Море наизнанку (СИ)

А разговор с мужем после ухода любовницы? Марина пыталась от него отвертеться, но куда там! Мужу было необходимо объясниться, сказать, что он, дескать, увлекся, что это все несерьезно, а на самом деле он любит только свою дорогую, бесценную женушку. Покаяться, попросить прощения, пообещать загладить свою вину и в дальнейшем вести себя примерно. Словом, тоска зеленая. А главное – ничего оригинального, повторение затасканных сцен из романов и фильмов. Марина пыталась объяснить Толику, что негоже вести себя подобно герою устаревших мелодрам, но сыграла лишь себе во вред. От униженных оправданий он перешел к горячей, вдохновенной защите: «Ты не любишь меня! Я тебе не дорог! Если бы ты любила меня, не ерничала бы в такой момент…»
Трагикомедия, блин. А она какого-то непонятного лешего обязана ее смотреть. В обычном театре проще, там можно встать и уйти, если не понравился спектакль. А вот из домашнего театра не уйдешь. Ты – законная жена, обязана просмотреть спектакль от начала и до конца да еще и принять в нем посильное участие…
Марина заметила, что стоит в одном купальнике на балконе. Ушла в свои мысли и машинально переместилась туда. Видимо, после непростого разговора с мужем ее интуитивно потянуло на воздух.
Конечно, она волновалась перед началом этого разговора, хотя и убеждала себя, что повода для волнения нет. Чего волноваться и нервничать, если действуешь с полным осознанием своей правоты? Только потому, что Толик – мужчина, а она – женщина, поэтому ей не позволено то, что позволено ему? Но это несправедливо!
И мужчины прекрасно понимают, что это несправедливо. Включая таких, как муж тети Нади из маленького городка. А образованным жителям мегаполисов и вовсе негоже ссылаться на биологию и гендерные различия. Шантаж и манипуляции – вот как это все называется.
– Зачем вышла в купальнике на балкон? – мягко пожурил ее муж, незаметно оказавшийся рядом. – Не сезон еще вроде бы. Пошли, а то мужики из дома напротив все глаза на тебя просмотрели, – он собственническим жестом обнял ее за талию.
– Не вижу, что за мужики, у меня зрение плохое, – беспечно отозвалась Марина.
– Зато у них, надо думать, хорошее, – с сарказмом проговорил Толик. – Вообще, до чужих жен все охочи! А сколько девиц или разведенных не могут найти даже постоянного полового партнера.
«Намекает, чтоб я за него держалась, – подумала Марина, пряча озорную улыбку. – Ладно, пускай ворчит и выплескивается. Главное, что обошлось без скандала»…
Месяц спустя Марина с Наташкой поехали на фирменном поезде в Крым. Почему именно туда? По мнению Наташки, там было легче закрутить роман, чем на заграничных курортах. И Наташка уже отдыхала в Крыму с мужем и ребенком, ей там многое было знакомо.
А Марина отдыхала в Крыму с матерью, когда ей было двенадцать – ее вторая и последняя поездка на юг, на которую с трудом удалось скопить денег. Прекрасные, незабываемые деньки, яркая вспышка подростковой любви к мальчику, жившему с родителями у тех же хозяев, что и Марина с мамой. Море, старинная крепость на горе, розовый куст перед домиком – колючий и такой ароматный, что Марина не могла удержаться, чтобы, проходя мимо, не приникнуть к большой розе носом. В общем, выбор Крыма как места романтичного отдыха был определен сразу.
Остановиться же решили в Алуште. Во-первых, это был город – больше шансов встретить подходящих мужчин для развлечений и отдыха, нежели в курортном поселке. А во-вторых, ни Марина, ни Наташка еще не отдыхали в Алуште, и им было интересно там побывать.
  
Глава 3
 
Собираясь в ресторан, подружки не стали доставать вечерние платья, а оделись простенько, но продуманно. Типа они гуляли по набережной и внезапно надумали заглянуть в ресторан, а вовсе не явились туда в расчете кого-то закадрить. Нет ничего позорней, чем выглядеть охотницей за мужчинами! Впрочем, позор – это пустяки, если мужчина тебе нужен лишь на время, просто позиция активной охотницы заведомо проигрышная.
Марине вспомнился забавный случай. Две ее знакомых – незамужние девушки – поехали на юг с намерением закрутить курортные романы и хорошо развлечься. И что бы вы думали? Не закрутили! Хотя набрали с собой кучу сексапильных нарядов, мотались по заведениям и усиленно завлекали молодых людей. Марина была уверена, что причина неудачи заключилась не в средненькой внешности девиц. Красота – не главное, с любой внешностью выходят замуж и, подавно, заводят любовников. Но нельзя выглядеть явной охотницей, нужно хотя бы формально дать мужчине основания считать, что в роли охотника выступил он сам. А когда за мужчиной откровенно охотятся, он сбегает: инстинктивно, не включая голову, не задумываясь о том, что, может быть, упускает свою выгоду.
 
Марина надела длинную широкую юбку шоколадного цвета, к которой имелись подходящие босоножки на устойчивом среднем каблуке. Потом вытащила зеленую футболку: простенькую на вид, но совсем не дешевую и скроенную так, чтоб маскировать недостатки полнеющей женской фигуры. Глубокий округлый вырез открывал грудь, на которой акцентировали внимание длинные красные бусы из блестящих ограненных кристаллов – словно ягодки спелой земляники с капельками росы. «Выглядишь весьма секси», – сказал муж, увидев ее в этом наряде, а поскольку Толик был знатный сексист, на его мнение можно было положиться.
Наташка облачилась в летящую белоснежную юбку и желтенькую футболку, с которой удачно сочеталась итальянская бижутерия с ярко-голубыми кристаллами.
– Жалко, что босоножки на «шпильках» не наденешь, – посетовала она. – Я ведь захватила с собой. Но пешком в них далеко не утопаешь, да еще эти горки и лестницы. Все-таки хорошо жить в равнинной местности, правда?
– Еще бы! – воскликнула Марина. – Я, грешным делом, вообще не представляю, как люди здесь постоянно живут. Нет, здесь, конечно, красиво, и воздух не то что у нас. Но как же все неудобно! Кстати, а куда мы поедем? В Профессорский уголок или в центр?
– Давай сегодня в Профессорский, – сказала Наташка. – Я насмотрела там одно заведение. Если никого не подцепим, завтра отправимся в центр. А сегодня лучше поближе к пансионату. Небо в облаках, когда хочешь, опять дождь пойдет, и в каком виде мы явимся в ресторан?
– Да уж, – хмыкнула Марина. – О, как я ненавижу эти проклятые дожди! Мне кажется, они никогда не кончатся, так и будут идти до самого нашего отъезда.
Наташка бросила на нее ободряющий взгляд:
– Бармен заверил меня, что с завтрашнего дня погода начнет налаживаться. Так что не волнуйся, подруга, все будет хорошо!
Троллейбус привез их в Профессорский уголок. От остановки до набережной нужно было немного пройти пешком, но дорога не утомляла, потому что шла под уклон. А вокруг все тонуло в зелени: кипарисы, раскидистые кедры, каштаны. Подружки задержались напротив красивого каменного здания с мавританскими башенками и просторной террасой, украшенной деревянными колоннами – дача архитектора Бекетова, построенная в конце девятнадцатого века. А неподалеку, на набережной, находилась еще одна постройка этого архитектора – прелестная бело-розовая вилла в стиле модерна. Современные отели, стоявшие рядом, тоже были розовыми и смотрелись весьма романтично на фоне субтропической зелени.
Марина подошла к ограждению набережной, внимательно посмотрела на море. И почувствовала, как романтический настрой исчезает.
– Сомнительно, что к утру море успокоится, – огорченно промолвила она. – Вон какие волны, черт бы их побрал!
– Море не успокоится к утру, оно успокоится послезавтра, – заметила Наташка. – Так сказали бармен и твой спасатель, а я верю им больше, чем болванам синоптикам. И завтра мы с тобой едем на экскурсию, так что нам пофиг, можно будет купаться или нет.
– Только ради бога, не называй этого придурка спасателя моим, – поморщилась Марина. – После сегодняшнего я бы с ним и за большие деньги в постель не легла.
– А ты с кем-то ложилась в постель за большие деньги? Кто такой, почему я не знаю? – Наташка рассмеялась, довольная своей шуткой. – Да ладно, не бери в голову. По совести, ты сама виновата. А ну как бы ты потонула? Ему ж за тебя отвечать!