Гиан (СИ)
- А теперь иди сюда.
Он встал на плоский металлический диск, шершавый от множества дырочек, успел удивиться, что тот тёплый, и вдруг его окружила вода. Как сильный дождь, но струи со всех сторон, снизу, сверху, и капли бьют отовсюду. Вода сразу и горячая, и холодная, пахнущая чем-то незнакомым. Она всюду, бьёт по лицу, в глаза, в рот, по голове, по телу. Он бестолково замахал руками, будто это не капли, а мухи или пчёлы. Но вода била, щипала, щекотала его, заставляя подпрыгивать в безнадёжных попытках увернуться...
...Дезинфицирующий бактерицидный душ и сейчас не доставляет ему удовольствия, а тогда... странно, а почему он не боялся? Логично, если бы он бился в истерике от страха и непонимания. Почему он был так спокоен и уверен? Эмоциональный ступор? Или преобладание ориентировочного инстинкта над самосохранением?
Золотинка отпустила свой хвост и, по-прежнему лёжа на спине, повернула голову к столу. Вокруг её носа стремительно вырос и развернулся веер обонятельных волосков. Гиан невольно рассмеялся. Как бы ни была сыта Золотинка, чёрные груши она не пропустит. Нарезая тонкими ломтиками угольно-чёрные продолговатые плоды с его кулак величиной, он смотрел, как Золотинка, вытянувшись длинной змейкой, крадётся к столу, трепеща обонятельным веером. Добравшись для стола, она коснулась носом его края и застыла в безмолвной мольбе и ожидании.
Чёрные груши - их подлинное название на дорсайском он так и не освоил - удовольствие недешёвое, но он помнит их вкус ещё с того первого вечера и старается, по возможности, не отказывать себе в этом удовольствии.
Сделав салат и десерт, он снял с плиты отбивные, быстро накрыл на стол и достал из шкафчика маленькую синюю мисочку. Увидев её, Золотинка тонко засвистела от предвкушения. Положив в мисочку понемногу из каждой своей тарелки, он посыпал получившуюся смесь чёрными грушами, подвинул мисочку на край стола и кивнул. Золотинка втекла на стол, прижала обонятельные волоски и уткнулась в мисочку.
Гиан ел и смотрел, как Золотинка ловко вытаскивает из-под ломтиков груш и заглатывает кусочки мяса и овощей. Закончив с ними, она кончиками зубов ухватила ломтик груши, подтянула его к краю мисочки, взяла его передними лапками и выпрямилась. Сидя на краю стола на задних лапках и вытянувшись столбиком, Золотинка держала в передних лапках чёрный бархатисто-блестящий от выступившего сока кружок и быстро вгрызалась в него мелкими жевательными зубами. Судя по раздувшимся щекам, хватательные клыки она сдвинула, чтобы те не мешали наслаждаться.
Гиан так же наслаждался грушами, оставив их напоследок. Положив кружок в рот, он языком прижимал его к нёбу, чтобы мякоть рассыпалась и заполнила рот мелкой сладкой крышкой. И тогда...
...Вода внезапно кончилась. Он стоял на прежнем месте и дрожал. Тело горело и чесалось.
- Иди сюда, - позвала его Сумеречная.
А когда он подошел, указала ему на маленький бассейн с прозрачной чуть зеленоватой водой.
- Можешь поплавать. Ты умеешь плавать?
- Умею, - кивнул он.
И хотя рядом была маленькая лесенка, он по-мужски спрыгнул в воду. В одном из дворов замка был колодец и бассейн. Он много раз из окна женской половины видел, как купаются воины, а, перейдя на мужскую половину, получил разрешение купаться в бассейне, до этого его только мыли в лохани. Но впервые он плавал один, без Дядьки. Вода была какая-то плотная, плавать было легко. А она молча сидела на краю бассейна, скрестив ноги, и смотрела на него. Как он плавает и ныряет, пытаясь достать дно. Она не звала его, но он сам подплыл к бортику, уцепился за него и, подтянувшись, выбрался наверх. Она кивнула и встала.
- Хорошо. Держи, - и дала ему большое полотенце.
Потом он узнал, что дорсайцы предпочитают обсыхать под воздушными струями, считая полотенца варварством, но относясь к этому достаточно снисходительно. Она молча смотрела, как он вытирается, не пытаясь помочь ему. Значит, его не считают совсем уж маленьким, хотя и отправили к женщинам - подумал он.
- А теперь надень это.
Рубашка, штаны и сапожки были сшиты вместе, и он не сразу понял, но всё же сам догадался, что нужно влезать через горловину. К его удивлению, приятно-шелковистая ткань легко тянулась и тут же сжималась, плотно, но, не давя, облегая тело, и была ярко-оранжевой, а пояс, браслеты и воротник-ожерелье - белыми. Потом он узнал, что это детские цвета...
...Комбинезоны дорсайцев удобны и многофункциональны. Недаром они разошлись по всему Звёздному Миру, став стандартной экспедиционной одеждой и основой для любой формы вообще. Дорсайцы много дали Звездному Миру, но их самих не любили и не любят. За непонятный трудный язык, за снисходительное презрение ко всем остальным и заносчивость... По заносчивости с дорсайцами могут поспорить только земляне. Они это знают и предпочитают впрямую не контактировать, а Звёздный Мир, особенно его негуманоидная часть, нетерпеливо ждёт, когда, наконец, эти две расы вцепятся друг другу в горло и избавят остальных от своего присутствия. Но и земляне, и дорсайцы слишком умны, чтобы так сойти в небытие. И их приходится терпеть.
Доели они одновременно, и Гиан собрал посуду. Золотинка облизнулась, провожая глазами мисочку. Гиан засмеялся.
- Хорошего всегда мало. Вот попадём на Дорсай, там и поедим.
Золотинка снова облизнулась и одним прыжком прямо со стола перепрыгнула на свою этажерку к окну, где продолжила вылизывание и чистку шерсти. А он занялся посудой: дома он предпочитал не разовую, растворяющуюся или испаряющуюся после использования, а фарфор, стекло, металл, даже дерево. Такую посуду приходилось мыть и чистить, она не трансформировалась, но в её неизменности было что-то такое... что заставляло многих пользоваться ею, или даже коллекционировать...
...Оглядев его, Сумеречная кивнула.
- Идём.
Он шагнул к шкафчику, куда положили его нож и оберег, но она покачала головой.
- Это потом.
Выходя из ванной - он уже на следующий день узнал, как называются разные помещения - он оглянулся на шкафчик. Она улыбнулась.