Забрать свою семью (СИ)

Меня трясёт всю. А ещё появляется позыв к рвоте. Зажав рот рукой, я бегу в ванную комнату, понимая, что меня вырвет в любую секунду.
***
– Не забывайте давать побольше жидкости. Главное – не допустить обезвоживания, – напутствует педиатр, выставив диагноз “гастроэнтероколит неизвестной природы”.
– Хорошо, спасибо вам, Нона Александровна, – поблагодарив врача за приём, беру Соню за руку и веду на выход.
  
Не скажу, что на душе стало легче, но вздох облегчения я всё же испускаю.
Глаза сонно слипаются, я едва смогла поспать этой ночью три часа. Соня постоянно горела, а утром у дочки началась рвота и диарея. Тут уже пазл в моей голове окончательно сложился. Ещё когда дочка была совсем малышкой мы всей семьёй умудрились подхватить кишечную инфекцию. Всё было приблизительно так же, как и сейчас: сначала поднялась высокая температура, а немного позже проявились основные симптомы, которые уже ни с чем не спутаешь.
– Ты тоже заболела, мам?
– Есть немного.
Пока я застёгиваю молнию на детской куртке, Соня гладит мою щеку своей маленькой ладошкой.
– Это я тебя заразила. И папу, наверное, тоже, – с грустью приговаривает София.
Ну, да. Так обычно и происходит. После контакта с больным есть большая вероятность подхватить от него болячку. Я точно подхватила, меня ещё вечером вырвало, да и утром несколько раз. Но это всё ерунда, я уже привыкла болеть вместе с дочкой.
Но вот воспоминания о Стельмахе отзываются в груди тупой болью.
“Анечка”
Я до сих пор проживаю те эмоции, когда прочитала имя его помощницы на экране мобильного. И это в полночь! Ну вот что могло понадобиться этой женщине в столь поздний час? И да, почему Стельмах её так ласково записал в свой телефон?
Не хочется думать, что между ними что-то есть. Но теоретически может наклёвываться, отсюда и посиделки Анечки на рабочем столе Стельмаха.
Б-р-р… Даже от мыслей меня передёргивает. Но раз я решила выдернуть Стельмаха из своего сердца, то должна как-то учиться жить заново. Вот умом понимаю, а пока что не получается.
После поликлиники мы едем с Соней домой. По пути заглядываем в аптеку и супермаркет. Классному руководителю Сони я уже написала, что дочка заболела. Да и Инга в курсе, что меня не будет на работе несколько дней – ей по привычке написала, а затем вспомнила, что как бы она уже не главная и расстроилась – номера телефона Владимира у меня всё равно нет.
Оказавшись дома, Соня сразу включает функцию “мама, пожалей меня”. Устраивается в зале на диване и почти не отпускает от себя. Требует обнимашек и поцелуйчиков. София – очень тактильная девочка, у нас и дня не проходит, чтоб мы не проявляли друг к другу свои чувства. Но когда малышка болеет – это вообще вилы, она словно привязывает меня к себе на короткий поводок, я даже отойти никуда не могу.
Мобильный оживает знакомой трелью. Извинившись перед Соней, я всё же разжимаю наши объятия и иду в коридор, где на тумбочке вибрирует телефон.
Номер мне незнакомый. Пару секунд я хлопаю ресницами, раздумывая, принимать вызов или нет, но всё-таки жму на зелёную трубку. В конце концов, это может быть по работе.
– Ася, добрый день. Это Владимир беспокоит, – слышится на том конце провода приятный голос и я понимаю, что была права. Это по работе, да.
– Добрый день, Владимир.
– Мне ваш номер дала Инга, – зачем-то поясняет Владимир. – Она сказала, что вы вместе с дочерью заболели. Возможно, нужна какая-то помощь?
Эм-м… Предложение неожиданное. Я даже в ступоре несколько секунд.
– Нет, спасибо. Мы справляемся.
– Я ещё вчера планировал с вами поговорить, но как-то не получилось, – тонко намекает на то, как я почти что сразу сбежала из салона красоты, когда едва закончилось собрание. – Сейчас удобно говорить? Это не займёт много времени.
Заглянув в зал и, убедившись, что Соня продолжает смотреть на телевизоре мультики, я говорю Владимиру, что у меня есть немного времени на разговор.
– Честно признаться, я ни черта не соображаю в бьюти-сфере. Поэтому полноценно управлять салоном красоты – точно не смогу. Плюс у меня много других проектов, так что даже времени не будет вникать во что-то новое, – заходит издалека, а я и так уже начала догадываться, о чём дальше пойдёт речь. – Ася, я хотел бы предложить вам стать управляющей салоном красоты. Инга о вас очень хорошо отзывалась, хвалила. Именно вас она мне рекомендовала на эту должность. По зарплате я вас не обижу, а всё остальное – можно обсудить при встрече.
– Спасибо за предложение. И за доверие “спасибо”, – произношу с улыбкой, хоть мужчина сейчас не может этого видеть. Но настроение у меня немного поднялось, поэтому и улыбаюсь как дурочка. – Я никогда раньше не была управляющей, так что мало понимаю в этом деле.
– Но попробовать хотите?
– Попробовать, конечно же, можно. Только… – подбираю правильные слова, чтоб они не звучали отпугивающее. – Как бы правильно выразиться, хм… А вдруг я что-то не так сделаю. Вдруг из-за моего непрофессионализма вы понесёте убытки?
– Разберёмся в ходе работы. Я не очень строгий на самом деле, – усмехается Владимир, вызывая ощущение, что он очень настроен сделать меня управляющей своего салона красоты. – Ну что, согласны попробовать?
Понимая, что отказываться от столь заманчивого предложения – это сверхглупость, я всё-таки соглашаюсь приступить к работе в роли управляющей сразу после завершения больничного.
  
Глава 15
 
Через неделю
– Валентина Дмитриевна, вам, как всегда? – интересуюсь я, дождавшись, когда свекровь поудобнее утроится в кресле перед зеркалом.
Улыбаясь, женщина смотрит на меня через зеркальное отражение.
– Да, Асенька, всё как обычно. Корни подкрасить и чуть-чуть обновить стрижку.
Кивнув, я выполняю подготовительные процедуры к окрашиванию. Пока подбираю нужную процентовку смеси, замечаю, как свекровь наблюдает за каждым моим действием. Честно говоря, я думала, что она ко мне больше не обратится, ведь мы с её сыном разводимся. А нет, Валентина Дмитриевна сейчас здесь и судя по её дружелюбному настрою, обид на меня не держит.
– Как у тебя дела, Асенька? Как София? Так давно не виделись с внучкой.
– Да всё хорошо у нас, Соня в школу ходит, я работаю. А выходные проводим вместе. Хотите, приходите к нам в гости на выходных.
– А можно? – воодушевлённым голосом спрашивает свекровь.
– Конечно, можно, мы и сами к вам придём в гости, если позовёте.
– Очень хорошо, тогда я обязательно приду, – свекровь замолкает, и её молчание означает лишь то, что она обдумывает, как повернуть разговор в нужное ей русло.
Я бы могла помочь. И первой завести разговор о её сыне, но не буду. С неких пор я стараюсь не думать о Стельмахе лишний раз. Получается плохо, но я не сдаюсь.
– Это не моё дело, я понимаю, что вы со Львом люди взрослые, но всё же спрошу, – всё-таки не сдерживается свекровь. – Ася, вы действительно разводитесь?
– Да. Разве ваш сын вам об этом не сказал? – искренне удивляюсь. Ну не может быть, чтобы Лев не разговаривал на эту тему со своей матерью.
– Говорил, но… – вздыхает. – Ты же знаешь немногословного Льва. Он от меня просто отмахнулся, мол, разводимся, и всё. А я даже причины понять не могу. Жили же так хорошо, семья благополучная, не скандалили. Я вот всё время думаю, как Софушка переживает ваш развод, это же такая травма для ребёнка.
– София – неродная дочь вашему сыну, – говорю честно, чтоб с глаз женщины слетела пелена. И да, лучше бы мы скандалили с её сыном, как все нормальные люди, а не копили обиды. Мы даже высказать друг другу не можем всё то, что застряло внутри нас и сидит там годами.
  
– Я знаю это, Асенька, – неожиданно отвечает свекровь, а мне даже неловко становится. Как давно она про это знает, и почему ни разу не заикнулась на эту тему? – Но Лев же с пелёнок её воспитывает, она ему как родная. И не зря же говорят, что отец – не тот, кто родил, а кто воспитал.