О моем перерождении в сына крестьянского 2 (СИ)

— Познакомились? Вот и чудненько. Слушай, Ершица…
— У меня имя есть! — не удержалась.
И покраснела как будто ещё сильнее. Этот несносный, мелкий… то есть по звёздам обогнавший и прям страсть как вымахавший, но всё равно мелкий!…
— … ты свободна сейчас, можем посидеть-поболтать? О деле, если что. И я угощаю!
— Ну… Да?
— Тогда айда за нами. Кстати, ты как к чудолесской диете относишься?
  
— Э-э…
— Вот и я думаю, что положительно.
Пара магов развернулась на месте (притом совершенно синхронно, словно долго репетировала) и зашагала к выходу с гильдейского полигона. Шелари двинулась следом, на ходу убирая в ножны меч, а щит с правой руки перевешивая на специальный подпружиненный поясной крюк.
Глаза сами собой съехали на… эм… проклятье! У Лейты-то всё плащом прикрыто, а вот мелкий-уже-не-мелкий ходит в этой своей довольно облегающей броне, так что видно и разворот плеч, и спину, и…
Новый Рывок — и вот уже Шелари шагает сбоку от Вейлифа, подстроившись под его темп, как ни в чём не бывало.
— Давай-ка, пока суть да дело, расскажи о себе. Давно получила четвёртую серебра?
— Нет. Всего пару месяцев как.
— За что дали? Минимум сдавала или блеснула?
— Сдала минимум плюс показала Крутку.
— Это что за зверь?
— Да как бы тот же Толчок, только цель ещё вращает. Очень хорошо из равновесия выводит, лучше исходного Толчка и надёжнее. И даже расход сил тот же.
— Сама додумалась?
— Да куда мне! Дед письмом из Столицы подсказал, что импульс можно завихрять.
— Ну, всё равно приличный такой уровень. Модификация стандартных приёмов не всем даётся, это я хорошо помню. И звёздный минимум для четвёрки серебра, значит… твой Рывок я сам видел, отличный Рывок; а Рассечение у тебя теперь идёт, если вложиться предельно, за среднее серебро…
— Если предельно, то за высокое, — уточнение с самой капелькой законной гордости. — Но лучше ограничиваться средним, я же на точность в стиле ставлю.
— Да, я помню… это хорошо…
— А ты сам на чём золото взял?
— А? Да на ветролёте. Групповой полёт.
— Что⁈ Как? Ты же не Сотрясатель!
— Сама увидишь. Если согласишься — то, возможно, уже сегодня. День только начинается…
— Соглашусь на что?
— Хе. Даже до угощения не хочешь подождать? Ну да ладно. Если коротко и без нюансов — я хочу пригласить тебя в группу для ходок в Лес Чудес. Притом не на Опушки, как понимаешь, а… подальше.
— Но…
Шелари сама себе отвесила подзатыльник. Предложение делает не привычный Вейлиф, а сильно так подросший. Магу золота, даже двоим магам золота, да с возможностью группового полёта, можно забираться — причём относительно безопасно, раз уж Наблюдатель в группе есть — ну очень далеко. И свой целитель, а это прям ух! Не всякая двойная группа такую роскошь себе может позволить.
И ведь они уже бывали там. Его слова иного толкования не подразумевают.
Получается, это её Шанс? И всё же…
— А твой ветролёт — он какую группу поднимает? — если там только на троих места…
— Ну, я особо не парился подсчётами, но, думаю, если прям упереться, то сотню утащить смогу. Это без багажа, чисто люди. И ни о каком комфорте речи не будет, придётся пассажирам чуть не на головах сидеть друг у друга.
— Э-э… но тогда почему у тебя только одна звезда?
— Просто я не рвусь демонстрировать все свои возможности, — пожатие плечами.
'М-да. Звучит как типичный Вейлиф. Тот ещё мелкий скрытник… эм… ну, не мелкий уже…
Но все нормальные люди стараются подняться повыше, получить всё причитающееся, статусом козыряют — а этот словно профессиональный шпион какой-то, право слово!'
С другой стороны от парня раздался тихий, но очень такой сочный смешок:
— Я этому параноику говорила, что он пережимает с секретностью. Сильно. Но куда там.
— А сама-то? Тебе ведь тоже скорее три звезды носить надо.
«Что⁈ Это ж какой она ступени?»
— Насчёт моих трёх звёзд всё… не так однозначно. Ты же знаешь мои обстоятельства. Если опустить детали, мне желательно ещё лет пять-десять подтягивать теорию и практику, прежде чем полноценно аттестоваться на следующий ранг.
— Ха. Давай без лукавства, милая…
«Милая?»
— … лет через десять, если ты не остановишься (а ты не остановишься!), тебе придётся думать не о трёх, а о четырёх звёздах золота. И это минимум.
— Тебе тоже, милый. Тебе тоже. Я тебя знаю.
«Милый⁈»
— Э-э! Так вы двое…
— Мы не «э-э»! — Развернувшись, Вейлиф многозначительно поднял указательный палец. — Мы с Лейтой, как могла бы выразиться одна рыжая любительница всего розового, обожающая блины с сиропом и ломать всяким плохишам ноги, вместе-вместе.
— Это как?
— Это по-взрослому вместе-вместе. Тебе ведь восемнадцать уже, в смысле возраста, должна всё понимать про «как». Или ты до сих пор сугубый теоретик, Ершица?
«И ведь этому мелкому даже соврать не выйдет», — промелькнуло в голове, покуда щёки заливал очередной алый прилив.
— … если бы ты знал, как я хочу тебя стукнуть! Или даже с ноги вломить!
— Значит, теоретик? — в голосе Вейлифа, вопреки ожиданиям, звучало… сочувствие? Ну уж точно не почему-то ожидаемая насмешка. И брошенный искоса взгляд выглядел как-то, ну, отечески? — Это ты зря. Когда девушка, причём красивая и ладная, аж в восемнадцать остаётся одинокой — это нехорошо.
— Просто… просто мне некогда. Вот. А парни — идиоты!
— Понимаю. Сам такой.
Со стороны Лейты донёсся ещё один сочный смешок.
— О да, милый мой, ты определённо… не слишком умён.
— По больному бьёшь, Советница?
— Ничего, тебе на пользу, Лидер.
— А как вы вообще познакомились? — выпалила Шелари.
— Ну, дело было в Лесу. Я подобрал эту славную хроническую язвочку на поле битвы, которую следовало бы назвать полем взаимного уничтожения, раненую и переломанную. По мере сил подлечил…
— Для чего раздел догола, — вставила Лейта.
— … приютил, подкормил. Вернул родственникам в целости и сохранности. Но те… гм…
— Сунули залежалый товар обратно спасителю. Для установления добрых отношений.
— … благословили нас. Точнее, глава Сарнеди Ассур благословила, да…
— Почему бы и нет? Хорошая же шуточка. Вполне в стиле прапра.
— … и мы вернулись в Лес. А там слово за слово, день за днём…
— Не верь ему, девочка. Пока я этому твердолобу тот лоб чуть ли не проломила, до него не доходило.
— … и оказались мы вместе-вместе. Это если коротко, без подробностей.
Шелари нахмурилась:
— В подробностях явно самая суть сокрыта. Вот как целительница двух звёзд золота — и даже трёх, возможно — могла оказаться «залежалым товаром»?
— Но на тот момент я им и была. Если высокородная Ассур, дожившая до девятого десятка…
«Что⁈»– лишь чудом удалось не выпалить это вслух.
— … застряла в начале сороковых ступеней восхождения, едва ли род оценит её высоко. Вот госпожа прапра и не ценила. Зато Вейлиф оценил. Чуть ли не первый за всю мою жизнь.
— Ну, главное сделала ты сама. Я только немного подтолкнул.
— Немного? — Лейта фыркнула. — Ну, тогда Первый Дом Империи обладает некоторой силой.
— Я утверждал раньше и не устану утверждать впредь: восхождение по великой лестнице — личное дело каждого. Я бы не смог взойти за тебя, даже если бы хотел. Твой взлёт — твоя и только твоя заслуга.
— Ну да. Но по какой-то странной причине до того, как ты одарил меня своей дружбой, я не летала, а только ползала. Именно ты освободил меня. Указал иные пути.
Хотя все трое при этом продолжали идти, как шли, понемногу поднимаясь на плоскую крышу здания, где располагалось отделение, Шелари почему-то пригрезилось, что Вейлиф и Лейта тихо взглянули друг другу в глаза, обнялись и поцеловались. Не страстно — просто нежно.
  
Очень.
«У-у-у! Аж завидно…»
— Кстати об иных путях. Ты, Ершица, про вместимость ветролёта зачем спрашивала? Никак на предмет дополнительного местечка для какого-то конкретного идиота?