Вперед в прошлое 14 (СИ)

Участок под автомастерскую вообще на пустыре. Если кто-то сильно кушать любит в «Югэнерго», значит, мы совершили ошибку, купив тот участок. В ближайшее время ничего там открыть не получится.
Н-да, знатно меня Квазипуп выбесил, похоже, с ним мы рассорились окончательно и бесповоротно, и если я смогу закрыть глаза на этот случай и сделать вид, что ничего не случилось, он, в силу своего мерзопакостного характера, — никогда. Наверняка он и маме на меня нажалуется, еще и наврет с три короба, что я ему нахамил — такая вот черная неблагодарность! С мамой не хотелось бы потерять связь, да и очень многое на нее завязано. Потому я совершил стратегически верный поступок: позвонил ей первым и все рассказал. Не рвал и метал, ни в чем не обвинял отчима, просто изложил причину его обиды.
  
Мама выслушала и сказал:
— Ну вот такой он человек сложный. Его можно понять, он из-за этой поездки потерял рабочий день, вот и злится. Позлится — успокоится. Но три тысячи долларов — это слишком, согласна.
Во мне проснулся обиженный ребенок, и я сказал:
— Но хоть ты-то веришь, что никто на нем не ездит, от меня нет вреда, а только польза? Помнишь, что это я втянул его в торговлю? Помнишь, как он поначалу говорил, что ничего не получится, и упирался?
— Помню, — вздохнула она. — Но ему это сложно признать. Не обижайся на него!
Не удивлюсь, если после разговора с Квазипупом она тоже на меня надуется. Ну да ладно, медсестру в клинику другую найдем, наверняка у Гайде кто-то есть на примете, а у кого вино покупать, которым дают зарплату на винзаводе, выяснить несложно.
Интересно, если мама все-таки примет его сторону, то что сделает? Откажется от своих несовершеннолетних детей?
Было бы неплохо, если бы она сейчас с Гайде поговорила, та быстро ей мозги вправит. Черт! Полчаса потерял!
Накинув куртку, я спустил мопед и поехал в типографию, а потом — на рынок за продуктами. Набил целый рюкзак плюс еще пакет для Лидии.
В понедельник дети пошли в школу: Ваня и Света в первую смену, Бузя во вторую. Как малоимущим, им полагались полдник и обед в школе — уже Лидии легче, много готовить не надо. И Ваню, и Свету она определила в группу продленного дня, чтобы и уроки сделали, и поели, а она могла спокойно работать в павильоне. Но все равно ей пока не хватало денег на прокорм троих детей, тем более Бузя усиленно рос и ел как не в себя.
Завезу ей еду после репетиции на базе. А Лялины пусть привыкают работать без меня. Они грамотно распределились: Вероника пекла и из дома выезжала с товаром на машине Толика, завозила сладости и Лидию на рынок — и сразу обратно своим ходом. После уроков Лика ехала в магазин, чтобы подстраховать Лидию, посчитать доход и забрать кассу. Там же она готовилась к устным урокам.
Подъезжая к базе, я кое-что вспомнил. У Димона Минаева день рождения в начале апреля. По скромности своей он мог и промолчать, а мы ушами прохлопали. Или его праздник еще не наступил? Что у Ильи шестнадцатого — это я никогда не забуду, и у Гаечки где-то рядом.
Неудобно вышло. Может, день рождения Димона вообще сегодня, а я — без подарка!
Потому я сразу не зашел в подвал, пошарил по карманам, нашел смятые пять баксов… И сунул их назад. Так дело не пойдет, позорище, а не подарок. Лучше честно признаюсь, что забыл. Чувствуя себя виноватым, я начал спуск в подвал.
Фоном играла музыка — сборник рок-баллад, доносились голоса. Когда я вошел, все зааплодировали.
— Явление императора народу! — крикнул Денчик. — Сколько зим, сколько лет!
— Колено преклони, смерд, — отшутился я и посмотрел на Димона. — Дим, когда у тебя днюха? Стреляй — не помню.
— Завтра, — заливаясь краской, сказал он и кивнул на друга. — И у него тоже.
— Ха! — воскликнула Гаечка. — Вы дружите с роддома? Здорово! А у меня тринадцатого. У Ильи через три дня, шестнадцатого.
— Прям стадо баранов, — воскликнула Лихолетова.
— Почему? — спросил Ян.
Рая объяснила:
— Потому что одни овны, рожденные в год барана, ну, или козла. Дважды рогатые!
— Гуляем! — Памфилов колесом прошелся по залу, его трюк повторил Рамиль и томно глянул на Алису — оценила ли.
Оценила и тоже прошлась колесом, а потом сделала сальто. Памфилов начал выплясывать гопак, Рамиль — лезгинку.
— Двойной день рождения — это здорово! — сказал я. — С меня торт.
— Это типа с нас торт, — возразил Чабанов. — Мы ж именинники.
— Значит, вкуснейший торт в нашей кондитерке, с праздничной скидкой! Специально приготовленный.
Димоны кивнули. Я потер руки.
— А теперь показывайте, что вы насочиняли на КВН, я с вами хочу подурковать.
  
Глава 9
 
Клуб веселых и находчивых
 
Хоть развлекусь, а то потряхивает после Квазипупа. Я уселся на диван в предвкушении зрелища и спросил:
— Кто участвует? Место еще есть?
Памфилов с готовностью ответил:
— Я — капитан, участвуют Саша, Лихолетова…
— А че как Гайчук, так Саша, а как я, так Лихолетова? — возмутилась Рая. — У меня, между прочим, тоже имя есть!
— Ой, да не начинай, — скривился Кабанов.
Памфилов продолжил:
— Мановар, Баранова. Я не хотел ее, но Еленочка велела брать. Карась хотел, у которого мнение прорезалось, и Желткова. Их можно было взять. Карась рожу скорчит, уже ржака. Желткова ляпнет что угодно на разминке — зал покатится со смеху. Короче, надо десять человек. Меня выбрали капитаном, вот в чем проблема. Десятый, одиннадцатый класс и «Вэшки» встали в позу. Ну, не согласны они, что я капитан, они своего хотели. Вот один Мановар от них и вызвался. Так ему теперь бойкот. Старшаки так вообще взбеленились, типа они старше, а капитан я.
— Да пошли они, дебилы, — отмахнулся Мановар.
— Так что это ты вовремя изъявил желание, — сказал мне Ден.
— Наташку твою можно позвать — для красоты, — подсказал Илья. — Очень кстати, что ты захотел играть. Шестым будешь.
— Я хочу! — вызвался Ян. — Как завою, все лопнут! На глаз мне пиратскую повязку сделаем, чтобы, ну, вы поняли.
— Можно мелкого какого-нибудь смешного, — предложил я. — Подумайте кого. Алиса, Санек, вы чисто для красоты пойдете?
Алиса зыркнула исподлобья и густо покраснела. Не пойдет. Кабанов окаменел и захлопал глазами. Ясно.
— С Яном семеро, — сказал я. — Ты согласен быть смешным мелким?
— Да хоть пианиной! — блеснул он единственным глазом.
— Попова остроумная и артистичная, — вспомнил Илья. — И Заячковскую можно позвать, если Рамиль не вырвется. Если вырвется, будет кавказца играть.
— Да, колоритных персонажей достаточно, — кивнул я. — Ну а приветствие, домашнее задание… Какая тема домашнего задания?
— Привет из будущего, — сказал Памфилов. — Желательно — из светлого. Ваще чушь. Ничего в голову не лезет.
Илья многозначительно на меня посмотрел, напоминая, что знает мою тайну.
— Так светлое будущее — обязательное условие? — уточнил я.
— Нет, — мотнул головой Ден.
Я потер руки.
— Это главное. Потому что в светлое будущее никто сейчас не верит. А вот обыграть вариации антиутопий — в самый раз.
— Чего? — скривился Кабанов.
— Плохого будущего. Смотрите. Нам нужен смешной сценарий. Этого, как я понял, пока нет. И смешные персонажи, одного взгляда на которых достаточно, чтобы стало смешно. Кто что умеет смешного? Давайте отсюда отталкиваться. Ян умеет выть. Ден — импровизировать. Саша — говорить голосом ребенка.
Память взрослого хранила сотни стендапов (пока и слова такого не знают) и выступлений известных кэвээнщиков. Бери любое, адаптируй — и слава у тебя в кармане. Но мне хотелось, чтобы ребята проявили фантазию, тем более, у них отлично получается шутить.
  
— А зачем с конца начинать? Давайте с простого, — предложил Илья. — С приветствия. И вообще, как мы будем называться?
— Стоп-гоп, — предложил вечно молчаливый Минаев.
— Неплохо, — одобрил Ден.
Я воскликнул:
— Кажется, придумал! К нам попадают разные чуваки. Раз надо будущее, попал Терминатор, а гопники напали и сдали его в металлолом!