Утро псового лая (СИ)
Дельвиг, зло махнул рукой.
— Помнишь Галицию? Мы одним батальоном охотников воевали, вся дивизия стояла…Танковый полк — вообще в резерве был у Рюмина…
Громов заиграл желваками.
— Рюмин — кретин, Сережа. Как и твой тогдашний комдив, генерал Дарницкий… Этих дураков из армии погнали давно…
— Дураков то может и погнали. А вот структуру не изменили …Вот у тебя в бригаде, какая штатная организация?
— Три танковых эскадрона, по вашему, пехотному- три батальона… Три батальона бронепехоты на полугусях… разведывательный эскадрон, дивизион самоходной артиллерии, реактивный дивизион, зенитный дивизион, ну и батареи отдельные типа бронебойной..
— Ну вот…У тебя все под рукой. Все в кулак сжато, как хочешь так свои подразделения перестраивай. И для обороны и для наступления …А пехотная дивизия?? Ты что, четыре пехотных полка кишкой, в колонну вслед за танковым полком поставишь?
Громов, был потрясен…
Серёга Дельвиг, лейтенант-вольноопределяющийся и коммерсант с бандитскими повадками или наоборот, бандит с манерами коммерсанта, только что его, медалиста Академии Генерального Штаба, смачно макнул головой в чан с дерьмом. Да не его одного, весь Генштаб сейчас умыли и Главкомат Российской армии. Нормально к войне подготовились, если основной и самый многочисленный род войск — воевать практически не может…
Громов раздраженно крякнул. От признания своего поражения в споре с Серегой его спасло только появление третьей силы в лице миловидной горничной, стрельнувшей глазами на капитанские погоны Дельвига.
— Господа, все убрано, холодные закуски поданы… обед будет..
— Эх Зоя, а водка холодная?
— Да господин Складовский, охладили, как вы любите..
Едва девица, усиленно вихляя бедрами выскочила за дверь, как Дельвиг, округлив глаза, спросил
— Господин Складовский?? Это еще что??
— Это господин капитан, полевая конспирация по методу наших контрразведчиков. Хохотнул Громов одним, привычным для себя движением скручивая пробку у бутылки «ратафии» красноватого оттенка.
— Считают, что «штази» и абвер, спят и видят как меня грохнуть пока я до расположения бригады не добрался.…Отсюда и партикулярное платье и дурацкий псевдоним.
— Ясно, твоя бригада то где? Здесь где то? По лесам прячется….
Громов настороженно поглядел на приятеля и погрозил пальцем.
— Я за такой вопрос, тебя задержать должен и особисту Самойлову — отдать. На дознание…Так что, Серёга времена нынче суровые и за любой вопрос, спросить могут. Я же вот не спрашиваю, где твоя дивизия стоит. Вот наливай и закусывай лучше….
Налили. Розоватая «ратафия» — оказалось волшебной земляничной водкой с мягким, приятным вкусом. Отправив в рот маринованный груздь, Дельвиг сделал широкий жест рукой.
— Хорошо живут генералы. Я таких разносолов с начала войны не видел. У меня честно говоря, за два месяца войны — совсем желудок атрофировался….Как бы живот не свело…
Громов усмехнулся.
— Ежли что, то ватерклозет — там. Номер, министерский, все есть. И ванна и даже душ массажный.
— Ватерклозет… Это сейчас что то, уже за гранью реального. Обстрел как начинается, думаешь как бы в штаны, прямо в траншее не напустить..
— А ты думаешь, наши генералы с собой — прицеп с ватерклозетом таскают? Как бы не так, Серёга. Мы как обычные рекруты, в кустиках присаживаемся. Единственное отличие — адъютант всегда рядом. А вот у немцев — в штафф-вагене, от командира полка и выше- сортир есть.
Дельвиг, сокрушенно покачал головой.
— Ну всё. Прогадили войну… Как же мы теперь, без сортиров то подвижных- воевать будем.
Громов раскатисто заржал откинувшись на спинку дивана.
— Вот ты язва, Серега… Давно мы так не сидели, не выпивали.
— Давно. Ты вообще, генерал чего здесь делаешь? Или это тоже военная тайна?
— Да нет. К Наталье и детям, ездил после госпиталя. Они вон, в Орловской губернии, у тестя сейчас живут. Отпуск у меня по контузии был- две недели. Обратно возвращался — узнал про тебя и Гвоздилова. Вот здесь и остановился. Завтра с утра, съезжаю отсюда. Поэтому сегодня и встретились.
— Контузии? Тебя зацепило?
— Да. Под Новоград-Волынским. «Мессер», сука, бомбу сбросил с пикирования. Меня из «кегресса» выкинуло как щепку, зампотеха бригадного, Пименова — наповал. Часов через пять только- очухался. Но начштаба, Некрасов — молодец. Бригаду, по заранее обговоренному плану, вёл и брешь мы в обороне корпуса залатали, четвертую панцер- дивизию, опять потрепали здорово.
— Четвертую? Это танковая дивизия Функа что ли?
— Её самую. Только ей теперь Эбербах — командует. Мы с ними еще с Галиции воюем. И каждый раз, вламываем. Но тевтоны, ребята упрямые. Все им мало…
— Вламываем. зло бросил Дельвиг. Уже Минск сдали, Литву, всю Галицию вместе со Львовом, всю Волынь, вместе с Житомиром. Немцы на Днепр вышли…В Киеве бои уличные…В Киеве! А ты все вламываем …вламываем..
Громов хмуро посмотрел на раскрасневшегося от злости Дельвига и недрогнувшей генеральской рукой налил еще по рюмке «ратафии».
— Что злишься — это хорошо, Серж. Значит ты, неравнодушный. Сам понимаешь, много я тебе не скажу. Но эвакуацию Киева, по секретному приказу Военного министерства, начали еще за неделю до начала войны. В разгар майского путча(1). Как и эвакуацию Минска. Ты про завод электронных компонентов «Интеграл» слышал?
— Даже видел. Стены и груду обломков. Нет больше «Интеграла».
— Это корпусов нет. А «Интеграл»- есть. Он теперь, в Уфе развернут. На запасной производственной площадке, три года назад постороенной. И уже продукцию даёт, триоды Лосева(3). Я — все сказал, Серёга. Дальше сам думай.
За здравие! Громов опрокинул в себя рюмку.
— За здравие! Ответил Дельвиг.
Закусив, Громов извлек небольшую записную книжку и карандаш и попросил Дельвига, еще раз уточнить детали..
— Значит танковые полки расформировать?
— Да. Но ввести батальон в каждый пехотный полк. Еще — иметь аналог немецких безбашенных танков, на шасси устаревших машин. Желательно, в каждой дивизии иметь полк таких, вместо танкового. Это просто дешевле и выгоднее тактически. Самоходы- можно применять небольшими подразделениями. Это во всех учебниках тактики написано..
— Угу. Учтем, еще чего интересного в голову приходит?
— Сократить полки в дивизии. На кой в дивизии четыре пехотных полка, как во времена царя Гороха? Оставить по три полка, что в пехотных, что в гренадерских дивизиях. А освободившиеся полки — пустить на формирование новых дивизий…
— Кхм…это скажем так, традиции и вообще
— Я не говорю, Дима, что это завтра менять надо. Но — надо. Дивизии слишком неповоротливы. На дивизионные тылы, по хорошему сваливается огромная нагрузка. Они просто не справляются во время большой войны оперативно реагировать на возникшие кризисы. То же и с штабной работой. Людей в дивизии — почти шестнадцать тысяч. И не мне тебе говорить, что их надо круглосуточно кормить, снабжать боеприпасами и амуницией, эвакуировать раненых и вывозить поврежденную технику. Так что сокращать один полк можно смело. Тут же снабжение улучшится и управление войсками на порядок.
— Согласен, согласен в целом… Громов снова что то чиркнул в блокноте.
— Далее. Убрать из полковых артиллерийских дивизионов — тяжелые батареи(4). Толку от них — ноль, орудия очень тяжелые и маскировать их — морока. По танками особо не применишь, их сразу обнаруживают и уничтожают. Вот — «шесть-шесть»(5) — просто отличное орудие. Легкое, дальнобойное и точное. Вполне универсальное и лучше немецких «универсалов ахт-ахт». Вместо тяжелой батареи, дивизионе — лучше минометы полковые иметь. Там им- самое место. У нас же наоборот. Оружие простое и эффективное, командир пехотный и минометчики — вообще друзья навек. Мина полковая за пару выстрелов с пяти верст может любой дзот вскрыть. И главное, ты пойми- миномет, он рядом с пехотой. И точный и быстрый огонь своих минометов как и дивизионных пушек очень бодрит пехоту. Ты уж мне поверь..