Вперед в прошлое 14 (СИ)

— Она идти не хотела, — пожаловалась Алиса, когда я подошел. — Еле вытащила. Объясни ей!
— Что случилось? — спросил я, скрестив ноги и усевшись рядом, хотя отлично понимал что: ей было сложно признаться с том, что она не справилась и подвела друзей, хотелось накрыться с головой и лежать, осознавая собственную никчемность, и подводить еще больше.
Гаечка вскочила, шмыгнула носом и воскликнула:
  
— Да, я ничего не сделала. Да, всех подвела. Долбанная песня, один бред получается! Вот что я сделаю⁈ Что⁈ Наобещала — и не сделала.
— Ты пришла и все рассказала, это главное, — улыбнулся я. — Нужна смелость, чтобы прийти и признаться. Мы сейчас все вместе сядем и все сочиним. Да?
— Я так же говорила, — шепнула Алиса.
— Давайте разместимся в одном месте, — предложил я, — и все обсудим.
Мы облепили диван, рассказали Райко и Барановой, что у нас есть, они посмеялись.
Ден признался:
— Мы не можем решить, что это будет: приветствие или домашнее задание. И еще музыкальный конкурс нужен.
Баранова задумалась, потирая нос.
— Ну, на все похоже. Но нам-то приветствие надо показать, а оно вот оно, уже готово. Но домашнее задание всегда сложнее, и с ним всегда хуже справляются. Так что эта сцена с мелким гопником лучше бы осталась на финал. Я бы приветствие новое сочинила, без гоп-тематики.
— Невозможно, — качнул головой Ден. — Недостоверно! Все знают, что у нас насилуют в виноградниках, страшилы, говорят, постоянно туда ходят.
— Ага, — подхватил Райко, — Карасиха, говорят, тоже пошла. Вернулась довольная, но там нашли трех избитых мужиков!
Теперь смеялись все.
— Жаль, нельзя эту шутку включить в программу, — вздохнула Янка, потерла руки. — Так что мы делаем, репетируем или сочиняем?
— Сочиняем, — распорядился я. — Приветствие.
— Кстати, там песня вообще необязательна, — сказала Янка. — У меня папа профессиональный КВНщик. Там главное — эффектно появиться и рассказать о себе. Оно должно быть коротким, минут пять, и шутки должны быть связанными между собой.
— Спасибо, толково и по делу, — оценил я.
— Так что ваша сцена — это среднее между музыкальным конкурсом и домашним заданием, его вполне можно разбить на две части. Песня — музыкальное, сцены — домашнее.
— Но там сцены под песню. Только терминатор и Док с Макфлаем отдельно, — усомнился Памфилов.
— Досочиняем еще чего-нибудь и туда, и сюда. Яна молодец, основа есть, — сказал я. — А давайте обсмеем приметы нашего времени? То есть все дебильное, что происходит вокруг.
— Э-э-э… а какие это приметы? — не понял меня капитан.
— То, чего раньше не было: наркоши, рынок, нет еды и денег, инфляция, голод…
И тут до меня дошло, что они не понимают, о чем я, потому что не видели другого. Для них, как и для меня раньше, весь этот бред казался нормальным. Только спустя десятилетия стали обыгрывать девяностые в КВНах, снимать фильмы…
— Какой голод? — скривился Кабанов.
— Наши родители в большинстве своем живут впроголодь, — возразил я. — Мясо кто нормально ест? Вот так чтобы взять кусок свинины и зажарить? Разве что Петя. Давайте не спорить, а к теме вернемся. Приметы времени. Наркоманы и проститутки могут быть смешными, но за это нам баллы срежут. Кстати, свидетели Иеговы и всякие сектанты, которым бабки квартиры переписывают. Провидицы, экстрасенсы.
— Инопланетяне, гы! — вспомнил Ден.
— Нам нужен мопс, — сказал я.
Все уставились на меня.
— На фига? — не понял Памфилов.
— У него очень страшный череп. Это можно смешно обыграть. Что прошли тысячи лет, раскопки, находят череп мопса… Нет, не пойдет, не вяжется.
— Давайте приключения Марио! — предложил Мановар. — Представьте, включается эта музыка, ну, из игры: ту-ту-ту—ту-ру-ту! И тут выбегает маленький усатый мужичок, начинает всех колотить, а из них что-то выпадает, как из грибов — деньги.
— А колотит он — сектантов, гопников, гадалок, инопланетянина, панков… — подхватил Памфилов.
Райко развил мысль:
— Бандитов и депутатов. И если человек честный, из него ничего не выпадает.
Я чуть слюной не подавился. Как запел, однако!
— Посыл мне нравится! — оценил я. — Вы с Яной молодцы, только пришли, а уже столько пользы причинили.
Янка сказала:
— Так-то оно, конечно, смешно. Но вдруг «вэшки» учителей подговорили? У них там, говорят, родственники…
— Не-е, — помотал головой я, — дрэк на такое не подпишется, он идейный. Илона Анатольевна порвет того, кто будет подсуживать.
­— Математичка может, — говорила Яна. — Карина и Джураевна любят лесть.
— А вдруг у них и правда будет смешнее? — забеспокоилась Гаечка. — Мне так жалко то, что мы насочиняли! Не уверена, что у других будет круче.
Да, у нас все круто, ребята остроумные и артистичные. Но мне ли не знать, как активизируются резервы того, кто загнан в угол! Это мы тут играючи сценарий набросали, похохотали, дальше продолжили. Для «вэшек» превзойти нас — дело чести. Наверняка они и вчера корпели над сценарием, думали, как нас наказать, и сегодня весь день будут, и родителей-сестер братьев подключат. Скорее всего, сценарий у них получится вымученный. Но не исключено, что они разозлятся и перепрыгнут через голову, сотворят что-то действительно достойное.
Я почти воочию представил этих заговорщиков: Аня, Таня и обиженки из старших классов за круглым столом пишут письмо турецкому султану. Точнее, разрабатывают план отмщения.
— Вряд ли, — усмехнулся я — специально не сказал правду, потому что иначе наши начнут напрягаться и выдавливать из себя плоские шутки, а нужен поток, полет ума и фантазии, только тогда смешно. Для юмора нужна легкость.
— Давайте сочинять, что ли, — потер руки Памфилов. — Приветствие. Мы должны эффектно появиться.
— С песнями и танцами? — спросил Рамиль обреченно. — Тоска. Давайте просто выйдем, а?
— Надо сказать что-то умное или смешное, — продолжил мозгоштурм Ден. — Потому — представьте — тишина, приглушенный свет, выходит чувак в малиновом пиджаке и мент…
— А где мы костюм мента возьмем? — спросил Илья.
— У Пашки есть наверняка. У него отец — мент, — сказал Петя.
— Отец от меня отрекся, — отрезал я, — но, допустим, костюм мента я достану, даже два могу достать.
— Отлично. Новый русский жалуется, что в городе завелся супермен, жуткий и опасный некто, который из всех выколачивает, и с ним надо разобраться. На заднем плане проносится супермен, за ним крадется Бетмен. Новый русский дает менту пачку долларов, большую, нарисованную.
— Нормально, — кивнул я. — Костюмов много, боюсь, не потянем.
— Ну и вот вторая сцена. Менты сидят в засаде в темноте. И вдруг загорается свет, играет музыка из Марио… — продолжил Ден.
Все, кто играл в эту игру, захохотали.
— Вот! Все только с этого проржутся, — воздел перст Памфилов. — И вот появляется Марио с гаечным ключом. Ты! — Он указал на Яна. — Менты в тебя стреляют, а тебе хоть бы хны. Ты догоняешь мента, он замирает, бьешь его ключом — выпадает пачка долларов. Снова бьешь — пачка рублей. Еще удар — монеты. И так Марио бьет сектантов, гадалок, добирается до нового русского, выбивает из него золотые слитки, уходит. Встречает инопланетянина, лупит его, и из него сыплются украденные коровы, собаки, люди. Игрушки то есть.
Гаечка предложила:
— Ну а чтоб понятно было, Марио должен спрашивать, крал или не крал? И не трогать хороших людей. И вот тут, блин, нужна песня. Не прекрасное далеко, а про то, что мы считаем, что жить надо честно, это сочетается с названием команды Стоп-гоп. — Она тяжело вздохнула. — Чертова песня!
— Раз, два, три, четыре, пять, начинаем сочинять! — протараторил Памфилов. — Какую песню? Предлагаю…
  
— Да просто частушки, — предложил Каюк. — Поколотил кого-то Марио — частушка, за что гад огреб.
— У меня вопрос, где мы столько костюмов возьмем. — Никогда мне не нравилась эта прямолинейность Барановой, иногда граничащая с хамством, но она отрезвляла.