Утро псового лая (СИ)

«Не считая двадцатой танковой….Но, как говорится À la guerre comme à la guerre(***)
В толпе беженцев возникла какая то свалка раздались крики, отчетливо слышимые в нескольких верстах от дороги. Громов поднял бинокль пытаясь выяснить в чем дело, но ничего не увидел кроме пробки из машин, возов и тракторов и какой то людской свалки. Кто то кого то пинал и тащил. Куда и зачем — непонятно.
Хотя, нет — очень даже понятно. Очередной эпизод межнациональной резни, привет из братской Галиции. Четыре года назад, когда немцы, под орех разделали Польшу в Москве было принято решение «освободить» эту часть Польши и не дать германцам туда проникнуть и закрепится. Вроде как- галичане это такая же часть русских как малорусы или белорусы. Так, по крайней мере академики и всякие этнографы по телевизору говорили и статейки в журналах писали. Ну как говорится их бы устами да мёд пить, а мы то здесь- говно хлебаем. Местные галичане, к русским отношения почти не имеют, ошибались наши умники с учеными степенями. Своеобразный и весьма своенравный народ сохранивший традиции запорожской вольницы и польского рокоша. Хоть это и был край канувшей в лету Австро-Венгрии, но немецкого порядка и педантичности здесь не было ни капли. Скорее это сильно напоминало Балканы у юго-западных рубежей русской державы. Жуткий, веками закрученный клубок противоречий — религиозных, национальных, геополитических. И вот этот край веками управляемый поляками кнутом и крестом попал в состав России. С военно-стратегической точки зрения выступ врезающийся в территорию восточной Европы — это серьезная выгода, но с политической и экономической…это была ошибка. Галиция, преобразованная в генерал-губернаторство из трех областей под управлением назначенных из Москвы чиновников — первые полгода ожидала потока русских денег и была весьма довольна когда они сюда хлынул. Но как выяснилось чуть позже — местные пейзане этих денег не увидели. Деньги осваивали московские «назначенцы» и часть местной элиты. А кто имел хорошее образование и возможность госслужбы? Естественно, не усатые рагули с хуторов. Те же поляки, немцы, евреи, венгры. Малорусы или как их здесь называют — украинцы опять пролетели мимо денег и власти, как лист хорошей фанеры над Парижем. Любое действие — порождает противодействие, что пришлось наблюдать воочию самому Громову.
Первая вспышка межнациональной резни в Галиции произошла еще до Женевского мира в ходе армейской операции по вытеснению немцев на запад. Едва польская центральная власть ослабла, так украинцы вооружившись чем попало стали нападать на польские семьи и еврейские местечки — творя невообразимые зверства. Когда Громов бывал в Сербии, в рамках выездной группы Главного штаба РА (****) — он видел там подобное. Но не сербы, хорваты или босняки были в деле массовой резни — первопроходцами. Эта сомнительная честь принадлежала галичанам. По мере продвижения русских войск на запад — пришел приказ, подписанный военным министром и начальником Генштаба, «зверства и погромы прекратить, не останавливаясь перед огнем на поражение по погромщикам….» Сказано — сделано. Сам Громов трижды приказывал передовому отряду бригады, стрелять по украинцам — останавливая погромы.
Галичане злобу затаили. Но на долго их не хватило. Первый крупный польский погром произошел в Луцке в Рождество 2002 года. Перепившие толпы рогулей с окрестностей с топорами, косами и вилами ворвалась в польский квартал города, убивая, грабя и поджигая. Причиной погрому было то что пьяный чиновник городской управы, поляк Высоковский ударил водопроводчика — малоруса Василя по лицу при свидетелях обозвав «хохляцкой курвой». Беспорядки вспыхнули по всему Луцкому уезду, полностью парализовав власти и полицию. В приграничных уездах поселилось много бежавших от немцев — поляков и узнав о погромах они немедленно вооружились и поспешили на помощь соплеменникам громя украинские села и хутора. Беспорядки подавили — бросив в бой регулярные части за неимением в Галиции особых жандармских частей и полной деморализации полиции. Армейцы мгновенно подавили беспорядки открыв огонь из пулеметов по пьяным толпам с обоих сторон. Всего официальная власть признала семьдесят три убитых гражданских хотя на деле их было около двухсот.
 
В генерал-губернаторстве сменилось все руководство, во главе его встали не московские чиновники а выходцы из «коренной» Малороссии. Предыдущая политика с опорой на довоенные элиты была признана ошибочной и сделана ставка на малороссов и галичан. Теперь им открывались все двери и формировалась полиция и органы государственной власти. Уровень управления и так не слишком высокий из за нашествия полуграмотных рогулей, рухнул окончательно а уровень воровства и мздоимства переплюнул даже Кавказ и Туркестан приблизившись к турецким и африканским стандартам. Возвышение вчерашних полурабов, в свою очередь вызвало защитную реакцию национальных меньшинств. Поляки, как говаривал Стальной канцлер Деникин народ «смутьян и заговорщиков»- в долгу не остались и в ответ стали создавать политические организации. А вскоре, осенью 2002 появилось и Физкультурное общество «Легия» едва ли не в открытую создающие боевые группы самообороны. Ячейки «Легии» появились сначала в Галиции но уже через год несмотря на противодействие охранки и жандармерии — стали возникать по всей западной границе от Львова до Риги, где существовали обширные польские общины. Уже в мае 2003, бойцы «Легии» атаковали футбольных болельщиковльвовского клуба «Карпаты», наиболее агрессивных ультрас в Малороссии. Руководителей и рядовых боевиков «Легии» сажали — но её ряды постоянно росли. Следом — свои отряды самообороны появились у еврейских и мадьярских общин. И что особенно хреново — эта злокачественная опухоль стала стремительно, словно метастаза расползаться за пределы Галиции. Взаимная ненависть, подогретая тяжелым экономическим положением в России и общим психозом накануне большой войны — с первыми выстрелами дала отвратительные, кровавые плоды. В первые же часы германского вторжения — вспыхнули беспорядки в тылу наших войск по всей Галиции. Люди еще четыре года назад наши танки — цветами, теперь атаковали наши колонны и расправлялись над отставшими и раненными. Искры этого мятежа долетели и до «коренной» Малороссии, поговаривали о неких беспорядках уже в Виннице и Житомире. Более того, бригадный контрразведчик, подполковник Самохин в приватной беседе с Громовым буквально за неделю до войны, сообщил о якобы существующем тайном обществе малороссийских чиновников и даже военных собирающихся всерьез говорить об «автономии» или даже «независимости» Киевской Руси под германским протекторатом. Особисты то любят ужасы всякие рассказывать, бдительность крепить и заговоры искать — у них работа такая, но меру то как говорится, знать надо. Независимость выдуманной Украины — это даже не смешно. Последняя попытка некой «самостийности» закончилась под ударами большевиков еще в конце 1918 года. Потом об этом уже никто не вспоминал…и тут спустя почти сто лет опять завелись некие заговорщики — самостийщики…
Короче наши драгоценные охранители и держиморды из МВД и жандармерии, ждали восстания в Туркестане и Кавказе, а натуральный бунт начался на юго- западе. В самый неподходящий момент. Проспали держиморды — все на свете, пока охотились в горах и пустынях за абреками да басмачами. А армия теперь- расхлебывает. С фронта немцы прут, в спину рогули из леса стреляют.
В данный момент отвлекаться на это мелочь, как беспорядки не стоило. По крайней мере в Дубно, благодаря введенному военному положению- было некое подобие порядка который поддерживал приданный танковой бригаде 85 отдельный эскадрон полевой жандармерии ротмистра Резвого. Так что хотя бы о тыле бригады можно было не беспокоится.
Вторая отдельная гвардейская танковая бригада «Воющие черти» стянутая ночным маршем в единый кулак в дубраве, застыла в ожидании атаки на германские позиции. Немцы были близко, менее чем в трех верстах — батальон моторизованный пехоты на полугусеничных БТР «Хономаг» и минимум батарея буксируемых тягачами «дивизионок» восемь на восемь, самого распространенного полевого орудия ННА вместе с легкой 105 миллиметровой гаубицей. Как определила разведка — это второй моторизованный батальон 26 полка 4 панцер-дивизии. Батальон немцев, вытянутый в струну занимал левый фланг рвущейся вглубь Малороссии танковой дивизии ННА. Успешный прорыв приграничных позиций и фактический разгром сильного корпуса Булатникова, за первые трое суток войны позволяли немецкому командованию считать, что стратегический прорыв уже достигнут и пора давить русских темпом преследования, сходу опрокидывая прибывающие резервы.