"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)

Если бы кто-нибудь из собравшихся здесь присутствовал на суде князя Яромира по делу Матиаса Лахти, он наверняка вспомнил бы слова Кеннера Арди: «У каждого стихийного бедствия есть имя, фамилия и должность». Однако никого из семейства Зеппер там не было, так что версия о разгуле стихии не вызвала никаких сомнений и была принята за безусловную истину.
— К сожалению, убытки от этого меньше не стали, — заметил Эрих.
  
— Если бы у нас появился враг такой силы, убытки не были бы нашей главной проблемой, — резонно возразил на это Георг. — Но продолжай, Эрих. Что мы имеем в результате?
— Размер ущерба невозможно оценить, во всяком случае, сразу, — продолжал тот. — Ясно только, что он очень велик. В здании хранилось огромное количество ценных бумаг — акции, закладные, долговые обязательства. Хранилище было хорошо защищено, но разумеется, оно не было рассчитано на погружение в озеро. Мы наняли аквалангистов, однако в ледяной воде им очень сложно работать. Тем не менее мы достали кое-какие бумаги из хранилища — значительная часть, конечно, оказалась безнадёжно испорченной. Сейчас мы пытаемся в первую очередь поднять сейфы — есть мнение, что в сейфы вода поступает достаточно медленно, и документы там должны хорошо сохраниться.
— Полагаю, что нам всем нужно оказать Эриху немедленную посильную помощь, прежде всего специалистами, — объявил Георг. — Ему срочно нужны люди, которые могут ускорить подъём ценностей, а также люди, которые могли бы помочь с анализом и восстановлением документов. Голосуем за это решение. Все за? Прекрасно. Что-нибудь ещё, Эрих?
— Да, есть ещё одна проблема, — кивнул тот, — хотя сейчас она, конечно, несколько отошла на задний план. Совсем недавно нам конфиденциально сообщили, что семейство Арди устанавливает контакты с оптовыми покупателями алхимии, которую мы получаем с востока.
— Погоди, Эрих, — прервал его Георг. — Я правильно понял, что ты говоришь об Арди из Лотарингии? Насколько я знаю, у нас с ними хорошие отношения, и мы довольно успешно сотрудничаем.
— Не совсем, дядя, — покачал головой Эрих. — Мы сотрудничаем с Арди из Меца, а речь идёт об Арди из Трира. Это захудалая ветвь, паршивая овца в стаде. Так вот, Арди, которые наши друзья, пообещали воздействовать на них, и мы думали, что вопрос решён. Но на днях мне доложили, что в империи появилась крупная партия алхимии, и наши старые партнёры из оптовых покупателей подтвердили, что эта партия прошла через тех самых Арди из Трира.
— И как ты собираешься решать эту проблему?
— Отследить путь партии и выяснить, откуда она взялась, мы, скорее всего, сможем сами. Но нам нужна помощь с Арди. Их родственники, очевидно, не сумели на них повлиять, а для более серьёзного воздействия у нас отсутствуют возможности.
— Так какая конкретно помощь тебе нужна? — нахмурился Георг, уже предполагая ответ.
— Нам нужно воспользоваться твоими связями с церковью, дядя, — прямо ответил Эрих. — Давление со стороны папы или хотя бы архиепископа Трирского будет более весомым, чем со стороны родственников. Тем более, что у них исторически есть трения с архиепископством, какие-то старые обиды. Церковь наверняка охотно поможет.
— Нет, Эрих, обращаться к церковникам пока не стоит, — отрицательно покачал головой дядя. — Они, конечно, помогут, но не даром. Тебе не понравится счёт, который они выставят, поверь мне, племянник. Церковь всегда ценила свои услуги гораздо дороже, чем они стоят. Давай попробуем сначала более традиционные методы. Я пришлю тебе специалиста, который замечательно умеет убирать мешающих людей. Думаю, что это полностью решит проблему, да и другие поймут, куда стоит лезть, а куда не надо.
* * *
Бернар деликатно постучал в дверь, и оттуда сразу же послышалось: «Войдите». В комнате обнаружилась Марина, которая с ногами залезла в огромное кресло. На коленях у неё лежал огромный цветной альбом, в котором Бернар легко опознал справочник по архитектурным стилям из своей библиотеки.
— Здравствуйте, госпожа Марина, — поздоровался он. — Вы позволите?
— Здравствуйте, господин Бернар, — улыбнулась Марина. — Заходите, чувствуйте себя как дома. Звучит каламбуром, да? — она хихикнула.
— Немного, — улыбнулся в ответ он, устраиваясь в кресле напротив. — Интересуетесь архитектурой?
— Интересуюсь, — призналась она. — В юности хотела даже стать архитектором, но жизнь пошла другим путём.
— Довольно необычно слышать это именно от вас. У меня сложилось впечатление, что вас больше интересует разрушение, чем созидание.
— Совершенно верно, — мило улыбнулась Марина. — Поэтому я и оказалась в конечном итоге на боевом факультете, а не в архитектурном институте. Но я стараюсь по возможности разрушать только некрасивые здания.
— Хм, — поперхнулся Бернар. — Да. В самом деле. Но всё же согласитесь — выбранная вами специальность, она, что ни говори, не совсем перспективна. Вряд ли можно достигнуть многого, разрушая здания, пусть даже и некрасивые.
— Вы не совсем правильно представляете мой род занятий, господин Бернар, — фыркнула Марина. Разговор её явно развлекал. — Я же не рабочий с кувалдой. Я — Владеющая высокого ранга, по сути, боевой офицер. Но в отличие от офицера, у которого карьерный рост всё же имеет границу, мой путь развития практически бесконечен.
— Боюсь, что я довольно мало знаю о магусах, — извиняющимся тоном сказал Бернар. — У нас к ним отношение непростое. Если вы знаете историю моей тёти Орианны, прабабки господина Кеннера, то вы представляете, насколько непростое.
— Звучит немного странно, — слегка удивилась Марина. — Вполне возможно, что у вас рождается меньше одарённых, чем у нас, но вряд ли настолько меньше, чтобы они были редкостью.
— Они не редкость. Аптекарь, изготавливающий простейшую алхимию, вроде средства от прыщей, ни у кого здесь удивления не вызывает. Но сильные одарённые, такие, как вы, могут существовать только будучи слугами церкви.
— Не думаю, что смогла бы жить здесь, — задумчиво заметила Марина. — Я слишком ценю свободу.
— Ну, свобода — это слишком неопределённое понятие, — хмыкнул Бернар. — Это понятие у каждого своё. Для одного свобода — это возможность обругать короля, а для другого свобода — это отсутствие налогов. Мы, имперцы, не считаем себя несвободными. Но я зашёл к вам не ради философской, хотя и несомненно интересной беседы. Скажите, вам известно, что произошло с Зепперами?
— Конечно, известно, — глаза Марины смеялись.
— Учитывая, что вам не доставляли газет и вам неоткуда было это узнать, зато во время события вы где-то отсутствовали, просто напрашиваются определённые выводы.
— И зачем вам эти выводы, господин Бернар? — лениво спросила Марина. — Они не добавят вам никакого счастья, поверьте. Зато без этих выводов вы сможете уверенно и правдиво всё отрицать.
— Вряд ли кто-то додумается спросить меня об этом. Мне самому даже сейчас сложно поверить, что такая очаровательная и милая женщина обладает подобной мощью.
— Ну вы же додумались спросить.
— Хм, да. Но всё же — зачем?
Марина немного подумала, потом пожала плечами и решила ответить честно:
— Всё просто, господин Бернар. У Зепперов в результате появилось множество хлопот, и им сейчас не до вас. В ближайшее время они вряд ли смогут задействовать действительно серьёзные средства, и поэтому ограничатся простыми решениями.
— Например, какими?
— Попытаются вас убить. Простое решение, которое часто оказывается достаточным.
— Я как-то не испытываю энтузиазма от такой перспективы. Возможно, я предпочёл бы более сложное решение.
  
— Пустое, — пренебрежительно махнула рукой Марина. — Вам не о чем беспокоиться. В вашей группе охраны двое Владеющих шестого ранга и двое пятого. Господин очень серьёзно отнёсся к вопросу вашей безопасности.
— Ну, если вы так говорите… — с сомнением сказал Бернар.
— Уверяю вас, господин Бернар, опасности никакой нет, — твёрдо заявила Марина. — Мы не стали бы и не станем делать ничего, что подвергло бы вас хоть какой-то опасности. Мы отвечаем за вас, и господин спросит с нас за это без всяких скидок, — на лице её промелькнула лёгкая тень.