уговорил.
– Отлично! – коротышка широко улыбнулся. – Ты не пожалеешь! Я счас так все преподнесу, что у всех челюсти попадают!
Коротышка засуетился и принялся бегать туда-сюда, разглядывая окрестности и «на глазок» подбирая ракурсы.
– Готов? – нетерпеливо спросил я его.
– Да, – уверенно произнес парень.
И я начал снимать.
– Всем привет! Я Никита Санчес, довольно известный в своих кругах человек! – я тут же засомневался в такой интродукции. Он на мгновение принял дурацкую позу, словно для выпускного фото, а затем тыкнул пальцем в мою сторону. – Меня снимает мой новый друг Марк. Он офигенный тип! Если что, фингал под моим глазом – его заслуга! – парень указал на свой глаз и глупо рассмеялся.
Я поправил телефон у себя в руке и продолжил снимать, в очередной раз подумав о том, насколько это идиотская затея.
– Кстати, мы в мертвом городе! Ага-ага, в одном из тех самых! – коротышка развернулся и посмотрел по сторонам, после чего на секунду опустил плечи. Видимо, он только сейчас понял, что рельсы и щебень бывают не только в мертвых городах.
– Ну, может, самого города тут и не видно, – он встрепенулся и враз повеселел, – н-но поверьте, мы на его территории! Даже геотег поставим! Марк, ну-ка покажи ту фигню!
Я медленно повернул камеру в сторону башни, пытаясь захватить ее целиком. Но мне это никак не удавалось, потому что либо заваливался горизонт, либо я упускал какой-нибудь кусок крыши, отчего реальные размеры сооружения казались меньше, чем было на самом деле.
Однако коротышка не оценил всю серьезность, с которой я решил отнестись к моей операторской работе, и, не дав мне захватить идеальный ракурс, нагло влез в кадр.
– Мы ехали в столицу, когда наш поезд остановился по необъяснимым причинам! – я хмыкнул. Как же, «необъяснимым»! Скажи это трупу в моем вагоне. – Персонал поезда мистически исчез, люди начали сходить с ума, а мы с Марком отправились на поиски…
Очень удачно он взял паузу, подумал было я, пока не проследил за взглядом коротышки. Он пристально смотрел на кусты по соседству. Они шевелились; казалось, там кто-то есть.
«Завязывай!» – показал я ему жестом, быстро помахав ладонью у своего горла.
Парень переменился в лице и покачал головой, не понимая, что произошло.
До нас донесся очередной хруст веток из-за кустов. Никита повернулся и стал словно сам не свой. Глаза загорелись, и он с какой-то злобой принялся смотреть туда, откуда доносился звук. Я всматривался в темноту, лихорадочно вспоминая, какая из аур сможет мне помочь. Шум из-за кустов все усиливался и вот-вот должен был настичь нас. Зажмурив глаза, я глубоко вдохнул.
– Вы что здесь делаете, молодые люди? – внезапно заговорили кусты. Неужели это… рояль?
Начальник поезда Шмидт Д
– Вы что здесь делаете, молодые люди? Я почувствовал облегчение, услышав простую человеческую речь. Не знаю, чего я ожидал. Логика подсказывала, что в лесу по кустам могут бегать животные, к примеру лисы. Однако только сейчас я понял, что за весь наш поход мы не увидели никакой живности. Ни пения птиц, ни хруста веток, ни шуршания мелких зверьков – до этого момента нас окружала полная тишина. Поэтому возня в листве воспринималась как нечто совершенно аномальное, и мозг начал генерировать ужасные сценарии, один безумнее другого. Встретить здесь людей было не так страшно, как какую-нибудь паранормальную чертовщину, но тоже странно.
Стремительно расталкивая перед собой ветки руками, из-за кустов вышли две фигуры.
Я удивленно смотрел на происходящее, размышляя о возможных личностях незнакомцев. А вот коротышка нервно глядел то на меня, то на них, активно мотая головой. С каждой секундой выражение его лица становилось все более боевым. Он сжал кулаки и уперся левой ногой в землю, создавая себе опору. Парень напоминал цепного пса, которого от нападения отделяла лишь команда «фас».
И, к сожалению, он ее получил.
Когда из кустов рядом с башней в мертвом городе начали показываться люди в темных одеждах, когда я замер в попытках осознать происходящее, а коротышка с и без того измененным сознанием был доведен до предела, в этот момент мой телефон разразился мелодией входящего звонка. Догадываюсь, кто. Приятная мелодия сработала для Никиты, как красная тряпка для быка.
Следующим, что я увидел, был с разбегу летящий в кусты Никита с вполне себе лаконичным криком «УБЬЮ-У-У!». Это произошло так быстро, что я еще несколько секунд стоял на месте и пытался въехать в ситуацию и лишь потом побежал, чтобы вытащить коротышку обратно.
Он повалил за собой все кусты и фигуру в темной одежде на землю, пытаясь забить внезапного гостя кулаками, в то время как спутник жертвы что-то кричал в попытках столкнуть Никиту со своего друга. Тот факт, что он не пытался навредить в ответ, убедил меня, что они не враги.
Я попытался схватить своего спутника за плечи, тем самым свалив на землю, но он оказался шустрее, чем я ожидал. Локоть парня пронесся прямо перед моей бровью, я едва смог отклониться. Перехватив его руку, я с удивлением понял, что парень был не так слаб, как могло показаться со стороны. Усмирить его одним движением не получилось. Еще секунда – и он в своем порыве безумия переключился бы на меня.
Я резко дернул его по направлению к себе и выставил ногу вперед, тем самым заставляя упасть. Он попытался встать, но я навалился на его спину коленом и окунул лицом в землю.
Еще некоторое время он брыкался, на что я лишь сильнее заламывал ему руку.
– Все, все! Хватит! – наконец прокричал он, сдавшись.
Когда я его отпустил, Никита приподнялся на локтях и растерянно оглянулся по сторонам, словно не понимая, где находится. Я устало выдохнул.
Второй раз за день мне приходится воевать с этим парнем. Он напрочь без тормозов. Ладно еще в первый раз, когда мы с ним поцапались, а сейчас-то вышло совсем глупо. Он мог подставить нас обоих.