Глаз Горгоны (СИ)
— Сделай более тонкий анализ, Крис…
— Уже делаю, сэр!
— Тайсон, как слышишь? — передал я по коммуникатору. — Как обстановка у пассажиров?
— Всё спокойно, сэр, — негромко сказал он.
— Боюсь, что не слишком спокойно, — буркнул я. — В кабину маленькими порциями поступает газ… Мы сейчас сделаем полное проветривание, а ты выводи скорее людей на балкон. Там чисто.
— Понял, сэр, — ответил Тайсон.
— Мистер Тореас, — голос Криса звучал очень тревожно. — Это пирейский газ.
— Твою мать!
— Выводите людей на балкон немедленно, — крикнул я по связи на канале всех охранников в лифте.
— Я не могу запустить проветривание пассажирской кабины, — пробормотал Крис. — Автоматикой системы очистки воздуха управляет кто-то другой.
Да… кто же может использовать пирейский газ? Оператор… он же пойман. Конечно, он мог настроить всё давно.
Только как? У него не было доступа к лифту. Или был? Может, у него есть сообщники? Так…
— Крис, на балконе анализ провёл?
— Всё чисто сэр, думаю, что всё дело в том, что когда вы чинили пробоину, я брал ручное управление системами очистки. Поэтому диверсант до той части системы не добрался.
— Отлично, как только Тайсон проведёт всех пассажиров на балкон, пусть блокирует его.
— Принято, сэр! — пробасил Крис и вернулся приборной панели.
— Дай мне доступ к камерам наблюдения во всех отсеках лифта, — попросил я.
Есть шансы, что эта треклятая экскурсия таки завершится без жертв, или хотя бы с минимальными.
Надо найти этого чертового диверсанта. Или его сообщника. Кем он может быть? Что у нас есть?
Я взглянул на экран, на котором была изображена извивающаяся змея планетарного лифта. Кто этот хладнокровный гад? Который так и хочет всех нас угробить?
Сперва мой челнок. Что, если дело было не в камере Дина? Камера лишь отвлекающий манёвр. Конечно, чтобы лопухи типа меня или Тайсона думали на журналистов.
Кто имел доступ к моему челноку? Кто мог пустить газ в мою камеру? Кто имел доступ к системам воздухочистки в лифте?
Для этого нужен высокий чин. Типа Тайсона. Но Тайсон просто честолюбивая крыса. Да и Стивен сам в пассажирской кабине. Он даже близко на камикадзе не похож. Тогда кто?
И вдруг я взглянул на монитор, в котором в восьми ячейках отобразились отсеки. На первый взгляд ничего примечательного. Люди уже столпились на балконе. Смотрят в окно, на необыкновенно красивую планету. Никакой паники. Всё-таки в организации людей Тайсон молодец, гораздо лучше работает, чем с данными и оценкой рисков.
Технический отсек. Там кто-то из моих охранников. Стоит спиной, сложно было узнать. Огромный. Светлые волосы. Крюгер? Его не должно было быть там!
— Крюгер, что ты делаешь в техническом отсеке? — спросил по связи я.
— Мистер Тореас? — удивлённо спросил он. — Я делаю свою работу, а вы что здесь делаете? Вы же отстранены.
— Меня привлекли для подстраховки, — сказал я, чувствуя, как мне не нравится тон Крюгера. — В изначальном плане ты должен был дежурить в кабине лифта.
— Ну так это был ваш план, Тайсон его переделал.
— Ладно, понял, — едва сдерживая злость сказал я.
Взгляд вернулся к ячейке видео с балконом. Где Фиби? Я искал её глазами среди гостей, но никак не мог найти. Не было, как и Патрика. В голове страх за неё почему-то мешался с ревностью. Ну где же она подевалась? Опять влезла в неприятности или снова целуется с Патриком?
Я едва не плюнул на пол от разрывающего сердце негодования.
«Фиби! Где ты?» — написал я сообщение на наш с ней передатчик.
— Концентрация газа в пассажирской кабине превысила критические величины, — сказал Крис.
— Людей уже эвакуировали, — спокойным тоном сказал я.
Снова взглянул на камеры, чтобы ещё раз проверить. Глянул в верхнюю ячейку. В пассажирскую кабину. На одном из кресел лежала женщина. Без движения. В чёрной кофте, как у Фиби. Отравилась газом? Сердце зустучало о рёбра кувалдой. Твою мать. Волосы у женщины были тёмного цвета, но лицо отвернуто от камеры.
Не понять, кто это.
Вот идиоты! Я тут же вскочил с кресла.
— Вы куда, сэр?
— Проверю кабину, болваны оставили кого-то в кабине пассажиров, при такой высокой концентрации газа, несчастная должна умереть через пять минут, — сказал я, и направился к двери отсека.
Глава 10. Лимонные леденцы
Фиби
Гости принялись отстёгивать ремни безопасности и вставать со своих мест. Тайсон уже стоял на выходе возле смотровой площадки перед планетой Платинум, натянуто улыбаясь. Рядом с ним девушка в строгом чёрном платье раздавала бокалы шампанского со льдом и фруктовые канапе.
Я оглянулась, высматривая Патрика. Он что-то обсуждал с одним из охранников в другом конце кабины, а потом направился в мою сторону. В нос закрались тонкие ноты лимона… Я улыбнулась, вспоминая наше детство и лимонные конфеты. Такой родной запах. Интересно, у Патрика до сих пор есть эта страсть к леденцам?
— Идём, Фибс, — Патрик протянул мне руку и понизил голос: — Нужно вывести гостей на смотровую площадку и осмотреть кабину на случай, если диверсант успел заложить взрывное устройство.
— Да мы всегда были вместе… — начала было я, но тут же осеклась.
Нет, у Дина было время что-то провернуть, пока я охотилась за Тайсоном. Твою мать, так не хотелось в это верить, но пока всё было против Дина. Патрик заметил моё замешательство и понимающе кивнул:
— Знаю, что нелегко это принять. Но поверь, если есть вероятность, что это не Дин, то мы обязательно разберёмся.
Закусив губу, я всё-таки вложила ладонь в протянутую руку Патрика. Не успели мы сделать и пары шагов, как дорогу мне перегородила Лана. Она расплылась в сладкой улыбке Патрику и нежно протянула:
— Прошу прощения, сэр. Мне нужно поговорить с мисс Экспосито. Буквально минутку.
Патрик вскинул бровь и посмотрел на меня, типа «этой что ещё надо?». Я пожала плечами, мол «разберусь», и он, выдохнув, отчеканил:
— Минуту, мисс Экспосито. У вас ограниченное время на эксклюзивный репортаж.
— Поняла, — кивнула я, и Патрик пошёл к Тайсону. А мне снова почудились освежающие нотки лимона. Может, у Патрика одеколон такой? Додумать эту мысль мне не дала Лана, которая щёлкнула пальцами у меня перед носом. Я перевела на неё взгляд. — Ну, что?
— Какого чёрта, Экспосито? — прошипела она, указывая на шторку в конце кабины, за которую ранее Патрик уволок Дина. — Что у вас тут происходит?
— У нас? — не поняла я.
— Сначала спектакль для охраны, чтобы ты сбежала куда-то. Теперь твоего оператора прилюдно задерживают. И ты вся из себя странная, будто что-то тут вынюхиваешь…
Мимо нас прошли две женщины в длинных платьях и с высокими причёсками, уложенными в волны. Лана замолчала, и мы расступились, пропуская женщин. Чуть впереди я увидела, как секретарша сенатора откинулась на двух креслах, прикрыв глаза.
Я вдруг впервые за сегодня обратила внимание на то, что она сменила образ. Из сексапильной блондинки превратилась в жгучую брюнетку с идеально ровным каре чуть выше плеч. Такими кардинальными переменами с появлением портативных салонов красоты никого не удивить, но мне почему-то подумалось, что секретарша специально пыталась закосить под образ жены сенатора.
Филипп обеспокоенно склонился над ней, пролепетав:
— Может, тебе воды принести, милая?
— Нет, Филли, не нужно. Я просто переволновалась с этим открытием и ночью мало спала. Немного полежу здесь и выйду на площадку, хорошо? — она в томном жесте приложила ладонь ко лбу.
— Хорошо, Фелис, — сенатор поправил свой воротник-стойку и, прихватив бокал шампанского, вышел на смотровую площадку.
Я поймала недовольный взгляд Патрика, который расшифровала как «шевели задницей, Фиби!». Вздохнув, снова посмотрела на Лану и сказала как можно непринуждённее:
— Послушай, ничего такого. У охраны возникли вопросы по поводу нашего оборудования, и Дина попросили показать документы. Вот и всё, — я кивком показала ей идти в сторону смотровой площадки, усмехнувшись: — Не волнуйся ты так, Ласкарис. Будешь много хмуриться — морщины появятся.