О моем перерождении в сына крестьянского 2 (СИ)

— В нём разорвать двойственность можно. Если Тень в километрах пяти, нужно серьёзное усилие, действительно серьёзное. Почти полное сосредоточение воли хотя бы на пару секунд. Если Тень находится километров за шестьдесят-семьдесят, эффект достижим ценой небольшого усилия. Выраженное желание — и всё. Связь исчезает. Правда, вместо зуда остаётся этакое онемение.
— Какое именно «этакое»?
  
— Ну… ампутационное.
— Что?
— Да вот то самое. У тебя была нога, которая зудела. Ты аккуратно ампутировал её и отложил. Она больше не зудит. Но остаётся этакая пустота в поле ощущений, заглушка, не знаю. Если потянуться в эту пустоту, то можно снова присоединить эту ногу, которая немедленно начнёт зудеть снова.
— А со стороны Тени что при этом происходит?
— Это чуть ли не самое интересное. Если Тень находится в среднем радиусе и я разрываю связь, то сразу же приходит та самая сонливость-не-сонливость, как будто я-Тень отлетел за пределы среднего радиуса. Но… гм…
— Вейлиф!
— Не сбивай, а? Мне и так адски сложно формулировать, а тут ещё ты пальцем тыкаешь…
— А если вот так?
— Нарываешься?
— Нарываюсь… р-р-рм…
— Ну всё. Ну ты нарвалась!
— Не нарвалась, а насадилась.
— Р-р-р!
— Да-а-а… ох!
В общем, минут на двадцать серьёзный разговор прервался. По причине насаживания и всего, что за этим воспоследовало самым что ни на есть закономерным образом.
Но потом, когда мы успокоились и даже отдышались, диалог возобновился. Правда, зигзагом:
— А ты пробовал создать вторую Тень, не отменяя первой?
— Да.
— И что вышло?
— Очередная странность.
— Вейлиф!
— Отлежаться дай, жестокосердная! И мозги в кучку собрать.
— Ве-е-ейлиф…
— … 
— Ве-е-ейли-и-иф-ф-ф…
— … 
— Ну что ты вредничаешь, как дед двухсотлетний⁈
— Мне ответно пошутить на тему возраста?
— Бука.
— Я вообще-то выдержанное вино помянуть хотел, но…
— Вейлиф.
— Ладно-ладно, победительная моя. В общем, дело такое. Если я нахожусь на связи с полноценной Тенью и пытаюсь создать новую, у меня получается только неполноценная Тень.
— Это как?
— А мне откуда знать? Просто факт. Сознание раздваивается только один раз, второй раз чары срабатывают на ранг ниже. Я могу переместить исходное сознание из Лица во вторую Тень, но и только. И заранее говорю: нет, создать третью Тень, пока вторая рядом, не получается. Вообще.
— Ага. А если связи с Тенью нет?
— Верно мыслишь. В этом случае можно повторно скопировать себя в новую Тень. Однако…
— М?
— Вот тебе и «м». Оставленная без связи Тень не может восстановить свою связь с Лицом.
— Почему?
— Не ко мне вопрос. Это надо профессуру Магистериума пытать.
— Какого ещё Магисте… а. БИУМа.
— Его самого.
— А почему ты думаешь, что у биологических клонов не вылезут такие же странности?
— Потому что они биологические.
— И что?
— Лейта, не заставляй меня усомниться в глубине твоих извилин.
— Но я серьёзно спрашиваю. Мои предположения — это только мои предположения, ещё и не обязательно верные; откуда мне знать, что именно на этот счёт думаешь ты?
— Резонно. Но всё равно выводы очевидны. Тень Иллюзиониста — это чародейский конструкт, мана сложной структуры без какой-либо материальной основы. Используя высшую магию, можно дать этому конструкту подобие духовных оболочек и даже условно-самостоятельного разума, но… шаткость основы лишает Тень шанса на независимое существование. Оживить иллюзию так просто не получится. Выращенный же биологический клон — дело иное. Он-то как раз не конструкт, а живое тело. Копия твоих духа и памяти сможет укорениться в нём, как в любом ином теле.
— Думаешь?
— Я просто не вижу к тому препятствий. То есть сами по себе сложности с копированием духа и разума возможны, даже неизбежны, пожалуй — потому что пластичность материального и живого мозга куда ниже, чем у плотной иллюзии, столь податливой и восприимчивой. Но если копирование удастся завершить… для магов Жизни такое размножение клонированием — самая простая и естественная вещь.
— Не уверена.
— Ладно, скажу конкретнее: магам Жизни проще скопировать себя, чем кому бы то ни было ещё. Маги любых иных школ встречают больше сложностей. Это если о полноценных и независимых копиях с полноценными личностями говорить.
— Полноценными… гм. А что, если моя копия… ну…
— Взбунтуется?
— … угу, — очень тихо, почти беззвучно.
— Не давай ей повода.
— Что значит — не давай повода?
— То и значит. У неё будут твои гены, твоя внешность, твои силы, твоя память и магия… твоё всё. Вы с ней будете ближе, чем сёстры-близнецы. Ты себя ненавидишь? Желаешь себе зла? Не доверяешь?
— Нет. В смысле, не желаю и доверяю.
— Ну так и продолжай в том же духе. Можешь мне поверить, как обладателю Тени, копирующей мою сущность почти идеально: если человек может положиться на себя, он сможет положиться и на свою копию. Всяческие восстания машин, клонов и прочих репликантов — это плод иррационального страха, паранойи и патологического недоверия. Причём прежде всего к себе и себе подобным. Если к копии разумного существа относиться как к полноценно разумному, причин для бунта просто не останется.
— А если… эм…
— … клон начнёт предъявлять права на меня?
— Ты прямо мысли мои читаешь.
— О, поверь, это очень старая коллизия и очень старые страхи.
— И всё же. Что, если она…
— Лейта, ты уже забыла главное?
— Что?
— Твой полный клон — это и есть ты. Я буду любить её не меньше и не больше, чем тебя. Одно тело, один дух, один разум. Или ты сторонница той странной теории, что если любовь поделить на двоих, то якобы её станет вдвое меньше?
— А разве не станет?
— Пфе. Любовь или есть, или её нет. Если я тебя люблю, то буду любить в любом воплощении. Ну, разве что Боевую Чешую сложновато любить физически: у неё, гм… внизу нет технологических отверстий, а сверху есть только жуткие зубищи. Ну так она не для любви создана… хотя, если учесть потенциальное количество и разнообразие её щупалец… эй. Лейта! Ты что, опять нарываешься?
— Ага.
— Ладно. Но теперь моя очередь… делать… так!
— М-м-м…
Ещё полчаса долой.
— Вейлиф?
— М.
— А если я тебя клонирую?
— Интересная идея.
— И всё?
— А чего ты ждёшь — что я возмущаться начну? Нет, не начну.
— Ну а всё-таки?
— Слушай, у тебя мой биоматериал есть? Есть. Техническая возможность меня клонировать есть? Есть. Вот сама и решай, нужен тебе мой биологический клон или нет. Если нужен — я постараюсь скопировать в него себя. Резервное копирование — вообще полезная процедура… а-а-ау-уф-ф… кстати, ещё и не в полного клона можно попробовать скопироваться…
— Не в полного?
— В усовершенствованного. Я по поводу своих генов иллюзий не питаю: обычный гриннейский крестьянин — это отнюдь не топчик тысячелетней селекции… вот твои гены — это да, а мои…
— Не говори так.
— Почему бы мне так не говорить? Это же правда. В человеках вообще полно всяких эволюционных косяков, мелких и не очень. Блуждающий нерв, зубы мудрости, склонный воспаляться аппендикс, слепое пятно, жуткая жуть с позвоночником и в целом строением скелета — от формы таза до размера черепа…
— Вейлиф. Ты говоришь как… эти. Из Багрового Ковена. Улучшители природы!
— И что?
— Ты меня пугаешь, вот что!
— А ты посмотри на ситуацию спокойно, без лишних эмоций. Только в логических задачках заявление вроде «я лжец» парадоксально: как так, если человек говорит, что он лжец, и это правда, то он лжёт, и утверждение, что он лжёт, неверно. Но если он не лжёт, то слова, что он лжец, правдивы… и далее по тому же кругу идиотской рекурсии. При этом…
  
— Да-да, я тоже читала «Начала неоднозначной логики» Эстрекпа, не пересказывай его аргументы, словно я ребёнок. Дело ведь совершенно не в этом!