"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)
— Мне кажется, тяжёлые тоже понадобятся, — возразил я, — по мере роста дружины лёгких всё равно перестанет хватать, так может лучше сразу начать привыкать к тяжёлым?
— Тогда надо сразу брать в пропорции один тяжёлый на два лёгких.
— Ну вот и договорились, — одобрил я, — три бронехода тебе хватит?
— Хватит. У нас пехотного сопровождения и на три не набирается, больше мы не потянем.
— Значит решили, — подвёл я итог, — выбирай бронеходы и готовь заявку на пилотов. Счёт передашь госпоже Кире, она проверит, а я подпишу. Месяц тебе на слаживание в полном составе, после этого я регистрирую вас в гильдии и будем подбирать несложный контракт.
— Всё понял, господин, — вытянулся Станислав, — будет сделано.
* * *Бам! Здоровенный снежок расплескался у меня на лбу, залепив пол-лица. Пока я пытался очистить лицо и протереть глаза, прилетел второй. «Ну всё, тебе конец!» — мрачно пообещал я, и рванулся к Ленке. Она, взвизгнув, пустилась наутёк.
Зима в этом году опять выдалась снежная, дворники не успевали сгребать снег с тротуаров. После вчерашнего снегопада наш Кропотов Луг завалило так, что невозможно было открыть ворота, а на газонах между тротуарами и мостовой скопились сугробы высотой чуть ли не по пояс. В этот сугроб я и свалил пойманную бандитку. Некоторое время она прикидывалась побеждённой, а затем, ловко вывернувшись, поменялась со мной местами. Усыпив мою бдительность поцелуем, она проворно нагребла мне снега за шиворот, и снова пустилась в бега.
Путь от сугроба к сугробу был долгим, и домой мы ввалились как два снеговика. Арина, выглянув из кухни, ахнула, прикрыв рот рукой. На шум из гостиной вышла мама; глядя на нас, засмеялась, потом нахмурилась, потом опять засмеялась.
— Мама, ты представляешь, — с возмущением наябедничала Ленка, — он меня схватил и извалял в снегу!
— Было дело. — не стал отпираться я.
— Да он просто зверь! — продолжала негодовать Ленка.
— Я такой. — скромно признался я. — Лютый.
— Немедленно переодеваться и в горячий душ. — сдерживая улыбку, распорядилась мама. — Ну прямо как маленькие дети!
— Я сделаю чай с малиной. — сказала Арина, возвращаясь на кухню.
Наконец мы, умытые и согревшиеся, приткнулись к маме с боков, по-хозяйски отобрав у неё очередной медицинский талмуд.
— Кени, у меня к тебе просьба… — как-то нерешительно начала мама. — У меня помощницей работает девочка, очень способная. Я в ней вижу признаки будущей целительницы. Ей бы надо в Академиум, но на платное обучение у неё денег нет, а на бесплатное сам знаешь какие условия. Мы могли бы ей помочь?
— Не вижу проблемы, — ответил я, — мы можем оплатить ей обучение и назначить стипендию. После окончания постепенно вернёт заем, подберём ей гуманный график выплат. Пусть подойдёт к Зайке, я ей скажу. А у меня тоже есть к тебе вопрос: какое у тебя сейчас жалованье?
— Очень хорошее. После аттестации на девятый ранг у меня выходит пятьсот с небольшим в месяц. А почему ты спрашиваешь?
— Мне тут Зайка сделала небольшой доклад по твоей работе.
— Да, она ко мне подходила, расспрашивала.
— Так вот, она выяснила, что с твоих пациентов лечебница получает как минимум двенадцать тысяч гривен в месяц. Ты одна зарабатываешь считай, как вся «Артефакта».
— Так много? — мать была потрясена.
— Омоложение стоит очень дорого, а ты единственный специалист в княжестве. Ты знаешь, что к тебе очередь на полгода вперёд? Невзирая на совершенно дикие расценки. Так вот, мне не нравится, что моя мать является наёмным работником, и ещё больше мне не нравится, что эти тысячи идут князю, а не семье. Как ты относишься к тому, чтобы открыть собственную лечебницу?
— Неожиданно. — мать задумалась. — А я смогу принимать там какое-то количество бесплатных пациентов? Мне нужна практика сложных случаев.
— Конечно, ты сможешь принимать бесплатных пациентов, это же будет твоя лечебница. Меня даже не столько деньги интересуют, сколько возможность лечения для наших слуг. Сама возможность получить медицинскую помощь такого уровня для многих будет серьёзным стимулом служить нашей семье.
— Я подумаю, хорошо?
— Конечно, подумай, никакой срочности нет. И вот ещё один вопрос: ты же вроде читаешь лекции в Академиуме, или я ошибаюсь?
— Всего лишь факультативный курс на два-три месяца, и даже не каждый год.
— А кто его посещает?
— Много кто. Студенты старших курсов в основном, но много и вольнослушателей. Наши молодые лекарки ходят, а некоторые и из других городов приезжают на это время.
— Даже так? — я и не подозревал, что мать настолько популярна.
— Да, меня знают, — мама улыбнулась, — нас же на все княжества только две девятки, ещё в каганате одна, и ещё одна императора лечит. Ещё у муслимов есть. Мы все на виду.
Тогда понятно — это всё равно как у нас бы нобелевский лауреат лекции читал, причём настоящий учёный, а не руководитель.
— Я к чему про это заговорил — я хочу учредить персональную стипендию Милославы Арди для лучших студентов лекарского факультета. Для нас это необременительно, гривен пятьдесят в месяц деньги небольшие. Зато из этих лучших ты сможешь выбирать с кем заключить контракт для работы в твоей лечебнице. Пока ты свой курс ведёшь, понемногу и присматривай себе будущих сотрудников.
— Заманчиво звучит. — мама посмотрела на меня с удивлением. — Я об этом как-то даже и не подумала. Знаешь, я иногда рядом с тобой ощущаю себя несмышлёной девочкой.
— Глупости говоришь, — немедленно открестился я от такой похвалы, — ты просто о другом думаешь, вот и всё. Если бы ты занималась тем, чем я, то и не хуже бы справлялась. В общем, давай решай, и будем присматривать участок для строительства.
Глава 15
Всю зиму завод «Мегафон» лихорадило — казалось, мы собрали все мыслимые проблемы. Начиная от постоянно текущих некачественных труб отопления, и заканчивая косорукими работниками, которые умудрялись запарывать даже те детали, которые, казалось, просто невозможно было запороть. Главной сложностью, однако, было сокрытие истинного устройства связных артефактов. После целой серии жарких обсуждений мы решили не патентовать устройство — у нас имелась хорошая возможность сохранить принцип действия в тайне, тогда как для патента пришлось бы полностью раскрыть устройство прибора, и это неизбежно породило бы огромное количество подделок. А учитывая важность артефакта в военном плане, подделывать его стали бы все соседи на государственном уровне. Рассчитывать бороться с этим путём подачи патентных исков было бы крайне наивным.
Шансы на сохранение секрета были достаточно велики. Связной дух был крохотным и, если его специально не искать, совершенно незаметным. А поскольку использование духов традиционно рассматривалось как табу, искать его стали бы в последнюю очередь. К полезным структурам артефакта Дражан Второв добавил большое количество структур-обманок; среди них практически невозможно было выделить крохотную структуру, которая незаметно освобождала связного духа при любой попытке анализа внутреннего устройства мобилки. Двое мастеров, занятых помещением духов в готовые артефакты, поклялись кровью в Храме Аспектов о сохранении тайны; их передвижения были строго ограничены, и они находились под круглосуточной охраной.
Но трудности постепенно преодолевались, и весной завод, наконец, заработал на полную мощность. Мы начали производить связные комплекты, в которые входили от двух до двенадцати мобилок. К сожалению, на большее количество частей вместилище духа не делилось. Вскоре после того, как мы послали образцы в княжескую канцелярию, князь потребовал меня к себе. В кабинете присутствовали известный мне Курт Гессен, и пара советников, которых мне никто не потрудился представить. Князь был строг и деловит:
— Мы ознакомились с твоими образцами, молодой человек. Должен сказать, они породили немало споров среди моих советников.