Отступник на краю империи (СИ)
Панорамные окна вестибюля светились.
А ещё светился квадрат на четвёртом этаже.
Проникнуть внутрь в обход ночного портье большого труда не составило. Как всегда, нужно было отыскать чёрный ход, который здешние работники заперли на ключ. Меня запоры и преграды не останавливают — я просто шагнул сквозь дверь. В здании лифта не было, да я и не стал бы им пользоваться — шум мотора сразу разнесётся по гулкому ночному пространству. Тихо поднявшись на четвёртый этаж, я отыскал дверь с номером «82» и включил сканирование.
Убийца находился внутри.
Не просто находился — активно готовился к предстоящей миссии. Раскладывал арсенал на столе, критически осматривал оружие, что-то убирал в чехлы. Инвентаризацию мужик затеял на письменном столе у большого окна с выходом на террасу. И да, он был повёрнут спиной к двери, как бы приглашая войти и отрубить ему голову. Но мне слишком хорошо известно, насколько чуткий слух у шиноби. Меня услышат, и придётся вступить в бой. Поэтому я решил действовать иначе: проник в соседний номер, пустой и нетронутый, выбрался на террасу, приблизился к окну и, сделав стекло нематериальным, ткнул фанатика ножом в грудину. Сделал я это так, чтобы повредить лёгкое, но не убить противника мгновенно.
Шагнув через проём, я просочился за письменный стол и вернул себе плотность. Убийца сидел и хрипел, его правая рука потянулась к одноручному мечу с овальной гардой. Недолго думая, я схватил со столешницы нож и одним ударом пригвоздил ладонь врага к дереву.
Убийца взвыл.
Я успел зажать ему пасть рукой и приставить лезвие танто к шее.
— Неприятно, — согласился я. — Но бывает хуже.
Несколько секунд шиноби дёргался, сопел, но сделать ничего не мог. Я отнял ладонь в перчатке от лица фанатика. Вытер пальцы о плечо без пяти минут покойника.
— Имя лидера ячейки, — заговорил я. — Быстро.
— Нет.
Пожав плечами, я начал действовать.
Для начала приковал добытыми у правильных людей наручниками уцелевшую кисть сектанта к задней ножке стула. После этого связал ноги несговорчивого подонка шнуром от утюга. А уж затем приступил к оказанию экстренных стоматологических услуг. Ориентируясь по отражению в стекле, сжал челюсть убийцы особым образом, не давая сомкнуть зубы. Нашёл отличающийся от остальных белый клык и, игнорируя вопли несчастного, выковырял эту хрень ножом. Выглядит, как протез. Ампулы не видно. Я со всего размаха вдавил зуб в столешницу — и тот рассыпался, запачкав всё белым порошком.
Значит, порошок.
Часть зуба, кстати, была керамической. Со штырьком, на который и насадили «порошковую» половину. Ругань лилась нескончаемым потоком — шиноби чуть ли не плакал от бессилия.
Чтобы не спалиться, я задёрнул шторы.
— Тебя здесь никто не услышит, — сказал я. — И не найдёт. Кричи, сколько хочешь. Прямо сейчас прыгун Эфы разговаривает с портье. Пансионат оцеплен.
— И что?
— Ты можешь выжить. Я передам твою тушку службе безопасности. Расскажешь им всё, что знаешь.
— А твоя выгода в чём?
— Кое-что я хочу выяснить прямо сейчас.
Убийца закашлялся.
— В живых вы меня не оставите.
— Тебе особо нечего терять, дружище. Посмотри на себя.
Под ладонью шиноби, прибитой к столу, расползалось пятно крови.
— Кто ваш лидер? — я вкрадчиво повторил вопрос. — Сколько людей в ячейке? Как вы поддерживаете связь?
Меня продолжали игнорировать.
Что ж, это зря.
Теперь я по-настоящему разозлился.
Глава 16
К половине пятого стало ещё холоднее.
Я мчался по ночному городу, переваривая услышанное.
Последнего товарища разговорить удалось. Выяснить то, что мне надо, тоже удалось. Лидера ячейки звали Васей — это сущая правда. Этот мужик руководил группой удалённо, в лицо его не знали. Приказы раздавались через закладки в определённых местах, по телефону, через зашифрованные радиопередачи. Вася ездил по городу в фургоне с радиостанцией и постоянно держал связь со своим руководством. Ночевал тоже в фургоне, никогда не снимал жильё. Постоянно менял парковки. Как выглядел фургон, никто не знает. В городе Вася или за его пределами — тоже непонятно.
Итак, схема.
Верхушка Чёрного Ока — это группа из трёх человек, каждый из которых отвечает за свой фронт работы. Это Реликты. Один занимается терактами, другой финансированием, третий контактирует «с нужными людьми». Я так понял, с кланами. Под этой триадой работают группы из трёх Старших Рептилий — по аналогии с Тварями. Девять человек. У них в подчинении находятся ячейки по пять человек, именующих себя Средними Рептилиями. Это, по сути организационное ядро. Они всё планируют, разрабатывают стратегии, ищут артефакты и тех, кого в перспективе нужно завербовать. А вот ниже — ударные силы. Группировки по пять и более человек, выполняющие основные ударные функции. Эти ячейки возглавляют Младшие Рептилии.
Так вот, организаторы общаются между собой по радио, никто не встречается лично. Деньги — только кэш. Закладки, отправка по почте без указания обратного адреса. Если и есть какие счета за границей, рядовые исполнители об этом не знают. Младшие инструктируются по радио, а сами, подобно Васе, разъезжают по стране в фургонах. Все, кто находится ниже, это Посвящённые. Эти ребята содержатся из общей кассы. Опять же, наличные. Инструкции получают через записки и звонки.
Вишенка на торте: Посвящённые умеют хорошо драться и убивать, но кроме этого они обучены искусству ментального экранирования. Что интересно, учат их не адепты тайного общества, а частные репетиторы вроде отца Алисы. За деньги. Это начальный этап Посвящения, насколько я понял. А ещё фанатикам из нижних ячеек запрещено заводить близкие знакомства, забывать вещи в арендованных квартирах и делать подарки кому-либо. Тут всё логично — личные вещи пропитываются эманациями, которые в будущем могут отследить ясновидцы.
Вася — Младшая Рептилия.
Чтобы поймать этого хмыря, нужно добраться до одной из закладок. Не просто добраться, а начать регулярное наблюдение за ней. Поскольку Старшие не идиоты, то точки закладок постоянно меняются. Например, ты можешь вытащить из какого-нибудь дупла записку, в которой сказано, что следующие инструкции будут получены из другой локации. К записке будет приложен обрывок карты с указанием новой закладки и кратким описанием. Это может быть что угодно — бутылка в клумбе, водосточная труба, решётка канализации, приклеенный к обратной стороне лавочки конверт и даже почтовый голубь.
У меня есть координаты нужной точки.
И понимание того, куда нужно двигаться.
А это уже немало.
Убийца так и остался сидеть в номере пансионата с перерезанным горлом. Я ведь не собирался оставлять живых свидетелей. Пусть Гамов думает, что я ликвидирую его клиентов за деньги. Ранения, конечно, специфические на телах… Но вдруг у меня стиль такой. Фирменный почерк Кромсателя.
Третий фанатик снял квартиру в северной части Портового района. Этот уголок Фазиса считается одним из самых неблагополучных. Куча притонов, дешёвые комнаты и бордели для моряков, пивнушки и тому подобные злачные места. Я свернул с улицы Гвердцители в лабиринт из серых заводских общаг, отыскал в самой глубине этого хаоса пятиэтажный дом-конструктор с множеством пристроенных террас и подъехал на своей колымаге к четвёртому подъезду. Мотор глушить не стал. Вытащил из бардачка наган, положил его на пассажирское сиденье.
Просвечиваю квартиры на втором этаже.
Вот и моя цель. Спешит, боится опоздать. Закрывает дверь арендованной квартиры, спускается на площадку второго этажа и забрасывает связку в почтовый ящик. Оружия не видно, но это ничего не значит. Ясно, что шиноби распихал всё по скрытым чехлам.
Лампы в подъезде вспыхивают по мере продвижения человека.
Мои пальцы нащупывают рукоять нагана.
Парадная дверь открывается, и я вижу мужчину средних лет с неброской внешностью. Простые джинсы, кожаная куртка и кепка. В тусклом свете фонаря больше ничего не различить, но образ совпадает с тем, что мне скинули во сне.