Красавец и чудовищ...ная ведьма (СИ)

— Ей не везет, — ответил лорд Грамблвик. — Вивиан — чудесная девушка.
— Ох, если бы это обычное невезение, — посетовала я фальшиво. — Все дело в семейном проклятии.
— Каком таком проклятии, Вив? — Аннабелла аж приподнялась, разгневалась. — Не выдумывай.
— Нет, матушка, я просто не делилась раньше, — печально вздохнула я. — Вас и Ирис оно не касается. Оно передается по материнской линии. Вы же помните Агату?
  
Гости, давно знакомые с моей семьей, переглянулись. Агату они помнили.
Агатой была старшая сестра моей матери. Злобная ведьма, коих еще поискать. В моем раннем детстве она жила по соседству. Но мать и Агата не общались. С соседского двора постоянно доносилась ругань, адресованная псу. Ему, бедному, доставалось за... да за все: и за то, что "с грязными лапами", и за то, что ест не аккуратно, и за то, что "кобелина, куда прешь!". А еще кричала: "Лучше бы я поросенка завела, ест меньше, а потом и забить можно!"
Я очень жалела собаку... Потом я узнала, что никакой собаки у нее не было. Только муж.
Едва она отошла в мир иной, мой дядя помахал нам ладошкой и отправился в путешествие. Говорят, он осел в восточной стране, завел семь жен и счастлив в этой полигамии.
А меня в семье принялись сравнивать с ней. Она ведьма, я ведьма...
— Да Вивиан шутит.
— Я не шучу, — серьезно произнесла я. — Я почему из нашего дома уехала. Меня Агата здесь навещает.
— Бедная девочка, — пожалел меня полковник, к этому мгновению изрядно напившись. Он, обычно, не такой добродушный и участливый. — Мы можем как-то помочь?
Мачеха не верила. Она буквально поедала меня глазами, обещая, что до конца ужина кто-то из нас двоих не доживет.
— Тогда покажи свою Агату, Вив, — взбесилась она не на шутку. — Я в этом доме существую с твоих пяти лет, никакую ведьму не видела.
— Да, пожалуйста. Давайте пройдем в мою комнату...
До моего приглашения все сомневались, надеялись до последнего, что я пребывала в фантазиях, но, почуяв новый повод для сплетен, гости потянулись из-за стола.
Леди Андерсон сникла.
Я безумно жалела свою мачеху, потому что ее любила. Но с этим желанием выдать меня замуж пора было кончать.
— Соберитесь, — встала я в своей детской комнате и дотронулась до ручки шкафа. — Это зрелище не для слабонервных.
— Чего я там не видел? Я воевал, — фыркнул лорд Грамблвик.
Я распахнула дверцу старого платяного шкафа с тем же торжеством, с каким фокусник достаёт кролика из цилиндра. Скрип петель прозвучал зловеще, как вступление к симфонии ужасов. Изнутри повеяло нафталином, сушёными травами и лёгкой обидой.
— Тётушка Агата, пора на чай, — сказала я бодро.
Из глубин шкафа раздался осипший голос:
— Ну наконец-то! Я тут сижу, как проклятая, уже второй день! У кого-то, знаешь ли, есть позвоночник, и он устал быть сложенным пополам, как старый зонтик!
Я отступила на шаг, давая ей выйти. Скрипя суставами и ворча, как старая кофемолка, тётушка Агата выпрямилась. Ну, не Агата, а оживленный скелет. Для умелых магов ее появление не стало бы чем-то потрясающим. У нас некромантов водится, как карпов в семейном пруду. Но для некоторых... Кто мало изучал магию... В общем, тетушка Агата всех поразила.
Воссозданный скелет производил неизгладимое впечатление. На ней был её любимый кружевной чепец, слегка съехавший набок, и вязаная шаль, в которой застряли две моли и один засохший паук. Она щёлкнула челюстью — я не была уверена, это было выражение недовольства или просто сустав заело — и прошаркала к креслу-качалке, стоящему у камина. Села с достоинством, как будто не была скелетом уже лет двадцать. Вытащила челюсть. Поиграла ей, ловя солнечных зайчиков.
— Кто это там? — буркнула она, кивая на моего возможного жениха, застывшего в изумлении у стены.
— Это господин Дарон. Он… ухаживает за мной, — ответила ей с лёгкой улыбкой. — Подумала, что будет мило познакомить его с семьёй.
— Ухаживает, говоришь? — Агата уставилась на него пустыми глазницами. — Надеюсь, не как тот последний. У него руки были холодные, а мозги — ещё холоднее.
Я быстро поставила перед ней чашку чая. Он, как и всегда, просачивался сквозь рёбра и капал на ковёр.
— Он хороший, тётушка. Ты ему понравилась.
— Ха! — хмыкнула она. — Впечатлительные долго не живут. Особенно если не уважают старших.
Бедный господин Дарон попытался вежливо улыбнуться, но вышло так, словно у него свело лицо. Он сделал шаг к двери.
— Не вставай резко, — прошептала я, подходя ближе. — Агата не любит, когда уходят, не допив чай. В прошлый раз она… — Я указала на тёмное пятно на ковре.
Пролитое вино, но, боги, как оно походило на кровавое.
Мой будущий жених сглотнул и сел обратно, как будто под ним внезапно выросли корни. Скелетообразная тетушка довольно закачалась в кресле, скрипя, как корабль в бурю.
— Так-то лучше. Теперь пей, мальчик. И не проливай. Я слежу.
Я налила ему напиток и ему. Руки у него дрожали, как у студента на экзамене по некромантии.
Агата щёлкнула челюстью. Кресло заскрипело. Молодой мужчина как будто не выдержал ожиданий, которые на него возлагали — исчез. В смысле сбежал, почти испарился.
— Ну вот, опять. Ты могла хотя бы дать ему доесть печенье. — Ругала скелета.
— Печенье было сухое, — буркнула Агата. — Я спасла его. Или нас. Неважно.
Она отпила чай, который тут же вытек у неё из груди, и закивала, довольно покачиваясь.— Следующего приводи пораньше. А то я в шкафу начинаю разговаривать с пальто, и оно, между прочим, хамит.
Все гости в состоянии аффекта покинули мою детскую. Не поддался чарам лишь господин Говард, едва удерживающий в себе смешинки, и любезная матушка. Та бы меня заживо спалила.
— Господин Дарон, господин Дарон, — слетела она с лестницы, — куда же вы?
— Простите, — заикался юноша, — у меня... э... дела.
Он уже подходил к входной двери, когда она открылась, и в нее влетел Кристофер.
— Вивиан, изменница! — полыхал он актерским гневом, вытаскивая из-за пазухи нож. — Не доставайся же ты никому.
Меня от удара фальшивым ножом спас дракон, выступив вперед.
Лезвие, естественно, воткнулось к нему в грудь, все охнули, но дознаватель совсем не пострадал. Крис для полноты картины еще пару раз попробовал. Тщетно. Лезвие-то ненастоящее.
— Вам бы его наточить, — обескуражил юношу господин Говард, перехватывая его ладонь.
Началась какая-то неразбериха. Крис и Ричард боролись, дамы верещали, я бегала из стороны в сторону, а Дарон полз к порогу.
— Что это значит, Вивиан? — прервала всех своим гневным голосом Аннабелла.
— Матушка, вы разве не заметили? — ощерилась я. — Пришел мой любовник.
— У тебя есть любовник? Это же Кристофер!
— Ну он же мужчина.
— ХВАТИТ! — перекрыл нас ором главный дознаватель. Он сделал пасс руками, отправляя меня, Криса и господина Дарона в состояние стазиса. — Леди Андерсон, я признателен за приглашение, — продолжил он невозмутимым тоном. — У вас замечательный дом, а вы прекрасная хозяйка. Если вы не будете против, я на некоторое время заберу вашу падчерицу и молодых людей. Чую некий заговор.
Аннабелла не успела ответить. Всех отвлекла леди Грамблвик, задержавшаяся в моей комнате. Некогда она крепко дружила с Агатой.
— Что происходит? Вивиан, почему ты в стазисе? — она медленно сделала пару шагов по ступенькам, посмотрела она с осуждением на дознавателя. — Тебя, что, забирают в тюрьму? — заприметила она и взъерошенного дракона.
— Дорогая, что я тебе говорил? — укоризненно вопрошал полковник.
— Что это вопрос времени, — брякнула она.
  
— Этого я не говорил, — поспешил все отрицать лорд Таддеус.
Моя мачеха прорвалась вперед.
— Господин Говард, это какая-то ошибка. Вивиан же ничего не сделала. Почему вы ее забираете? Господин Дарон, вы-то чего молчите?
Несчастный мужчина предпочитал не отсвечивать и медленно, боком пробирался к выходу.