Разбитые песочные часы (ЛП)
Орда из Нового Орлеана нарастала и подбиралась всё ближе — стоны уже перекрывали шум винтов над головой. Вода по колено, в двухстах метрах от них, словно кипела от движения.
Билли открыл огонь из АК-47. Патрон 7,62×39 обладал чуть большей мощностью, чем боеприпасы для карабинов M4, которые были у Дока и Хоуса, но АК отличался меньшей точностью. Впрочем, когда за оружие брался Билли, этого не было заметно: он поражал цели на дистанции более двухсот метров, пользуясь лишь открытым прицелом.
Существа стремительно приближались — их были уже сотни, возможно, тысяча.
Билли заметил, как перед ним промелькнула тень, и отпрыгнул в сторону от группы. Хоус и Док были сбиты с ног, воздух вышибло из лёгких: существо, которое они только что поймали и подняли к вертолёту, упало с высоты ста футов на землю — освободившись из сети, — и в его хватке был Хаммер.
Левая рука Хаммера была явно сломана: осколок кости торчал из предплечья. Док не мог понять, произошёл ли перелом от падения или из-за хватки твари. Существо сильно его покусало. Кровь струилась из шеи в такт учащённому сердцебиению.
Хаммер потянулся к поясу, чтобы достать единственное оружие, которое было при нём во время падения, — томагавк. Облучённая тварь боролась с ним.
Орда из Нового Орлеана была уже в ста ярдах.
В глазах Хаммера блеснули слёзы страха и ярости, когда он сжал рукоятку томагавка с накладками из микарты и замахнулся — остриё глубоко вошло в череп существа, мгновенно его убив. Маска Хаммера была сорвана тварью ещё до падения: смертельно раненный, он уже получил смертельную дозу радиации Нового Орлеана.
Пока Док и Хоус приходили в себя и поднимались с земли, Билли достал из аптечки кровоостанавливающее средство и быстро наложил его на шею Хаммера. Затем он закрепил повязку, чтобы создать давление на рану — это хотя бы выиграет немного времени.
Прежде чем кто-либо успел что-то спросить, Хаммер с трудом прижал руку к ране на шее и произнёс:
— Они сильные и быстрые. Порвали… прямо сеть.
Когда он говорил, изо рта Хаммера капала кровь.
Хаммер посмотрел на Билли:
— Поменяемся. — Он протянул Билли окровавленный томагавк, а сам взял его АК-47. — У нас всё ещё есть миссия. Я долго не протяну. Я пропущу одну тварь, чтобы вы смогли её поймать. Перезаряди пневматическое ружьё для сетей — и вперёд.
Док был потрясён призрачным видом Хаммера. Он не понимал, как тот ещё остаётся в сознании. Док отложил ужас от вида угасающих сил товарища на потом — эмоции придётся сохранить на будущее.
Трое обняли Хаммера и пожали ему руку на прощание. На большее времени не было. Хаммер кивнул им и развернулся к бою. Ему удалось добраться до ближайшей линии нежити и открыть огонь.
Док перезарядил пневматическое ружьё и вышел на связь с Сэмом:
— Опускай машину, или мы все погибнем!
Сэм не стал спорить. Меньше чем за тридцать секунд вертолёт завис в десяти футах над командой, поднимая пыль, обломки и оживших мертвецов во все стороны.
Хаммер сражался изо всех оставшихся сил, опустошая магазин и позволяя одной твари прорваться к остальным — к тем, кто стоял возле зависшего вертолёта. Док поймал существо сетью, и все трое поспешно втащили его внутрь машины.
Хаммер был прав: эти облучённые чудовища оказались сильнее всего, с чем он когда-либо сталкивался. Тварь едва не разорвала свежую сеть за то время, что потребовалось троим бойцам, чтобы затащить её в стальную клетку. Теперь стало ясно, как второй образец смог вырваться: у него было сто футов подъёма на лебёдке, чтобы рвать и царапать сеть, прежде чем добраться до Хаммера. Док прикинул, что сила второго образца, должно быть, во много раз превосходила силу первого — того, что они поймали на дамбе.
Остальное было словно в тумане. Оба рычащих, мощных образца надёжно разместили в укреплённых стальных клетках с перегородками. Вертолёт набирал высоту. Док попросил Сэма зависнуть на высоте двухсот футов. Команда наблюдала за происходящим внизу: Хаммер вёл свой последний бой с нежитью, вооружённый лишь ножом. Он наносил удары, кромсал и убил ещё троих, прежде чем твари набросились на него.
Док подошёл к стойке, схватил снайперскую винтовку LaRue 7,62 с оптическим прицелом и лёг на пол. Через прицел он убедился, что Хаммер мёртв: существа яростно пожирали его тёплые радиоактивные останки. Гнев пронзил Дока, и он проклял их всех, отправляя в ад одного за другим, прежде чем отдать Хаммеру последние почести — выстрелив снайперской пулей в его череп. Хаммер не станет одной из тех тварей там, внизу. Док надеялся, что Хаммер поступил бы так же для него. Он посмотрел на разрушенный, гниющий горизонт Нового Орлеана.
Док сел на своей койке и по привычке проверил часы. Было 14:00. На секунду он растерялся: «Хаммер жив? Где я?» — спросил он себя, пока воспоминание полностью не отступило обратно в тёмный уголок его разума. Док снова был на своей койке в «Отеле 23», где Хаммер был мёртв, а нежить по-прежнему властвовала.
ГЛАВА 11
Кил, Сайен и Мандей вошли в защищённое помещение для работы с секретной информацией. Ничего особенного: ни суперкомпьютеров, гудящих в углу, ни спутниковых видеопотоков в реальном времени, которые аналитикам пришлось бы просеивать. Оборудование было старым и чрезмерно массивным.
Кил вошёл в комнату с табличкой «SSES». Внутри находились четверо мужчин, которые вместе с ними спускались на субмарину по верёвкам.
— Я знаю это место, — сказал Кил.
— Откуда? — спросил Мандей.
— В лучшие времена я передавал сюда несколько сообщений, — неохотно ответил Кил.
— Ну, сейчас мы не перехватываем много иностранных сигналов. У нас всё ещё есть лингвист — вон он сидит в углу, крутит что-то и ухмыляется, когда он нам нужен, — но, похоже, никто больше почти ничего не передаёт.
— На каких языках он говорит? — спросил Кил.
— На китайском.
— Полагаю, через несколько недель это пригодится, да? — поддразнил Кил.
— Да, может, даже раньше. Сидите тихо — будете рады узнать, что флот и в апокалипсис по-прежнему работает на PowerPoint. Нам нужно запустить системы и войти в автономный компьютер JWICS, прежде чем начнём. Это может занять минуту.
Наклонившись к Килу, Сайен прошептал:
— Что такое JWICS?
— Это ещё один интернет, которого ты никогда не видел и, скорее всего, никогда не слышал. Не было секретом, что у правительства он существовал до того, как всё рухнуло. Секрет лишь в том, какая информация там распространяется. Ничего такого, что связано с заговорами: до всего этого вы могли найти большую часть данных в основных новостях или других онлайн-источниках.
— Типа кто убил Кеннеди и всё такое?
— Вовсе нет, — сказал Кил, на мгновение вспомнив о матери. У неё была привычка расспрашивать его о подобных теориях заговора — учитывая его профессию. — Ничего подобного, просто обычная секретная информация. Самые ценные данные хранились в локальной сети ситуационной комнаты Белого дома или в каком-нибудь интранете в безымянном здании в Северной Вирджинии. Я никогда не стремился получить доступ к этому. Чем меньше знаешь, тем меньше ногтей потеряешь, если тебя где-нибудь подстрелят.
Мандей вышел вперёд, прерывая Кила:
— Добрый день. Для тех, кто меня не знает: меня зовут коммандер Мандей. Прежде чем вы пройдёте формальную процедуру допуска, я немного с вами поговорю. Я могу пересчитать по пальцам одной руки, сколько раз проводил такой брифинг. Для четверых из вас, представляющих наше сообщество специальных операций, — я хочу поблагодарить вас за службу.
Один из мужчин кивнул с задней части комнаты. Мандей указал на Кила и Сайена:
— Также для тех, кто не знает… эти двое выживали на материке почти год. Довольно впечатляюще, учитывая обстоятельства.
— Чушь собачья, — пробормотал один из остальных мужчин.
Мандей продолжил:
— Перейдём к делу. Возможно, это покажется немного нестандартным для офицера военно-морской разведки — просто взять и спросить, но, пожалуйста, поднимите руку, если вы верите в Бога.