Попаданка в лапы лорда (СИ)
Так прошло какое-то время. Две-три недели. Ричард съездил в соседний город и нашел там Серкана с Селиной. После тяжелого разговора мошенники во всем сознались. И кроме того, что вернули Ричарду все украденное, еще дали расписку в том, что обязуются под угрозой огромного штрафа никогда не клеветать властям на лорда Стейна и его жену.
Таким образом Ричард убил стразу двух зайцев. Во-первых, вернул свою лицензию и прочие документы, украшения и деньги, а также мои наряды. А во-вторых он теперь мог не опасаться, что Серкан наябедничает на него королю. К тому же наш брак уже вовсе не был фиктивным.
И тому нашлось прямое доказательство.
Дело обстояло так. Сегодня утром я почувствовала легкую тошноту. Подойдя к зеркалу в туалетной комнате, я увидела в отражении потрясающей красоты молодую женщину, но очень бледную и с голубыми кругами под глазами. После завтрака меня затошнило так, что Ричард в испуге выронил газету.
Я бегом помчалась в ванную, он за мной. Когда я наконец вышла, оставив в ванной весь свой съеденный завтрак, Ричард озабоченно на меня посмотрел. Потом заявил, что срочно везет меня к доктору.
И не успела я опомниться, как уже сидела рядом с ним в быстро двигающейся карете. Доктором оказался пожилой господин с добрым взглядом.
Мистер Радскин — обратился к нему Ричард, пожав руку — представляю мою жену, леди Дирану Стейн.
Мистер Радскин поклонился мне, внимательно всматриваясь умным глазами из-под густых седых бровей. Затем Ричард что-то зашептал ему на ухо.
Доктор кивал головой, то и дело с любопытством на меня поглядывая. Наконец Ричард вышел за дверь, оставив меня на попечение доктора.
Тот расспросил подобно о моем здоровье и особенно — об утреннем эпизоде. Затем произвел какие-то манипуляции руками, наставив их непосредственно на мой пока еще плоский живот, затянутый в корсет.
Вы беременны, мадам — утвердительным тоном произнес он.
Что, правда? - удивлению моему, испугу и какому-то затаенному восторгу не было предела — Как же вы узнали? Ведь вы же даже...
Я замолчала, осознав, что вероятно практикуемые в нашем мире гинекологические осмотры здесь считались чем-то вроде варварства. Или особенного извращения.
Я способен читать руками — улыбнулся доктор — это мой дар. Именно поэтому я и доктор.
Понятно — ответила я — а скажите, доктор, может мне сейчас ради ребенка следует отказаться от корсажа?
Я посмотрела на него с затаенной надеждой. Потому что носить все время этот ужасно некомфортный предмет гардероба больше не было сил. Доктор согласно кивнул, давая мне разрешение на свободную одежду.
Конечно, конечно — согласился он быстро - это несомненно следует сделать, если хотите родить здорового ребенка. Удивляюсь, как всем женщинам не приходит на ум такая простая и здравая мысль!
Просто ваши женщины не жили в мире безо всяких корсажей, корсетов и длинных подолов — подумала я про себя.
Доктор выписал на листочке какой-то рецепт, объяснив, что это витаминный настой.
А в целом ваше здоровье, мадам, в полном порядке. И не ранее чем через восемь месяцев вы должны родить здоровое дитя.
Чуть не приплясывая от радости, я вышла в коридор. Ричард подпирал стену, сгорая от нетерпения. Увидев меня, он мигом подскочил и заглянул в глаза. Я улыбнулась.
Он все понял. И как мальчишка, принялся обнимать меня, готовый просто задушить в объятиях.
Я так и знал, так и знал! — наконец произнес он, отдышавшись — боже, Дирана, какую радость ты мне даришь!
И он опять принялся меня обнимать, так крепко сжимая, что я не на шутку перепугалась.
Тише ты — еле отстранилась я — там же ребенок! Раздавишь!
Он засмеялся, потом взял мою руку и поцеловал.
Новый лорд Стейн родится! - произнес он с чувством, и глаза его увлажнились.
Или леди — добавила я.
Или леди — охотно согласился он.
Затем мы вышли из дома, где жил доктор. Причем Ричард шел чуть впереди, бережно ограждая меня от всего, что могло повредить по его мнению, здоровью моему и ребенка. От прохожих, дверей, углов, собак и даже косых взглядов.
На следующее утро меня разбудил нежный поцелуй в висок.
Я уезжаю - прошептал мне Ричард на ухо.
Я открыла глаза. Он был полностью одет.
Куда — спросонья я плохо соображала.
К матери — признался он и добавил — у меня сегодня день рождения, его я традиционно праздную у нее.
А я? - возмущенно уселась я на кровати — Меня ты с собой не берешь?
Что ты! - испугался он — Конечно, ты тоже там будешь. Но позже. И да, приготовь пожалуйста какой-нибудь подарок.
Для тебя? - уточнила я.
Нет — он досадливо отмахнулся — для матери.
Но ведь день рождения же твой!
Ага, но подарки получает она — усмехнулся Ричард — так уж заведено в нашем семействе. Ты особо не старайся, в качестве подарка сгодится даже ваза. Тут главное — сам факт.
И пока я не успела опомниться, он уже вышел за дверь. Я осталась сидеть с вылезшими на лоб от удивления глазами. Замечательно, день рождения моего мужа мы будем праздновать у свекрови. И дарить подарки придется тоже ей.
Я не спеша оделась и принялась ходить по дому, высматривая, какую бы старую вазу завернуть в качестве подарка для Ровейны. В конце концов Эмили вынесла из кладовки какой-то малахитовый подсвечник, утверждая, что он хранится там с незапамятных времен. Вот его-то я и решила подарить от нас с Ричардом на его день рождения.
Я попросила Эмили завернуть подарок в красивую оберточную бумагу. А сама уселась сочинять открытку по такому случаю. Во что я написала:
«Уважаемая Ровейна! Наша мама и свекровь! От всей души поздравляем вас с Днем Рождения вашего единственного сына Ричарда и желаем вам долгих лет жизни. Ему мы тоже желаем всего наилучшего, к тому же скоро он станет отцом, поэтому удача ему понадобится!
Дирана и Ричард Стейны»