"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)

— С тобой-то он вообще не стал разговаривать.
— Было такое, — признал я, — но зато у меня есть мозг, а в мозгу есть идея. У соседей возле сарая стояло ведро. Уверен, что в ведре что-то вкусное, в смысле, для Бори вкусное. А вон там я и ржавую миску видел, всё в наличии для дружеской пирушки.
В ведре действительно оказались свинячьи деликатесы. Надеюсь, соседские свиньи не против поделиться с товарищем. В помои я щедро плеснул снотворного.
  
— Прошу к столу, — я предъявил Боре миску с помоями.
Боря заинтересованно хрюкнул.
— Сам бы ел, но тебе нужнее, друг. — я поставил миску на землю, и мы отодвинулись в сторону, чтобы не смущать животное.
Поросёнок высунул пятачок в дыру, и после некоторого колебания, уверенно двинулся к угощению. Угощался он недолго — очень скоро ножки у него подкосились и Боря прилёг отдохнуть. Мы проворно упаковали его в мешок.
— Позорище-то какое. — сказала Ленка, с отвращением глядя на мешок. — Не дай боги кто из знакомых эту историю узнает.
— Воин должен всё знать и уметь. Случись вдруг война, а мы всему научились и готовы. С голоду не помрём.
— Может, я бы лучше и померла. — с сомнением сказала Ленка.
— Ладно, хватит рефлексировать, пойдём. Нас ещё возле гати будут ловить.
Добравшись до гати и спрятав в кустах мешок с пленным офицером, мы поползли искать засаду. Она действительно обнаружилась там, где мы ожидали. Пара парней сидела в кустах и полностью контролировала подход к гати. Проблема была в том, что сидели они в глубине кустов, и тихо подкрасться к ним было совершенно невозможно. По условиям же задания любой бой, неважно насколько короткий, считался провалом операции.
— Мимо не пройдём, надо их как-то из кустов вытащить по одному. — заметил я.
— Я сделаю. — гордо заявила Ленка. — Посмотрим, кого тут можно на верёвочке водить.
— Эй, ты что задумала? — забеспокоился я.
— Сиди вон там, первого пропустишь, а второго перехватишь. — распорядилась она и исчезла.
Через некоторое время из дальних кустов послышались женские голоса, перемежающиеся совершенно развратным смехом. Ленка трудилась без устали, имитируя целый выводок девиц приветливого поведения. Парни в кустах забеспокоились. Наконец один из них высунул голову из кустов, прислушался, и бодро полез наружу. Второй ему что-то возмущённо сказал из куста, а первый, повернувшись назад, ответил: «Да ладно тебе, не гунди. Посиди пять минут один, ничего с тобой не случится. Я просто с девчонками поздороваюсь» — и уверенным шагом двинулся в сторону голосов. Он нырнул в кусты, оттуда послышалось недолгое шебуршание, а затем ещё более громкий женский смех.
Второй терпел недолго и вскоре тоже вылез наружу. Проходя мимо моих кустов, он споткнулся о выставленную ногу, и уже через секунду оказался в отключке.
— Какие вы всё же кобели. — укоризненно попеняла Ленка, глядя на надёжно упакованных ухажёров, которые уже пришли в себя и теперь бешено вращали глазами.
— Это называется «медовая ловушка», парни. — сочувственно сказал я. — Вот так Родину и предают, не вы первые на это попались. Вы тут полежите пока, мы как до лагеря доберёмся, сразу скажем, чтобы кого-нибудь послали вас развязать.
* * *
Первый учебный день протекал уже привычным образом. Мы снова стояли в школьном дворе, но теперь уже напротив нас стояли первоклассники. Мы, конечно, ещё не ощущали себя могучими повелителями волшебства, как третьеклассники, но всё равно с полным правом посматривали на салажат свысока. Директор опять произнёс речь, которая мало отличалась от прошлогодней, а может и совсем не отличалась — конспект я не вёл, а по памяти судить трудно. Ленка в этом году уже не горела энтузиазмом, выросла, повзрослела. В общем, второй раз праздник превратился в рутину, а на следующий год, наверное, вообще буду дремать. Немного развлёк только Штайн — он взахлёб рассказывал всем желающим и нежелающим слушать какими классными самобегами ему довелось порулить этим летом, и какой ещё более классный самобег папа обещал ему купить сразу, как только он станет совершеннолетним и получит права. Вот не был бы Штайн таким идиотом, и вышел бы из него неплохой лидер — народ-то к нему тянется, несмотря на всё его занудство.
Со следующего дня началась привычная школьная жизнь, а первым делом, как водится, написание эссе на тему «Как я провёл лето» и зачитывание его перед классом. Я хулиганить не стал, а Ленка решила поддержать своё реноме, и рассказала о своих диверсантских шалостях в летнем лагере Данислава. При этом она убедительно, с неплохим знанием анатомии доказала, что девушке при снятии часового надёжнее втыкать ему нож в печень, а не резать глотку. От ангелочка с косичками это выглядело совершенно сюрреалистично. Ну да, у Данислава-то она тоже отличница, да и вообще любимая ученица. Класс после такого доклада выглядел бледно в буквальном смысле, а Лентре со вздохом сказал: «Спасибо, Менцева, за интересный рассказ. В следующем году напомни мне, пожалуйста, что ты от написания этого эссе освобождена.»
Бажан наконец-то окончательно определился с пассиями, и наша обеденная компания приняла стабильные очертания — мы с Ленкой, Анета Тирина, и Бажан с его четырьмя подругами. Вот интересно — а как он собирается управляться сразу с четырьмя? Или он считает, что он такой мачо и его на всех хватит? Ах, эта золотая пора наивной юности, когда кажется, что четыре женщины — это почти то же самое, что одна, только удовольствия в четыре раза больше. Султаны, конечно, с гаремами справляются, но Бажан-то не султан, ему придётся отрабатывать по полной. Я так думаю, ждут парня кое-какие неприятные открытия.
Бажан, как обычно в последнее время, жаловался на Зайку. По его рассказам, она умышленно тормозила всю работу, из-за чего вскоре неизбежно должны были произойти полный развал и катастрофа. Широкими мазками рисовался портрет монстра, скорее всего засланного конкурентами, который поставил своей целью испортить всё дело, ну и заодно жизнь всем Второвым.
— Не будь таким строгим к госпоже Кире, Бажан, — посмеивался я, — она просто ещё очень молода и неопытна. Подожди, скоро наберётся опыта, и всё наладится.
Бажан только закатывал глаза, демонстрируя, что крах близок, и времени на набирание опыта совсем не осталось. Второвы с чего-то наивно решили, что им просто вручат деньги, которые они будут тратить по своему усмотрению. Зайка в приложении к деньгам их совсем не устраивала, и они не теряли надежды убедить меня убрать её подальше, и лучше бы насовсем.
— И вообще, Бажан, это невежливо — разговаривать в компании на темы, неинтересные другим собеседникам. Давай поговорим о том, что интересно нашим дамам. Девушки, вы слышали последнюю сплетню? — лично я услышал её случайно, когда мама вчера вечером обсуждала её с Ленкой. — Визион «Сказки гарема» запретили в каганате, а автор и режиссёр сбежали во Владимир. Говорят, кагана была в бешенстве. Прокатчики прогнозируют аншлаг, так что заказывайте билеты заранее.
Девчонки сразу возбудились и начали говорить все одновременно. Ленка тайком смеялась в кулак, хитро на меня поглядывая. Я ей подмигнул.
Именно в этот момент сзади раздался шум падения и звон разбитой посуды. В столовой наступила тишина, наши уставились куда-то мне за спину. Я не торопясь обернулся. С пола поднимался наш одноклассник Пётр Сентин, а рядом стоял Штайн и презрительно ему выговаривал:
— Смотри куда прёшься, придурок! Ты мне ботинок сейчас языком отчистишь.
Ситуация совершенно ясная. Наш тихий Петя одно время вертелся возле Штайна, но в той гнилой компании так и не прижился. Ну а таким, как Штайн, всегда нужен козёл отпущения, которого можно постоянно третировать, и таким образом повышать самооценку. Сентин для этой цели подошёл идеально, и с конца первого класса Штайн начал превращать его жизнь в ад. А во втором классе продолжил — наверняка сейчас он Сентина и толкнул, или подножку поставил.
  
Я посмотрел на лужу. Всего на полметра поближе, и я бы оказался залитым супом. Я почувствовал, как внутри поднимается глухая злость и позвал: